Некролог
Шрифт:
– Меня отправят в режимную камеру?
– она кричала на весь коридор.
– Я во всем этом цирке участия принимать не собираюсь! Это какое-то безумие, я хочу выписаться! Немедленно!
– Ты подговорила ее убить себя! Помимо прочего, я заметила, что ты беспокойно спишь, пытаешься общаться со всеми пациентами. Одиночество должно пойти тебе на пользу. А что касается цирка, ты давным-давно принимаешь в нем участие, сейчас уже не имеет смысла начинать жаловаться.
– Я желаю выписаться! Мне не нравятся ваши уродливые клоуны и номера со смертельным исходом, я требую антракта!
Валентина
– Закрой свой грязный рот, сука.
– Она резко дернулась в сторону и подвела к пациентке двух санитаров.
Девушка испугалась их - два высоченных лося схватили ее под руки и поволокли на минус первый этаж - в карцер. Ее бросили в одноместную комнату с металлической дверью, с единственным окном для подачи еды. Стены были звуконепроницаемые, и Варя уже не слышала воплей других пациентов, раздававшихся в коридоре. В соседних палатах лежали бойцы Сигмы, а также другие крайне помешанные люди, представлявшие опасность для себя и окружающих.
– Советую отоспаться, - буркнул санитар и закрыл за собой дверь.
Оставшись одна, под замком, Варя не знала, чем ей заняться. Она смотрела на стены, искала в них трещины, чтобы хоть на что-то отвлечься, но Валентина все не приходила. Девушка не могла полностью расслабиться, зная, что ее прежнюю палату обыскивают и могут найти краденные ею медикаменты. В камере, как ей показалось, пахло сыростью и тухлой водой, а также присутствовала дымка. Варя злилась на Демона, который оставил ее, ничего не объяснив, а потому она ревностно пыталась привлечь его внимание к себе, нашептывая:
– Должно быть, Тебе кажется, что за все твои страдания, за пережитую Тобой боль Ты имеешь право на что-то большее, чем есть у других, чем Тебе предложено. Отталкиваешь всех, кто пытается Тебе чем-то помочь, указывает на Твою неправоту. Ведь Тебе никто не смеет советовать до тех пор, пока не пройдет по Твоему пути, не переживет то, что пережил Ты.
– Варя огляделась, но Его рядом с ней не было.
– Вашему вниманию представляется аттракцион невиданной искренности! Если вы слишком впечатлительны, то вам стоит отказаться от посещения аттракциона! Если все же Тебя интересует мое сухое, непредвзятое мнение на Твой счет, то лучше приди сюда и выслушай меня. Но нет-нет! Ты не придешь, Ты сделаешь вид, что выше этого, на крайний случай скажешь мне, что я заблуждаюсь и глупа. Но так ли близки и дороги Тебе люди, которых Ты потерял? Любил ли кого-нибудь из тех, кто любил Тебя? Любил ли кого-то из своих жертв? Нет! Они лишь обременяли Тебя, и единственное, что Ты не можешь принять в себе, так это то, что Ты не испытываешь к ним должных чувств, то, что Ты абсолютно безразличен, и Тебе никто не нужен, особенно я. Мне уже начинает казаться, что Тебя и вовсе у меня никогда не было. Как и не было крыльев за моей спиной - разовое явление, шанс, который не выпадает дважды! Неужто я так хотела верить в то, что не сошла с ума, что поверила в реальность Твоего существования, да еще и так искренне Тебя полюбила!
Медсестра продолжала томить Варю ожиданием до глубокой ночи, она ждала, пока весь медицинский персонал покинет клинику, и останутся только дежурные сестры и санитары. В два часа ночи она вошла в Варину палату и заговорила с ней:
– Почему ты
– Не хочется.
– Я помогу тебе, у меня кое-что есть для тебя.
– Валентина показала ей оставшуюся целую ампулу «Insomnia».
– Ты одна из них?
– Нет, - машинально ответила Варя, поняв, что она имеет в виду бойцов Сигмы.
– Кто же ты тогда?
– медсестра сверкнула улыбкой.
Варя начала разбирать шум голосов, стоявший у нее в ушах. Они стали совершенно реальными, и самое страшное, что Валентина тоже их слышала - это были ее призраки и одолевшие ее по ночам бесы.
– Она та самая!
– Она Дева Света!
– шептали разные голоса.
– Он думал, что обвел нас вокруг пальца. Но ты нашла ее, и заслуживаешь награду!
– Рада вам служить, Госпожа, - с уважением произнесла Валентина.
– Исполнять вашу волю уже награда для меня.
– Тебе осталось только завершить начатое! Не подведи меня.
Голоса смешались в общем шуме и исчезли. В палату вошли двое санитаров, они схватили Варю под руки и развернули лицом к Нине. Девушка пыталась скопить энергию и раскидать их по сторонам, перегрызть им глотки, но силы оставили ее. Она жалела, что так и не разобралась с тем, как пользоваться своими крыльями или как обнажать клыки по собственному желанию. Она даже не была уверена в том, что в действительности ими обладает. Валентина стояла перед ней и подергивалась, как подросток наркоман, одета она была так же: светлые джинсы, серый балахон, на ногах у нее были белые кеды.
– Привяжите ее к кровати, - скомандовала она санитарам.
Медсестра молча смотрела за тем, как они скрутили и бросили Варю на кровать. Когда ее привязали, Валентина подошла к ней и наклонилась: от нее резко пахло потом и табаком, на лице у нее проступили черно-синие вены, а глаза затемнились. Пальцы ее рук были словно каменные, она ощупывала ими Варину руку в поисках вены, а после занесла над ней набранный шприц. С изголовья кровати Варины маленькие плечи обхватили огромные лапы рыжего, веснушчатого санитара, он вдавливал ее в матрас.
– Он пожалел тебя, но я не сделаю этого. Я заставлю тебя за все заплатить. Никто из живых не имеет права называться Гласом Божьим, никто не имеет право порочить имя моей Святой Госпожи.
У Вари потемнело в глазах, она видела, как лица санитаров вытянулись и исказились в гримасе ужаса. Валентина стала хрустеть костяшками на руках, а они щелкали, как электрическая зажигалка, - громко, пугающе. Варя запрокинула голову и увидела, как капля пота упала со лба санитара и повисла у нее над головой, так и не разбившись.
– Что происходит?
– раздался смазанный крик санитара.
Второй санитар просто завопил и, будто в замедленной съемке, побежал к выходу, по мере его приближения к двери его движения ускорялись.
– Вам нечего бояться!
– громко произнесла Валентина.
– Она одержима бесом, и все, что она может, это пугать нас. Вы узрели своего Врага в лицо, так встаньте же с колен и исполните долг перед вашим Создателем - убейте пасынка тьмы!
Из Вариных глаз потекли черные слезы, ее руки неестественно изогнулись, и она воспарила над кроватью, сдерживаемая только кожаными ремнями, которые стали один за другим расстегиваться.