Непримиримая одержимость
Шрифт:
Дэймон и его комплекс спасителя. Он явно хотел эту дурацкую металлическую коробку, но у него было слишком много долбаных принципов. Вечный мученик. У меня от этого зубы сводило.
Мать выглядела раздражённой из-за такого поворота.
— Дэймон. Ты не можешь наказывать себя за ошибки брата.
— Но он использовал подвал только потому, что вы забрали у него сарай.
Моя челюсть сжалась при этом напоминании.
Дэймон наклонился ближе и понизил голос.
— Он ходит на миллион научных кружков, и почти каждый требует экспериментов. Где ему ещё всё это делать?
— В школе! — воскликнула она в раздражении. — Мы не хотим, чтобы он проводил эксперименты дома без присмотра.
— Но в школе сказали, что проекты должны выполняться дома. Это не его вина, понимаешь? Вы с папой можете присматривать за ним, если беспокоитесь о том, что он делает.
Я фыркнул. Как будто дорогая мамочка когда-нибудь выделила бы полдня, чтобы проследить за моими проектами или интересами. Запереться в сарае со мной – для неё худший кошмар.
— Дэймон…
— Пожалуйста, мам. Без Кайдена играть будет неинтересно. — Наглая ложь. Дэймон просто хотел включить меня, хотя мне всё это было до лампочки. — Посмотри на это с другой стороны. Если мы будем играть вместе, у него останется меньше времени на эксперименты без присмотра.
Её мрачное выражение лица говорило само за себя. Мать не хотела уступать, но также не могла вынести, чтобы её первенец был несчастен. Она вздохнула.
— Хорошо. Если ты этого хочешь.
Круто. Она сказала «хорошо», потому что не могла испортить настроение любимому сыну.
Дэймон ухмыльнулся и вернулся к настройке консоли. Потом резко поднял голову, и его взгляд нашёл меня через всю комнату.
— Кайден.
Мать подняла взгляд. Её зрачки были расширены – вероятно, потому что она недавно увеличила дозу. Она думала, что я не замечу. Я был единственным, от кого наша мать не могла скрыться, и она ненавидела меня за это. Она смотрела на меня, как на дикое животное, которого не стоит кормить. Если бы могла, она бы пристрелила меня однажды.
Но Дэймон не видел правды о нашей семье, как не видел нас такими, какие мы есть на самом деле. Наша мать была наркоманкой, наш
Он вскочил на ноги, будто увидел давно потерянного друга.
— Чувак, ты не поверишь, мама достала нам Nexora Viba. В магазине забыли положить второй контроллер, но мы можем играть по очереди, пока его не пришлют.
Мама достала нам Nexora Viba? Он говорил так, будто это была её идея с самого начала. Будто он не умолял её только что поделиться со мной приставкой из жалости. Или, возможно, потому что играть при мне было бы неловко. Роли идеального сына ему было мало – нужно быть ещё и героем.
— Хочешь начать первым?
Я прищурился.
— Мне и так нормально, — пробормотал я и развернулся к выходу.
— Чувак, это же Doom of the Dead... — Дэймон вцепился мне в плечо, пытаясь втянуть меня в своё восхищение тупой игрой.
Да пошёл он.
Я резко повернулся и толкнул его.
— Убери от меня свои гребаные руки.
Он отшатнулся, врезавшись прямо в нашу мать.
— Кайден! — взорвалась она, хватая Дэймона за локоть, чтобы удержать его.
Дэймон потер плечо и посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то – может, обида, не от грубости, а от того, что я его оттолкнул. Честно говоря, я не рассчитывал толкнуть так сильно. Я просто не хотел, чтобы он меня трогал. Я не понимал, зачем он вообще со мной возится, когда я ясно дал понять, что не стоит.
Но этот проблеск сожаления исчез, как только пронзительный голос матери наполнил комнату:
— Что с тобой не так?!
Я пожал плечами.
— Он не должен был меня трогать.
— Нельзя поднимать руку на брата! — Её глаза прожигали меня насквозь. — Ты понял? Извинись.
Я усмехнулся, когда Дэймон встал между нами.
— Всё в порядке, мам. Я его напугал, вот и всё. Он не хотел.
Господи. Может, он хоть раз в своей чёртовой жизни перестанет изображать спасителя?
— Нет, Дэймон. Это ненормально. Это именно то поведение, о котором я говорю. — Её пылающие глаза обожгли меня. — Ты наказан. Без ужина сегодня. И никаких гаджетов. Не показывайся на глаза, пока не будешь готов извиниться.
— Конечно, я извинюсь... Когда ад замерзнет.
Она указала на лестницу.
— Марш в свою комнату. Живо!