Непримиримая одержимость
Шрифт:
Все на секунду застыли от резкой смены тона. Когда никто не двинулся, он постучал по столу, чтобы привлечь внимание:
— Живее. Все – из кабинета профессора Максвелла. Сейчас же.
Что вообще происходит?
По комнате прокатился недоуменное ворчание, пока всех без церемоний выталкивали наружу.
Я тоже отступила, но профессор Максвелл смерил меня тяжелым взглядом.
— Не ты, Роза.
Я застыла. Похоже, Майлз знал, что профессор хочет поговорить со мной наедине, и просто выполнял приказ, выпроваживая остальных. Но
У меня редко возникали проблемы с преподавателями, а теперь оказалась в немилости у самого любимого. Он взял меня под своё крыло, предоставил возможности, о которых я не могла и мечтать, и именно благодаря ему у меня было будущее в этой сфере. С его появлением всё в моей жизни стало лучше, и я невероятно им восхищалась. Что же я могла сделать, чтобы вызвать такой гнев? Я трижды перепроверяла свою работу и не оставляла ничего на волю случая, чтобы не разочаровать человека, которого хотела впечатлить больше всего.
Может, я неправильно подписала что-то?
Не в той последовательности расставила пробирки?
Сделала неверный заказ?
Никто даже не посмотрел в мою сторону – только Шелби бросила самодовольный взгляд, – пока все выходили из кабинета.
Амели подошла ко мне сбоку, пропустив остальных вперед.
— Эй, где ты пропадала? — прошептала она мне на ухо.
— Я была у Поппи все выходные. Что вообще происходит?
— Я правда без понятия. Он взбесился сегодня утром, когда зашел в класс и не увидел тебя. Сказал всем, что занятие отменяется, но попросил меня остаться. Оказывается, он все выходные пытался с тобой связаться и даже заставлял ассистентов звонить тебе.
— Что настолько срочного?
— Не знаю. Ты кого-то убила?
Я сделала вид, что задумалась.
— Вроде нет, — ответила ей, пытаясь разрядить обстановку и избавиться от нарастающей тревоги.
Она пожала плечами и выскользнула вместе с другими.
Я оглядела пустую комнату, и паника вспыхнула во мне.
Профессор Максвелл скрестил руки на груди, испепеляя меня взглядом.
— Закрой дверь, — приказал он.
Мне хотелось спросить: «Я что-то сделала не так?» – но я не смогла. Его гнев парализовал меня. Потребовалось несколько долгих секунд, чтобы я наконец дошла до двери. Руки дрожали, когда я повернула ручку.
Не успела дверь закрыться, как моё лицо оказалось прижатым к ней. Я даже не заметила, когда он отошёл от стола и навалился на меня всем телом.
Я вскрикнула.
— Не хочу, блядь, ничего слышать, — рявкнул профессор Максвелл. — Я еле сдерживаюсь. Не испытывай меня прямо сейчас.
Что за…
— Думала, если сбежишь, то не придется снова сталкиваться со мной?
Он говорил о вечеринке для студентов и преподавателей? Там были сотни людей, и совершенно нормально, что мы могли не пересечься.
Он развернул меня и схватил за предплечье. На лице профессора Максвелла застыло зловещее выражение, кожа покраснела от ярости.
— Я рискую своей карьерой ради тебя, а ты относишься к этому как к игре.
Он стоял так близко, что я могла уловить амбровый аромат его кожи. Я попыталась создать некоторое
Я не знала, что делать. В панике я попыталась сделать осторожный шаг от него. Снова он остановил меня. Когда я в третий раз попыталась вырваться, профессор Максвелл окончательно взорвался. Он прижал меня к двери и накрыл мои губы жестким поцелуем.
На мгновение я замерла.
Я была ошеломлена.
Его пальцы впились в мои волосы, схватив локоны, чтобы запрокинуть мою голову. Он обхватил ладонью мою шею, а его язык ворвался в мой рот, двигаясь с уверенной настойчивостью. Это был поцелуй, в котором кипела ярость, будто он выплескивал на меня свои чувства.
Его железная хватка на шее на мгновение перекрыла кровообращение, а вместе с ним и заблокировала мысли. Он целовал меня так, будто заявлял на меня права, не оставляя мне выбора, кроме как подчиниться. Я застыла от шока, когда осознала, что его поцелуй не кажется чужим. Ощущение правильности подавила меня, превратив в податливый пластилин в его руках. По всему телу разлился жар, пока его губы поглощали мои, а колено раздвигало мои ноги. Наши языки и зубы столкнулись, и этот хаос только нарастал с каждой секундой. Только когда я почувствовала, как усиливается давление на бедра, мои глаза распахнулись.
Что, черт возьми, он делал?
Я вышла из ступора и толкнула его в грудь. Он не сдвинулся с места. Даже не заметил моего сопротивления. Или заметил, и это лишь подстегнуло его. Я попыталась пробормотать «Остановитесь», когда сумела оторваться от его рта. Он лишь взял меня за щёку, повернул к себе и продолжил в том же духе.
Не зная, что ещё делать, я укусила его за губу. Это не помогло – его рука просто опустилась на мою задницу и предупреждающе сжала её. Он будто находился в собственном мире, даже когда я кричала ему в рот и била его по груди.
Наконец профессор Максвелл отстранился и уткнулся лицом в мою шею, его губы скользнули вдоль ключицы.
— Ты не можешь впадать в панику из-за нас и уходить. Не после того, как сама это начала.
Моя рука взлетела к губам – они распухли и болели. Он поднял голову, тяжело дыша, и оторвал меня от двери. Я попыталась ухватиться за что-нибудь, чтобы остановить это безумие, и нащупала край рабочего стола. Он толкнул меня так резко, что я не удержалась, и моя рука задела инкубатор. Стеклянная крышка разбилась о пол, но профессор не вздрогнул. Казалось, он даже не услышал этого.
Он швырнул меня на диван у окна и отступил. На секунду показалось, что мужчина одумался – но он сделал это лишь для того, чтобы снять свой свитер.
— Я уже и так, блядь, слишком долго ждал тебя. Я не стану делать это снова.
Я не понимала. Профессор Максвелл говорил так, словно мы уже переступили какую-то грань, хотя еще было время остановить это безумие.
Он набросился на меня, прежде чем я успела отползти. Без колебаний залез под мою юбку, схватил белые трусики и быстро стянул их с моих ног.