Ночная тень
Шрифт:
Лили не хотела, чтобы Найт покидал ее. Когда муж положил ее на постель, она приникла к нему, всхлипывая:
— Нет, Найт, пожалуйста, не уходи! Ты обещал, что мы поедем в Венецию. Навсегда, ты сказал. Не уходи!
— Не уйду, — прошептал он нежно, ласково, как ребенку. — Я не покину тебя. Но только ты должна заснуть. Лили. Ты сможешь это сделать, как, по-твоему?
— Не уходи!
Найт нагнулся и поцеловал Лили в губы.
— Все хорошо, любимая. Разве ты не веришь мужу? Я никогда не лгал тебе. Все в порядке.
— Нет, ты всегда
Доктор Броуди оттолкнул Найта.
Глава 22
— Ничего страшного, милорд. Она потеряла сознание от боли. Я собирался дать ей опий, но ее тело само нашло убежище от страданий. Сон — величайший лекарь, как вы знаете.
У Найта было такое лицо, будто с его плеч свалилась тяжесть Атланта.
— Благодарение Господу, — пробормотал он и рухнул в кресло.
— Тебе нужно поскорее переодеться, Найт, — посоветовал Берк, протягивая ему халат. — Ариель, дорогая, выйди на несколько минут, пожалуйста, хорошо?
— Конечно, — кивнула графиня и, погладив Найта по руке, направилась к выходу.
Однако Найт не сдвинулся с места, пока доктор Броуди не зашил рану на спине и не наложил повязку. Только когда доктор отошел, Найт встал и начал методически освобождаться от влажной одежды.
— Знаете, милорд, — задумчиво сказал доктор, глядя на Лили, — что-то тут мне непонятно. Если она заслонила вас собой и пуля прошла насквозь, где же она, эта пуля? Я хочу сказать, а ваша жена действительно стояла перед вами или стрелявший промахнулся и попал не в нее, а в вас? — Только в это мгновение Найт неожиданно почувствовал резкую боль в ребрах. — Куда же попала пуля? — продолжал доктор. — Мне показалось, что ваша жена бросилась между вами и грабителем.
— Совершенно верно, — кивнул Найт и, стащив сорочку, тупо уставился на свою окровавленную грудь.
— Ах, будь я проклят, — протянул он, медленно поднимая голову и ошеломленно оглядывая Берна и доктора Броуди. — Ваша загадка решена, доктор. Похоже, в меня все-таки попали. Странно, однако, я ничего не почувствовал.
С этими словами Найт криво улыбнулся и рухнул на пол.
Первое, что увидел Найт, когда пришел в себя, — озабоченное лицо Ариель.
— Ну как, Найт?
— Лили?
Ариель ни на секунду не поверила, что Найт бредит и никого не узнает.
— Она спит, не в обмороке, а действительно спит. Она просыпалась, и доктор Броуди дал ей несколько капель опия. Ты лежишь в соседней комнате. Ну а я счастлива, что ты вновь с нами. И с Лили, правда, все хорошо. Что же до вас, милорд, доктор Броуди вынул пулю. Она оказалась как раз у самого ребра. К счастью, ничего не сломано и серьезных повреждений нет. Рана неглубокая, слава Богу, и ты скоро поправишься. — Ариель помедлила и подняла левую руку Найта. Запястья были перевязаны. — Кожа была вся стерта,
Граф с видом оскорбленной невинности укоризненно взглянул на супругу:
— Вовсе нет… то есть вовсе не так много. Но честно говоря, я умираю от любопытства, Найт, или, вернее говоря, любопытство просто пожирает меня заживо. Ты был связан. В вас стреляли. И кроме того. Святой Боже, ты женился. Это самое большое потрясение, по крайней мере, для меня.
— Я так голоден, что мог бы даже съесть твое любопытство. Есть ли шанс получить в этом доме хоть кусок говядины или что-то в этом роде?
— Хорошо, так и быть, добуду тебе что-нибудь, но если только поклянешься рассказать все и ничего не утаить. Подожду, пока ты поешь. — Граф оказался верен слову. Он не задал ни единого вопроса, просто говорил о погоде, пока Найт не отложил вилку. — Вот, выпей еще немного бренди.
Найт глубоко вздохнул, ощущая приятное чувство сытости, и на секунду закрыл глаза:
— Я женат… нет. Лили не беременна… нет, она не была моей любовницей, но самое интересное — я стал отцом троих детей. Все они чистые дьяволята, но я люблю их так же горячо, как и их мать.
— Господи Боже!
— Лили была невестой моего кузена, Триса Уинтропа. Это, собственно говоря, его дети. Я не видел кузена больше пяти лет. За эти пять лет Трис превратился в вора и мошенника. Все шло хорошо, пока он не попытался провернуть невероятную аферу, в которой обманул и предал своих партнеров — убийц и грабителей, и те в отместку прикончили его. Там было еще много всего… Короче говоря, Лили взяла детей и покинула Брюссель всего с пятьюдесятью фунтами в кармане. Я уже успел рассказать о Брюсселе?
— Потребовалось множество вопросов, чтобы наконец узнать все факты и расположить их в нужной последовательности.
— Никаких идей относительно тайника с драгоценностями? — осведомился граф.
— Нет. Поверьте, мы с Лили и я осмотрели все детские игрушки, все их вещи. «Побрякушки Билли» должны быть в Брюсселе. Другого места просто быть не может.
— «Побрякушки Билли», — заметил Берк. — Интересно. Что это за история? — И Найт, уже еле ворочая языком от усталости, рассказал Берку историю Билли и его нареченной Шарлотты. — Билли и Шарлотта, — повторил Берк. — Значит, Вильям и Шарлотта. Брюссель. Хм-м-м.
Найт согласился бы, останься у него хоть капля энергии, но он уже ничего не слышал. Он спал крепко, беспробудно.
— Очень интересно, — тихо сказал граф и поднялся, не сводя глаз со старого друга. — Крайне интересно.
Лили медленно просыпалась. Ей так хотелось пить, что язык, казалось, распух.
— Пожалуйста, — прохрипела она, — воды. Пожалуйста.
Около ее губ немедленно оказался стакан; чья-то рука приподняла ее голову. Прохладная жидкость полилась в рот, расплескалась по подбородку.