(не) Молчи
Шрифт:
Присаживаюсь, оказываясь рядом с родным плечом. Мама занимает место у края.
Женька облокачивается на окно, будто укладываясь спать. Волнует воздух движением и я невольно расширяю ноздри, улавливая шлейф его запаха. Глубоко втягиваю, расслабляясь и безысходно зеваю.
— Мам, я посплю, — выдаю тихо прикрывая глаза. Блуждающая улыбка касается губ. День без него окончен. Всё наконец-то стало нормально. Веки заметно тяжелеют. Голова неминуемо падает.
— Молодой человек, извините, — слышу мамин голос, сквозь лёгкую полудрему из которой уже не хочу
— …оставьте, пусть спит, — парирует голос, который не перепутаю ни с одним на свете, и пальцы уходят с плеч, а мне наконец-то становится хорошо и удобно.
Пол ночи искала в постели своё место, а оно… Просто ждало меня тут. На родном плече, которое подходит для сна лучше любой самой удобной постели. И пахнет… Спокойствием. Возможностью расслабиться. Мужчиной. Моим. И его уверенным решением — быть со мной вместе.
3. Вот так
На моих глазах спорили огонь да лед,
Кто кому судья и кто кому прервет полет,
А над этим всем, ветер поднимал свой флаг,
Выше всех вершин! Вот так!
Мира
Москва. Я открываю глаза за двадцать минут до приезда.
Остановки становятся чаще. Вагон сильнее качает. Люди набились как сельдь в бочке. На маму с боку давят как минимум двое и поэтому моё отклонение в сторону сейчас её совсем не смущает.
— Извините, — орошаю горло, глотая запах его парфюма. Надышалась с лихвой за пару часов. Горечь успела осесть в глотке.
Отстраняюсь для вида, а сама с трудом держу мышцы в заявленном тонусе. Щеки так и тянет приподнять в довольной улыбке.
Он подмигивает, едва ощутимо, а голос выводит бесстрастное:
— Всё нормально.
Со стороны и не заподозришь, что этот парень во мне заинтересован. Он безупречно контролирует свою мимику, жесты. Его выдержке позавидует каждый. А я… Уже сама начинаю во всём сомневаться. Слишком явное безразличие он играет. Оно раздирает на части и эти грядущие двадцать минут становятся персональным адом.
Так не честно! Быть так близко и отталкивать меня ментально!
Дую губы. Задумчиво пялюсь в одну точку.
— Что опять не так? — проницательно уточняет мама.
Передергиваю губы. Хмурюсь и не хочу отвечать. Дублирую услышанное от Женьки, только с присущим негативным посылом:
— Всё нормально.
Сжимаю руки в кулаки, периодически тереблю пальцы. Думаю. О том, насколько сложно выдерживать подобные моральные шифры. О том, что ехать назад придётся порознь. Мама не настолько глупа, чтобы поверить в подобные совпадения.
Периодически смотрю в телефон. Там пусто. Лишь циферблат отмеряет
Женька не любитель писать, хотя мог бы изголиться и отправить хотя бы смайл в знак поддержки.
Душно. Солнце прогревает переполненный вагон.
Каждый второй считает секунды до конечной. Каждый первый — готов стартовать с места при малейшей возможности. Ворваться толпой в переход, свернуть в нужный коридор, продолжить спешный маршрут к входу нужной ветке метро…
Ближайшие пять лет моей жизни — это бег в потоке таких же желающих не опоздать. Смогу ли я выдержать этот темп? Действительно ли мне это нужно? А он…?
— Мам…, — порываюсь задать эмоциональный вопрос, но затихаю не озвучивая больше протяжного слова.
— Что, Мира? — сосредоточенно уточняет, придерживая на коленях дамскую сумку.
— Прибываем через две минуты, — констатирую отстранено. — Нам на кольцевую. Там сейчас толпа…
Ощущаю невесомое движение сбоку. Оборачиваюсь в сторону Жени.
Сидит не подавая и виду. Смотрит в окно.
Залезаю рукой в карман своей куртки и нащупываю то, чего ранее не было — небольшой шоколадный батончик. И частичку его и заботы. Улыбку, что успела потерять. Ту, что он вновь вернул, стоило лишь начать думать о нём в ином ключе.
С любовью и нежностью.
Народ начинает движение. Поезд тормозит. Мама порывается встать, а я мимолётно цепляю его руку. И ощущаю, как сильные пальцы слабо сжимают мои. Обещают и подтверждают единственно верное: Я рядом.
Не смотрю, чтобы не мазнуть по нему и губами.
Слишком много свидетелей. Слишком плотно стоят люди друг к другу. А родной голос умудряется прошептать прямо в ухо:
— Не бойся, я всегда от тебя на расстоянии шага.
Выход. Движение в скорости потока. Ни посмотреть назад. Ни обернуться. Только вперёд. Иначе снесут. Каждый спешит куда-то по своим сверхважным делам. Каждого ждут. Где-то. Или встречают.
Мама крепко вцепляется в мою правую. В один из моментов обгоняет и тащит к метро ускоренным локомотивом. А я иду, ускоряю шаг и невольно улыбаюсь новому утру. Я бы хотела затеряться с ним здесь. В толпе, которой плевать на всех. Я бы осталась наедине. С ним. На расстоянии шага. В эпицентре круга с радиусом не более метра.
Длинные коридоры на переходах. Сочная зелень на выходе из метро. МГУ. Во всей красе и великом убранстве.
Стою, высоко задрав голову и любуюсь зданием, которое вскоре станет моим новым домом. Страха нет. Есть восхищение. И желание преодолеть все преграды.
А между тем, меня обгоняет тень. Темный капюшон и рюкзак за спиной. Проходит. Рядом со мной. На расстоянии шага.
— Пошли, — довольно дёргаю маму.
Разворачивает к себе дотошно уточняя:
— Мирослава, ты помнишь о чём я тебя просила?
— Дословно, — киваю с послушным видом. — И я всё правильно сделаю. И сдам, если укажут на то, что процентная разница в разрыве совсем небольшая.
Мама многословно улыбается и ведёт к знакомому парадному. Фойе. Рамки. Досмотры. Коридоры.