Непримиримая одержимость
Шрифт:
Позволить ей умереть было необходимым, но просчитанным риском. Хотя я оказывал своему близнецу услугу, это не должно было выглядеть так, будто я был причастен.
Вместо того чтобы поднять её с пола, я пододвинул стул и запустил секундомер на телефоне. Мне нужно было отвезти её в больницу ровно в тот момент, когда она будет балансировать на грани смерти. Всё должно было выглядеть так, будто я пытался помочь ей, обеспечив при этом, чтобы врачи уже ничего не могли сделать для её спасения. Повреждение мозга и недостаток кислорода
Она смотрела на меня с отвращением и пониманием, что всё это время была права насчет меня, пока я ждал её смерти. Я лишь пожал плечами. Несмотря на её убежденность, я дал ей умереть не из-за ненависти. Фермеры усыпляют больных животных, чтобы избавить их от страданий. Люди ничем не отличаются. Мать была больна и не проявляла никаких признаков улучшения. Она всё равно никогда бы не поправилась и в конце концов скончалась бы – независимо от моих действий. По крайней мере, если она умрет сейчас, у Дэймона появится шанс на блестящую карьеру. Если бы она умерла позже, то успела бы окончательно испортить его будущее.
Чего я не учел, так это реакции Дэймона. Конечно, я ожидал некоторых слез по усопшей матери. Но я предполагал, что в конечном счете он почувствует облегчение. Она была препятствием на его пути к величию. Было непрактично желать сохранить такую обузу.
Глядя на Дэймона сейчас, можно было подумать, что он чувствует что угодно, кроме облегчения. С каждой секундой он становился всё более взвинченным.
— Клянусь Богом, пап. Если ты еще раз обвинишь Кайдена, тебе не придется выставлять его. Мы сами уедем.
— Я не пытаюсь выставить тебя. Просто пойми, Дэймон. Я не могу жить под одной крышей с тем, кто убил мою жену.
Дэймон выпрямился во весь рост, его ноздри раздулись от гнева.
— Если бы Кайден хоть пальцем тронул маму, я бы сам закопал его на шесть футов под землю. Я точно знаю, что он на это не способен, и то, что ты этого не видишь, – твоя проблема, а не наша. Я люблю тебя, пап, но, серьезно, отвали уже.
Я в шоке уставился на Дэймона. Неужели я сломал его окончательно?
Пока отец продолжал орать, я вышел из комнаты и поднялся на крышу, чтобы выкурить сигарету. Впервые я усомнился в своих действиях. Я сделал Дэймону огромное одолжение, но он выглядел полностью раздавленным. Это было тревожно. Я никогда не видел его таким. Возможно, их связь была глубже, чем я думал.
Дэймон всю жизнь жертвовал чем-то ради меня. Когда нам было двенадцать, он больше всего на свете хотел получить дурацкую игровую приставку. Мать запретила мне играть, и он был готов отказаться от приставки в знак солидарности.
А теперь я отнял у него самого важного человека в его жизни. Мы оба сходились в одном – Джо Максвелл был идиотом. И пока Дэймон дипломатично терпел отца, его опорой, как ни иронично, была наша мать-наркоманка. Без неё у него не осталось поддержки, потому что я не мог обеспечить её брату.
Ему
Как бы я ни ненавидел это признавать, в жизни Дэймона было два человека, которые тянули его ко дну. Первый человек был устранен. Оставался я.
Не могу точно сказать, когда я остановился на идее самоубийства. Наверное, где-то между первым и вторым часом глубоких размышлений. Но как только мысль пришла в голову – она показалась чертовски хорошей.
Первая причина была очевидной. Дэймон преуспел бы без моего плохого влияния.
Вторая причина была еще проще. Мне было до тошноты скучно.
Часть жизни в процветающем обществе заключалась в том, чтобы уметь выстраивать межличностные отношения, а это навык, который я никогда не освою и даже не собираюсь пытаться. Все до единого наводили на меня смертную тоску. Каждый человек, которого я встречал, был ниже меня. Зачем пытаться?
Другие люди, похоже, находили друг друга интересными. Понятия не имел почему. Я – нет. Очевидно, я был браком, непригодным для общества.
Как я уже говорил, фермеры убивают дефектных животных, которые больше не приносят пользы. Недостаточно обладать блестящим умом. Общество требовало большего, а я не собирался опускаться до его уровня.
Так что самоубийство казалось самым логичным решением.
Я не был в депрессии, нет. Я рассмотрел все остальные варианты, прежде чем прийти к этому выводу.
Например, я мог бы добиться эмансипации. Но у меня было чувство, что это станет слишком большим скандалом для такой семьи, как наша, и Джо сделает всё возможное, чтобы этого не произошло. Он убедил бы судью, что мне место в специализированном учреждении. Всё, что для этого потребовалось бы, – чтобы кто-то сравнил время моего возвращения домой и время, когда я привез мать в больницу. Несмотря на свои обвинения, Джо был недостаточно умен, чтобы додуматься до такого самостоятельно. Однако, если бы он выдвинул обвинение перед судьей во время слушаний об эмансипации, временные отметки изучили бы вдоль и поперек.
И Джо всё равно не отступил бы от решения сослать меня подальше. Он годами ждал подходящего повода. Дэймон упрям, и он настаивал бы на том, чтобы мы держались вместе. Даже если бы я сбежал или получил эмансипацию, он последовал бы за мной на край света.
Почему он так остро чувствовал связь близнецов, если всё, что чувствовал я, – лишь легкую ответственность за его будущее?
Как я уже сказал – непригодный.
Я бросил сигарету на землю и раздавил её ногой. Вздохнув, уставился на воду внизу. Боже, это будет досадный способ умереть.