Нулевая борьба. Пролог
Шрифт:
ГЛАВА XII
В полисе Гемелла и правда ни на кого не кидалась. Скорее, даже оробела. Оно и понятно: всю жизнь прожить в лаборатории, иногда выбегать через вентиляцию и смотреть на поле и лес. Видеть, максимум, одного человека. А тут — каменный город городов, чертов Горгород, где миллионы людей, слитых в мультинациональность. Множество химер, которые не хотят напасть. Транспорт. Какие-то правила. Шум. Всё это, конечно, кружит голову. И не удивительно, что, придя домой, она уснула без задних лап. Как, собственно, и я.
Оказаться в родных стенах было удивительно. Вроде бы знаешь, где что лежит, но было такое ощущение, будто я находился в чужом доме. Нужно было еще
Во сне я больше не боролся с водной химерой. Впервые за долгий период. Было даже удивительно проснуться от того, что выспался и больше не хочется спать. Жизнь обещала быть другой. И я первым делом взялся готовить, а после и до вещей добрался. Разобрал всё. Дневник положил у кровати, сказав ему, что скоро мы встретимся. На радостях начал даже с вещами говорить. Сходил в душ, смыв с себя прошлое, причем, зашел прямо в костюме. В общем, обживался, как мог. А в это время Гемелла изучала дом. Всё нюхала, осматривала, бегала из стороны в сторону, изучая происходящее за окнами. Чтобы её утихомирить, я включил новостную ленту на стене. Она уселась и неподвижно наблюдала за всем, что там происходило. Я бы удивился, если бы не знал, что в ней гены человека, но тут лишь улыбнулся и продолжил заниматься своими делами.
Запись 56. «Вчера нашел бутылку виски в одном из ящиков. Надрался в задницу... Теперь ужасно болит голова. Больше не буду пить. Никогда не буду пить...».
Запись 57. «Надел костюм. Решил прогуляться на поверхности. Устал постоянно сидеть под землей в этой чертовой лаборатории. Этот мир до безобразия прекрасен — всё в нем стремится выжить, и можно ли упрекнуть? Раньше бы я ужаснулся, увидев, как две химеры борются друг с другом, особенно если одна из них была бы значительно сильнее другой. Всё равно, что людям прошлого увидеть, как собаки заживо разрывают какого-нибудь уличного кота. Но такое перестает пугать, если видеть это чаще, чем один раз в жизни. И сильную химеру можно понять: она хочет выжить, а для этого она должна есть. А вот слабую... Всё слабое должно умереть! Я вот подумал о популяции, допустим, овец. Если человек начнет жалеть всех убогих овец и предоставлять им такие же возможности размножения, как и у сильных, рано или поздно, популяция ослабнет из-за большого количества особей, которые будут хуже адаптированы к среде. И если человек исчезнет, волки истребят всю популяцию овец. А теперь посмотрим на популяцию людей. Вот человечество гуманное предоставляет убогим и обездоленным болванам равные возможности и льготы. К чему это приведет в итоге? К тому, что их будет становиться всё больше и популяция людей однажды сама себя изживет! Если, конечно, слабую культуру не поглотит более сильная, где подобное не поощряется. О чем люди думают, когда потакают слабости?!».
Я был согласен с Ромеро. Человечество и правда само себе враг в своем желании нажиться, если припомнить гибель девяти гигантов. Что мы имеем теперь? Регион! Место, где могут выжить немногие, и то благодаря боевым костюмам. Стоит только заболеть или не вовремя чихнуть — и всё, жизнь оборвалась. Может, наше время подходит к концу? Может, человечество создает себе замену? Наличие культуры — еще не сила, это всего лишь способность сплотиться на недолгий промежуток времени.
В новостной ленте я увидел старый репортаж о химере с человеческими ДНК. Люди начали впадать в панику. Заговорили об апокалипсисе и том, что нужно срочно истреблять подобных химер и всех, кто к этому причастен. А после наткнулся уже на новую запись, где было видео с подобной химерой. Она отличалась от той, что я встретил у палатки. Была чем-то средним между бараном и человеком. Некая попытка воссоздать типичного чёрта. Явно всё было бутафорским, поскольку комбинация сама по себе была выполнена слабо, да и не была живой. Скорее всего, на этом кто-то хотел нажиться, не более того. Я лишь ухмыльнулся. Но затем вспомнил, что своими глазами видел химеру, вполне жизнеспособную и сильную, с человеческими ДНК. Учитывая то, что она была недалеко от лаборатории, то, что Гемелла имела человеческие ДНК и что Ромеро хотел напечатать человека, кто знает, чего ждать. Да и его личность менялась: может, и правда, как говорят люди, он решил создать
Запись 58. «Человека напечатать я не могу, но что если напечатать химеру с человеческими ДНК, а после создать препарат с программой, которая будет животные гены делать рецессивными, а человеческие — доминантными?! Используя открытие ученых, которые были здесь до меня, мне, возможно, удастся это сделать! Других вариантов я не вижу».
