Ноктюрн
Шрифт:
Огонь уже охватил часть поляны, пылали шатры и вековые деревья. Орки начали прорывать оборону. Тэль-Белар отстреливал всякого, кто пытался направиться в сторону хижины, но вот уже десятки зеленокожих варваров обыскивали долину в поисках любого силена, чтобы уничтожить его на месте. Неистово и безрассудно пытались враги добраться до неподвижно стоящей у хижины согбенной фигуры провидицы. Но эльф пресекал всякую их попытку метким смертоносным выстрелом.
И вдруг посреди поляны возникла светящаяся фигура.
— Слава богам! — вскричал Ашас Дурай, воздев руки к небесам.
Дух в форме молодой эльфийки оглянулся.
Тэль-Белар уже собирался обрадоваться, но вдруг заметил, что колдунья-провидица лежит на земле бездыханная, а ее служанки в слезах столпились вокруг ее тонкого, почти невесомого тела. Эльф растерянно осмотрел долину, заваленную трупами и телами умирающих. Силены блеяли, раненые орки ревели. Лишь несколько из защищавшихся стояли на ногах посреди этого поля тел. Дух, успокоившись, казалось, тоже осматривал поле битвы, затем повернулся к эльфу и медленно поплыл в его сторону. Рыбы-слуги последовали за ним. Прозрачная фигура эльфийки, переливающаяся подобно амулету у него на шее, остановилась в воздухе напротив Тэль-Белара, с удивлением рассматривая темного эльфа.
— Талисман, что ты носишь, содержит силу моей госпожи, — звонким голосом произнес дух.
Тэль-Белар почтительно склонился перед духом водной стихии. Иерарх и остальные встали перед духом на колени, вознося тому молитвы.
— Мой возлюбленный слуга Удан Мардуй обратился ко мне за помощью своему племени, и я согласился ему помочь. Теперь я удаляюсь, чтобы снова пребывать в мире и спокойствии.
— Постой! — остановил Тэль-Белар исчезающую в воздухе фигуру. — Это племя, которое ты только что спас, обречено на гибель, если умрет его прорицательница, — эльф указал на скрюченное тело силены, лежащее за его спиной. — Возможно, ты обладаешь силой, чтобы ее воскресить?
— Я не могу никого воскресить, но ты можешь, — с этими словами дух протянул лучнику невесомый прозрачный свиток: мелкими светящимися буквами на древнем эльфийском на нем было начертано сложное заклинание.
— Это заклятие воскрешения… — прошептал Тэль-Белар.
— Да, — подтвердил дух, — но оно сработает лишь один раз, и с его помощью ты сможешь вернуть душу лишь одному существу, находясь рядом с его телом.
Тэль-Белар благодарно сложил руки на груди и снова поклонился.
Дух внезапно придвинулся к эльфу вплотную.
— Давно я не видел детей своей госпожи… — прошептал он, — столь достойных, как ты… — сказав это, он дотронулся своими еле ощутимыми тонкими пальцами до изувеченной руки Тэль-Белара, и холод пробежал по ней от запястья до предплечья. — Всякий раз, как ты с благодарностью вспомнишь мое имя, сознание твое будет заряжаться моей силой, и имя мое — Ашутар, — промолвил дух и исчез.
Всего пара секунд потребовалась эльфу, чтобы прийти в себя. Сжимая заветный свиток
Иерарх полными горя глазами смотрел на растерзанное тело сына.
— Я могу воскресить его, — сказал Тэль-Белар, опустившись на колени рядом с силенами.
— Это будет неправильно, — Ашас Дурай, встряхнув головой, снова обрел серьезный и яростный вид. Он поднялся с колен и жестом подозвал к себе выживших подданных.
Силены столпились вокруг иерарха с жалкими выражениями на лицах. Кто-то выл, оплакивая погибших, остальные молчали, ожидая того, что скажет им вождь.
Иерарх заговорил на родном языке, и речь его то приобретала скорбные интонации, то грубые слова с яростью срывались с его языка. Наконец Тэль-Белар начал замечать, что силены оживились и начали поддерживать иерарха дружными возгласами. Затем, сказав что-то, Ашас Дурай указал на Тэль-Белара, и лица силенов все разом обратились к нему: в них читались благоговейный трепет и надежда.
— От лица всего племени Варка я умоляю тебя, странник, вернуть к жизни наши глаза и уши, оживить Кула Тхити, наследницу великого прорицателя Шадита.
Эльф склонился над лишенным жизни телом Менду, чтобы еще раз поблагодарить его и попрощаться. Затем он повернулся к мертвой провидице и развернул прозрачный свиток. Мягкие, давно забытые слова нараспев вырывались из его рта. И когда последняя фраза «…куил_атолад!» слетела с его языка, свиток тут же исчез из рук эльфа, а провидица сделала глубокий хрипящий вдох и тут же села. Глаза ее встретились с глазами лучника.
— Она просила передать, что ты сделал правильно, что не последовал за ней, — прошептала старуха и бессильно опустилась на землю.
Толпы силенов приветствовали провидицу радостными возгласами. Служанки подхватили старуху и понесли в дом. Кто-то пошел разбирать горы трупов, остальные принялись наводить порядок в долине. Желтое зарево осветило восточный небосклон лучами новой надежды. Тэль-Белар сидел позади хижины, опустив лоб на скрещенные на коленях локти, и плакал…
— Я вижу тех, кого ты ищешь… Они блуждают меж высоких стен, и тысячи глаз, у которых больше нет хозяина, провожают их взглядом… — закатив глаза, провидица сидела в темном прокуренном шатре и глазами подвластных ей сов выслеживала группу людей, появления которых так долго ожидал Тэль-Белар.
Темный эльф сидел на корточках перед синекожей рогатой старухой и внимал каждому ее слову. Наконец-то я смогу двинуться дальше. Почти год прошел с тех пор, как, отбив нападение орков и получив признательность самого иерарха, Тэль-Белар остался жить в каменистой долине силенов. К его амулету правды добавилось медное кольцо, составившее странную компанию осколку водного кристалла и делающее его почетным гостем на всей территории лагеря Варка.