Наемник
Шрифт:
— Моя, детка. Вся моя, — рычу. Как одержимый, отпускаю себя и кончаю, кончаю, кончаю, наполняя презерватив своей спермой.
Остаемся в таком положении: я прижимаюсь к ней всем телом, мой полутвердый член все еще внутри нее, а кресло слегка раскачивается. Кажется, это длится вечность. Где-то вдалеке воет койот. В детстве восхищался тем, как они охотятся на мелких животных, насекомых, даже на фрукты. Как самец заботится о своей самке, принося еду для нее и детенышей. Может, он сейчас охотится, чтобы принести добычу в логово, полное
Напрягаюсь, ирония моих мыслей не ускользает.
Мэйдлин вздыхает, и я понимаю, что мне уже плевать на притворство и маскировку.
Вот что это такое, и Хейден может катиться ко всем чертям.
— Деклан? — шепчет она, вероятно, чувствуя, как в моей голове творится бардак.
Скатываюсь с нее, прижимаю к себе, поворачиваюсь, устраиваюсь поудобнее: теперь я сижу в кресле, а она лежит у меня на коленях. Притягиваю ее к себе, уютно устраиваю у себя на груди, ее голова покоится на плече, а блестящие голубые глаза с тоской смотрят на меня.
Наклоняюсь и, прежде чем успеваю одуматься, нежно целую ее в губы. Теперь ее очередь улыбаться, а моя — хмуриться. Что, черт возьми, я делаю?
Это…? Нет. НЕТ. Я не собираюсь поддаваться этому иностранному слову.
Никогда.
— Это было… что-то, — говорит она с застенчивой улыбкой.
— Да. Ты что-то, — признаю.
Она прижимается к моей груди. Это кажется… правильным. Она кажется правильной. Раскачиваю нас в кресле из стороны в сторону, пока солнце не начинает клониться к горизонту. Не помню, когда в последний раз чувствовал себя таким спокойным, таким умиротворенным.
— Деклан, кто такой Джексон?
Черт. Удар под дых был бы менее неожиданным. — Что, черт возьми, твоя сестра о нем говорила?
— Ты тоже его знаешь? Вы с ним вместе работали?
— Ответь на мой вопрос.
Она хмурится, услышав резкость в моем тоне, затем тихо бормочет: — Что его убили, вот и все. Кайли хранила столько секретов. Но ты бы видел ее лицо, когда она упомянула его. Чистая мука. Может, она и скрывала от меня что-то, исчезла из моей жизни без единого слова из-за того, что сделала, но не могла скрыть свою боль. Она очень любила Джексона. Страдает из-за его смерти. — Ее голос срывается, когда добавляет: — И, возможно, прямо сейчас она страдает в руках этих людей.
Черт. Ерзаю в кресле, устраивая ее поудобнее у себя на коленях, чтобы лучше видеть лицо.
— Боже, ты ведь его знаешь, не так ли? Он был ее парнем? Любовником? Кайли влюблена. Как она могла скрывать это от меня?
— Да, она его знала. А теперь он мертв. Больше никакой чертовой лжи, Мэйдлин, — цежу я. — Что еще она сказала?
— Что ее считают предательницей. — Она хмурит брови. — Моя сестра верна, Деклан. Пожалуйста, поверь мне. Она бы никогда не нарушила своего слова.
— Твоя сестра лгунья.
Мэйдлин напрягается, а я сжимаю челюсти. Я доверял только Джексону, больше
— Как думаешь, они увезли ее из Оклахомы?
— Нет. Она у людей Франко. Она где-то рядом. Наверное, все еще в Шелби.
— Какого черта? — Она садится ко мне на колени. — Совсем рядом. И чем мы занимались? Трахались…
— Да.
Она извивается, пытается слезть с моих колен, но удерживаю ее на месте. — Время решает все. Они будут менее осторожны, если я подожду день, прежде чем вмешаться.
— Возможно, к этому времени ее уже избили, изнасиловали или убили. Говорят, первые сорок восемь часов — самые важные?
— Твоя сестра умна. — Встаю, осторожно ставлю ее на ноги. — Она мастерски умеет манипулировать. Не удивлюсь, если она уже сбежала от них. — Беру ее за руку, веду внутрь. В спальню, которую выделили мне.
Должен взять ее еще раз, прежде чем уйду. Поднимаю ее, укладываю на кровать, перелезаю через нее.
— Обещай мне, что сдержишь свое слово?
— Обещаю, — бормочу. Затем, из-за того, что разочаровал ее, из-за того, что не могу предсказать чертово будущее и то, что может случиться со мной или Кайли, из-за того, что не могу уйти, зная, что, хотя она, возможно, простила меня, она, возможно, больше не доверяет, чувствую необходимость оставить ее с чем-то.
— Мэйдлин.
— Да?
— Что бы ни случилось, пойми: для меня наши отношения настолько реальны, насколько это возможно.
Глава 28
МЭЙДЛИН
Мечты сбываются. Разве не таков финал каждой голливудской истории любви? Но что происходит, когда твои мечты сталкиваются лоб в лоб с пьяным водителем обнаженной правды? Когда кошмары не только сбываются, но и идут рука об руку с твоими мечтами?
И все же, пока я лежу рядом с ним, пока наши тела сплетены, а в воздухе витает аромат нашей страсти, я теряюсь где-то посередине — в неоднозначной реальности, зажатой между сном и кошмаром.
Деклан выглядит спокойным во сне, безобидным. Я вздыхаю и прижимаюсь к нему еще теснее. С болью осознавая, что происходит, когда дразнишь тигра.
Мои кошмары и мечты не идут ни в какое сравнение с реальностью. И вместо того чтобы уснуть, я продолжаю бодрствовать, в мельчайших подробностях вспоминая, что произошло прошлой ночью, будто это случилось снова.
Я уютно устроилась в крепких объятиях Деклана, пока он нес меня в свою спальню. Он бросает меня на матрас и забирается на меня сверху. Его гордое достоинство трется о мою кожу, прежде чем он садится и быстро надевает презерватив.