Новичок
Шрифт:
— Но что, если он так и поступил? Что, если у него был момент слабости, через несколько лет после того, как все вышло наружу? — спросил Флетчер?
— Даже если предположить, что он был таким глупцом, зачем оставлять тебя прямо за воротами Пэлта? Отчаявшаяся женщина, конечно же, оставила бы тебя в приюте или около Борея, а не так далеко от города и не в таком заброшенном месте, как Пэлт. Я хочу сказать, что он почти на эльфийской границе! — воскликнул Отелло.
— Может, она не хотела, чтобы я попал в исправительный дом, как Арктур, — ответил Флетчер так же уперто,
— Если она так о тебе заботилась, то почему оставила тебя замерзать на снегу, без клочка одежды или одеяла? Нет, Флетчер, тут что-то другое. Не расстраивайся из-за выводов Арктура. Просто радуйся, что он на твоей стороне и что тебе повезло наткнуться на него в Корсилиуме.
С этими словами Отелло отправился спать, оставив Флетчера в гораздо лучшем настроении, но с гораздо большим количеством вопросов.
— Кто я, черт возьми? — прошептал Флетчер в темноту. Игнатус сочувствующе мяукнул и уткнулся головой в грудь Флетчера.
Несмотря на все события этого дня, изможденный Флетчер спал спокойно и без сновидений.
В классе призывания новички ждали следующего урока по работе с эфиром. Флетчер надеялся увидеть Ловетт, но понимал, что, скорее всего, урок проведет Арктур. Его попытки попасть в лазарет ни к чему не привели — госпожа Фэйрхэвен об этом позаботилась. Она сообщила Флетчеру, что убедилась, что капитану Ловетт в ее недвижимом состоянии не будут докучать ее студенты, и что ее чтение вслух является для капитана достаточным развлечением. Осознание, что Ловетт была полностью парализована, но видела и слышала происходящее вокруг, только подогрело желание Флетчера ее увидеть, но двери захлопнулись перед его носом.
— Классный прикид, — оценила Женевьева, показывая пальцы вверх. Флетчер улыбнулся и поправил воротник новой куртки.
Утред сдержал слово, отправив Флетчеру красивую темно-синюю форму и меч вместе с утренней доставкой. На золотых пуговицах куртки и брюк даже был выбит контур Саламандры, что очень понравилось Флетчеру. Ножны были самого высокого качества, сделаны из твердой черной кожи и отполированной стали. Флетчер обратил внимание, что меч также был заточен, и к нему прилагалась масляная ткань и записка, чтобы Флетчер ухаживал за своим оружием, так как это было изделие лучшего мастера.
Он был очень рад, что меч вернулся, так как ему приходилось использовать деревянную палку, пока сэр Колдер учил его и других простолюдинов азам владения мечом. Аристократов обучали с детства, так что они к ним не присоединились, хотя Малик и Пенелопа недолго наблюдали за ними, пока им не наскучило, и они не ушли. Когда Флетчер спросил, зачем их учили сражаться друг с другом после того, как сэр Колдер рассказывал им о сражении с орками, тот огрызнулся:
— Турнир, парень. Они заставят вас биться друг с другом, и делать еще Бог знает что. Глупо будет потерять всех вас, простолюдинов, в первом раунде, так как вас научили только сражаться с семифутовым дикарем, а не с аристократом с рапирой.
Напоминание о турнире напугало Флетчера, и он побежал в библиотеку, где зарылся в книги с головой.
Им нужно было изучить тысячи демонов, их имена, размеры, сильные и слабые стороны, даже если большинство из них не встречалось в той части эфира, в которую имели доступ призыватели Гоминиума. Одни лишь восемнадцать пород Собак отняли у Флетчера большую часть выходных.
Его мысли прервал звук захлопнувшейся позади него двери. В класс призывания вошел высокий стройный мужчина. Поначалу Флетчер подумал, что это Арктур, но когда мужчина вступил в свет вирдлайта, он увидел, что его форма отличалась, будучи скроенной из черной ткани с серебряной отделкой. У него был землистый цвет лица, борода и маленькие черные глазки, которые заблестели, когда он окинул взглядом студентов.
— Мое полное имя инквизитор Демиен Рук, но вы можете звать меня просто «сэр». Я буду наставлять вас в искусстве работы с эфиром, пока капитан Ловетт не оправится от… несчастного случая. К счастью для вас, Сципион решил нанять на это время более компетентного преподавателя.
Его слова, к отвращению Флетчера, вызвали ухмылку Тарквина и тихое хихиканье Исадоры. Рук не обратил на них внимания и повернулся к простолюдинам, изучая их из-под нависших век.
— Ну и ну. Кажется, я только вчера вас тестировал, — тихо произнес Рук безапелляционным голосом. — Женевьева, Рори, Серафим, Атлас, а также гном и эльфийка, выйдете вперед.
Друзья Флетчера быстро зашевелились, выстроившись у дальней стены. Рук проигнорировал их и вместо этого изучал Флетчера и аристократов, шагая вокруг них, как будто вокруг коней на рынке.
— В этом году хороший состав набрался. Тарквин, Исадора, рад вас видеть. Надеюсь, ваш отец в добром здравии? — поинтересовался он.
— Да, сэр, хотя прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я в последний раз его видел, — необычайно вежливо ответил Тарквин. Флетчер задался вопросом, какой человек заслужит уважение такого аристократа, как Тарквин. Откуда они знали друг друга?
— Если я не ошибаюсь, то ты, должно быть, Саладин, — продолжил Рук, остановившись перед смуглым парнем.
— Я Малик Саладин, сын Бейбарса Саладина из Антиохии, — ответил Малик, гордо выпятив подбородок.
— Конечно. Анубид твоего отца сражался плечом к плечу с моим Минотавром у Уотфордского Моста. Ты унаследовал его или тебе не так повезло?
— Нет, сэр, отцу он нужнее. Но мне достался юный Анубид, которого поймали как раз перед тем, как я сюда прибыл.
— Хорошо. Скоро он тебе понадобится. — Рук повернулся к следующей аристократке, Пенелопе.
— А ты кто?
— Пенелопа Кольт… из Кольтшира. — Она сделала нервный реверанс. На это Рук хмыкнул и двинулся дальше, к последнему дворянину, маленькому парнишке с мышиного цвета волосами, которого Флетчер не раз замечал таскающимся за Тарквином, как собачонка.