Недоброе утро
Шрифт:
Сзади подошла Сашка, моя сестрица. Она приобняла меня и сказала:
— Обнима-а-ашки!
Мы рассмеялись и пошли ужинать — мама приготовила что-то с обалденным запахом.
1.7. Береговой. Противостояние
Видимо, Вайсаров оказался прав — на третий день у меня почти ничего не болело. Вирус тому причиной или не вирус — но чувствовал я себя неплохо. Поэтому в рейд с ребятами я напрашивался до тех пор, пока Кудеяр с Тимуром не дали добро. Но на этом их головная боль не закончилась:
Короче, пришлось им соглашаться. В итоге поехали на «буханке» и УАЗе с пулеметом, который полковник нам позволил позаимствовать. Целью нашей были Мазаевка и Игорек, но вместе с тем мы не должны были забывать об эвакуации гражданского населения и материальных ценностей, благо маршрут наш пролегал почти через весь город. У нас были рации, так что в экстренном случае мы могли вызвать отряд быстрого реагирования с базы. Отрядом быстрого реагирования был взвод спецназа, который перебросили к нам после того, как областной центр был эвакуирован.
Вайсаров провожал нас лично.
— Притащите мне этого сукиного сына. По возможности целого, — это он Игорька имел в виду.
Я мрачно кивнул и мы поехали. В УАЗе с пулеметом нас было трое — Тимур за водителя и командира машины, Леха за стрелка и я за штурмана. За нами катила буханка с Кудеяром и пятью бойцами-срочниками, которые входили в нашу группу. Среди них был и мой знакомый Валера.
— Поедем через Дождево, туда редко катаются, может быть, там есть выжившие или не разграбленные магазины, — Тимур дернул рычаг коробки передач и перестроился во главу колонны. Кудеяр, управлявший буханкой, помахал рукой, соглашаясь быть ведомым.
Машины катили мимо пятиэтажных «хрущевок», ларьков с разбитыми витринами и куч мусора у краев дороги. На витрине одного из магазинов красной краской изнутри было написано: «ЖИВЫЕ ЗДЕСЬ», но выбитая дверь и зомби, бродящие у входа говорили об обратном.
Я вертел головой во все стороны, не узнавая родной город таким неухоженным и заброшенным. Мое внимание привлек павильон «Цветы» на автобусной остановке: дверь, витрина, крыльцо были заляпаны кровавыми потеками и пятнами. В дверном проеме мне почудилось какое-то шевеление. Что за?..
— Леха, «Цветы»! — громко сказал я.
— Какие на хрен… — не врубил Леха, но в следующую секунду уже поворачивал ствол пулемета в сторону павильона. — Мляяяя!
Сначала показалась морда, потом огромные передние лапы, мускулистые плечи… Мутант, оттолкнувшись всеми четырьмя конечностями, прыгнул в нашу сторону.
Кудеяр в «буханке» выкрутил руль и увильнул от столкновения, свернув на тротуар. Тварь, промахнувшись, мигом сориентировалась и рванула за нашим уазиком.
— Твою мать, твою мать, твою мать… — бормотал Леха, дергая затвор пулемета.
Я снял с предохранителя
Огромные клыки, как у гребаных динозавров в «Парке Юрского периода», длинные лапы с мощными мышцами, мясистая сутулая спина, злобные глазки под массивными надбровными дугами… Адское существо!
Тут, наконец, Леха справился с затвором и наш ПК заговорил в полный голос. Крупнокалиберные пули впились твари, бегущей за машиной, прямо в горб, сбивая с траектории и глубоко входя в тело мутанта.
Издав истошный визг, чудище покатилось по дороге, потом вскочило на все четыре лапы и прыгнуло в сторону. Пулеметная очередь выбила искры и фонтанчики пыли из асфальта, преследуя мутанта, но тот следующим прыжком оказался на крыше какой-то конторы, стоящей у дороги, и через долю секунды скрылся из виду.
— Я, млять, в него раз десять попал! — выкрикнул Леха. — Какого хрена? Это же пулемет, млять! И какого хрена ты сбежал, тупое ты животное?!
Он от злости еще раз надавил на спусковой крючок, и от пулеметной очереди с громким звоном обрушились окна конторы, на крыше которой скрылся мутант.
Мутант больше не показывался, и мы покатили дальше по городу. Я усердно вертел головой во все стороны, высматривая возможную опасность или признаки того, что рядом есть живые люди.
Вдруг Тимур резко дал по тормозам.
— Что там?
— Гляди, цыгане!
Во дворе магазина с вывеской «Родничок» группа каких-то мужиков алкашеско-бичеватого вида перетаскивала деревянные ящики в обдрипанный грузовик. Трое цыган охраняли все это действо, пинками и прикладами ружей подгоняя рабочую силу.
— Ненавижу, млять, цыган! — Леха стал разворачивать пулемет на вертлюге, целясь в охранников.
— Погоди, че они там таскают вообще? — спросил я.
— Да какая разница! Валить их надо! — рявкнул Леха, и в этот момент цыгане нас заметили.
Дернув затвор помпового ружья, один из них саданул дробью в нашу сторону. Дробь пришлась в борт «буханке», Кудеяр выжал тормоз и выкатился наружу, следом за ним выскакивали бойцы, выискивая укрытия и разбегаясь полукольцом.
Я тоже выпрыгнул наружу и спрятался за бетонным фонарным столбом. Хреновое укрытие, но лучше, чем ничего! Заговорил Лехин пулемет и почти сразу же раздался звон, как будто разбилось несколько бутылок.
Я выглянул из-за укрытия, дал пару коротких очередей в сторону грузовика, за которым укрылись цыгане, и увидел, что почти все мужики-грузчики разбежались, только один пытается что-то подобрать с земли.
На земле валялся ящик, и под ним стремительно расплывалась лужа, источающая запах дорогого алкоголя. Варвары!
Пригнувшись, я рассмотрел две пары ног у заднего колеса грузовика. Третьего цыгана видно не было. Бойцы постреливали изредка, но попадали в основном в кузов и кабину вражеской машины. Никому не хотелось зря рисковать жизнью.