Запись 59. «Начал проработку необходимой химеры. Это, оказывается, сложнее, чем я думал. Порой даже в голову закрадываются мысли, что это невозможно и я просто зря теряю время».
— Гем? — произнес я. Она отвлеклась на меня.
— Ромеро хотел создать армию химер и уничтожить человечество?
Гемелла продолжала смотреть на меня.
— Ну, ладно. Я просто спросил, — сказал я. — Готова сходить посмотреть на место звериных баталий?
Она поклонилась.
— Хорошо. Но помни: никто не должен знать, что ты всё понимаешь. Старайся вести себя естественно.
Она повернула голову. Я задумался над тем, что сказал. Химере вести себя естественно?!
— Короче, просто слушай, что я говорю, и всё. Никто не должен знать, что у тебя есть человеческие ДНК, иначе нас убьют. Наверное, даже линчуют без суда. В общем, это вопрос нашей жизни. Угу?
Она поклонилась. После чего мы отправились на арену.
Был вечер. Народ компаниями слонялся по улицам, обсуждая очередной скандал и прочую ерунду. Гемелла с неподдельным удивлением рассматривала открывшийся для неё новый мир. А я все думал над человекообразной химерой. Может, это был Ромеро? Может, у него не вышло создать очеловечивающий препарат, и тогда он решил сам стать химерой? Или что-то пошло не так, и он нечаянно уколол чем-нибудь себя? Или это его клон? Или неудачная попытка очеловечивания? Может, всё-таки это правда был Ромеро, ведь в комнате на шкафу была царапина от когтей. Иначе откуда она взялась? Она явно не принадлежала Гемелле.
— Вы были в регионе? — спросил меня молодой человек.
— Что? — спросил я.
— Ну, вы были в регионе, правда? У вас на лице подпись. Вы ведь правда там были?
Я посмотрел на Гемеллу. Про подпись я уже и забыл. За столько времени привык к себе такому.
— Ну, расскажите, как там? Каково там оказаться? Там страшно? Вы убивали химер?
— Нет, я там не был, — ответил я, — меня подрезали в полисе. Я не знаю ничего про регион.
— Но как же?! Ведь подпись…
— Прости. Ничем не могу помочь.
Я не желал беседовать с людьми о том, что было в регионе, и открываться неизвестно кому. Тот, кто действительно что-то пережил, не рассказывает об этом на каждом шагу. Раньше мне казалось, что это ерунда, что как это — не рассказывать, ты ведь многое пережил, эмоции и прочее нужно выпустить… Но эмоции не нужно выпускать, они остаются там, вместе пережитой ситуацией.
— Вы готовы?! — спросила на арене проективная голограмма размером с пару домов. — Начнем!
С арены всё транслировалось не на экраны, как это было раньше, чтобы было понятнее, что происходит, а просто в воздух, голограммой. Так организаторы привлекали внимание зрителей и добавляли зрелищности создаваемому шоу. Я с Гем пробился как можно ближе к самой арене, чтобы посмотреть на реальный бой, чтобы она видела, как он происходит в масштабе 1 к 1. Сражались земные химеры. Одна была очень сильно похожа на тираннозавра, но с наличием мощных передних лап, как у гориллы. А вот вторая очень сильно напоминала мне чертову многоножку, которая чуть не съела Гем.
Две химеры столкнулись в смертельной баталии. Тираннозавр бросился на многоножку, но та не дала себя хватануть огромной пастью. Наоборот, начала окутывать множеством огромных лап набросившуюся химеру и пытаться начать жрать. Тираннозавр лапой гориллы смог схватиться за усы многоножки и сбросить её с себя. Но многоножка, перегруппировавшись, тут же набросилась сама, но уже сместившись на бок тираннозавра. Лапа была прижата к телу, а второй не хватило сил сорвать с себя напавшую химеру. Многоножка прогрызла его шею, залив арену кровью. Тираннозавр еще какое-то время подергался в конвульсиях, а после испустил дух. Толпа ликовала. Кто-то выиграл деньги, кто-то проиграл, кто-то потерял химеру, а кто-то стал победителем. Примерно так действовал мир цивилизованных людей в серых буднях.