Навечно

Ли Женева

Кому-либо. Он мог этого не говорить.

– Каждый фамильяр, которого я знаю, связан с Советом, и даже если мы найдем того, кто не связан, сколько из них смогут помочь?

Я прикусила нижнюю губу. Ему либо понравится моя идея, либо он будет в ярости.

– У меня есть одна мысль, но я не уверена, что она захочет помогать.

– Кто?
– Его глаза прищурились.

– Диана Джонс. Ведьма, которая входила в мой аттестационный комитет на выпускном…

– Я знаю, кто она, котенок.

– Она ясно дала понять, что не является фамильяром.
– Я решила не напоминать

ему, что она также была настроена против вампиров.
– Она поняла, что в моей музыке есть магия. Может быть, она сможет помочь.

Он на мгновение задумался, его глаза следили за моими движениями, пока я шла к комоду.

– Это не такая уж плохая идея.

Я выдохнула, хотя и не подозревала, что затаила дыхание. Не то чтобы я ожидала, что он будет против. Дело в том, что у меня были смешанные чувства по поводу этого плана. Встреча с Дианой напомнит о факте, что я перестала играть.

Губы Джулиана скривились, как будто он думал о том же, но он не стал настаивать.

– Я нашла ее. Она сейчас в Лондоне, готовится к выступлению с городским симфоническим оркестром. Я знаю, что мы должны были вернуться в Венецию…

– У нас есть неделя до Третьего обряда.
– Он встал с кровати одним изящным движением.
– Это не так много времени, но мы положим начало.

Я кивнула. Это было лучше, чем ничего.

– Она может быть слишком занята.

– Она найдет время.

– Джулиан, она всемирно известный музыкант, - напомнила я ему.
– Я не собираюсь требовать, чтобы она освободила для меня свое расписание.

Он направился ко мне, и я сглотнула, увидев темноту в его глазах.

– Я могу быть очень убедительным.

Я положила руки на бедра, несмотря на то, что его близость вызвала во мне бурный прилив гормонов.

– Ты не будешь ее принуждать.

– Нет.
– Он положил свои руки на мои, притягивая меня ближе.
– Я собираюсь попросить ее. Вежливо.

Я подняла бровь.

– Она поможет тебе, потому что сама этого захочет, - пообещал он.
– Даже ведьма, настроенная против Совета, будет чувствовать себя в долгу перед тобой.

– Что? Почему?

– Ты вернула всем магию. Если ты думаешь, что она может помочь тебе, то, я думаю, она это сделает.
– Он нежно поцеловал меня в губы, и я почувствовала, как таю.
– Но если мы направляемся в Лондон, мне нужно поговорить с Бенедиктом.

– Собираешься переночевать у него?
– поддразнила я, пытаясь отвлечься от желания, пульсирующего у меня между ног.

Но Джулиан покачал головой.

– У него есть разрешение жить в Лондоне.

– Разрешение?
– повторила я.

– Технически, любой высокопоставленный гость должен согласовать свой визит с двором, прежде чем ступить ногой в город, и ты, моя королева, определенно попадаешь в эту категорию.

Мои щеки вспыхнули.

– Какой двор? Что-то вроде королевской семьи?

Если бы он сказал мне, что знаком с королем Англии, я бы упала в обморок.

– Увлечена им?
– спросил он, прочитав мои мысли. Его губы дрогнули.

– Больше нет.
– Я сама не понимала, почему

это прозвучало так, словно я защищаюсь.

Но намека на улыбку не последовало. Вместо этого его рот сжался в тонкую линию.

– Двор фей.

Через час мы уже полностью собрались, и я отправила Диане электронное письмо с вопросом, не согласится ли она поговорить. Джулиан бросил свою одежду в багаж с непринужденностью вампира, прожившего несколько столетий, и ушел поговорить со своим братом о наших планах, пока я, наконец, отправилась принимать душ.

Я старалась не думать о крови, запекшейся на моей коже, о том, что произошло. Вместо этого я быстро вытерлась и переоделась в свежую одежду, выбросив испорченную в мусорное ведро, а не в корзину для белья. Даже если кто-то и смог бы вывести пятна, я не хотела ее больше видеть. Когда я вышла, вытирая полотенцем волосы, Жаклин сидела на кровати, а рядом с ней стоял поднос с едой.

– Я подумала, что тебе нужно поесть, - бодро сказала она, но ее веселый тон не соответствовал теням, застилающим в ее глаза.

Мой желудок заурчал в знак согласия.

– Спасибо. Смерть действительно вытягивает из тебя все силы.

Она не улыбнулась.

– Думаю, беременность тоже.

Клубнику, которую я только что положила в рот, стало трудно жевать.

– Я поняла, что ты хотела сказать той фразой, что нужно быть умным, а не лезть в драку.

Я заставила себя проглотить ягоду и кивнула.

– И хотя ты, вероятно, права, мне не нравится идея твоего возвращения в Венецию, - продолжила она, не сводя с меня глаз.
– Может, это и несправедливо, но ясно, что Совет хочет твоей смерти.

– Хорошо, что меня трудно убить.

– Мы справимся с этим.

– Я знаю, что ты можешь, - медленно произнесла я, пытаясь уловить суть разговора.
– Но я должна довести дело до конца. Корона выбрала меня. Я не могу просто отказаться от трона.

– Даже если это то, чего ты хочешь?

– Джулиан рассказал тебе?
– предположила я.

Она кивнула.

– Не сердись на него.

– Я не сержусь.
– Я вздохнула и плюхнулась на кровать, отчего зазвенел фарфор. Встреча лицом к лицу с собственной смертью - в который раз - прояснило для меня несколько вещей. Как бы сильно я ни стремилась к спокойной, незамысловатой жизни, как бы ни тосковала по друзьям, которых оставила позади, я бы ни за что не хотела вернуться в прошлое. Теперь я не буду молчать. Я не позволю страху управлять мной. Ради Джулиана, ради нашего ребенка, ради будущего, которое ждало нас. И если бы мне пришлось за это бороться, я бы боролась - по-своему. Я не буду прятаться. Больше не буду.
– Хотеть и делать - это разные вещи. Даже если я захочу уйти, я не смогу. Пока нет.
– Потянувшись, я сжала ее руку в перчатке. Если она и обратила внимание на то, что моя рука была голой, то ничего не сказала.
– Я должна довести дело до конца, потому что если я этого не сделаю, мы никогда не будем в безопасности.