На виду
Шрифт:
Алекс насыпал в топку уголь, затем вырвал из своей книги рун огненную руну и поджег ее над углями. Через несколько секунд уголь разгорелся, и комнату наполнило тепло. Игги налил темно-коричневый напиток в два больших снифтера и поставил их в подставки под углом в сорок пять градусов. Прямо под деревянными подставками стояли две маленькие чайные свечи, пламя которых касалось стекла, подогревая коньяк.
Пока свечи делали свое дело, Игги обрезал две сигары и протянул одну Алексу. Закурив сигары, они убрали снифтеры с подставок и задули свечи. Алекс сделал глоток коньяка и почувствовал,
— Алекс, ты должен кое-что понять, — начал Игги. — За всю свою жизнь я рассказал эту историю только одному человеку. И есть причина, по которой я не делюсь ею с другими.
— С кем ты ею поделился?
— С моим лучшим другом. Его звали Феликс Таффорд.
Алекс уловил едва заметный акцент на слове "звали".
— Что с ним случилось?
— Всему свое время, — ответил Игги. — Думаю, эта история началась, когда я учился на третьем курсе медицинского факультета Эдинбургского университета. Я хотел поступить на службу в военно-морской флот Его Величества и стать корабельным врачом. Для молодого человека с моим происхождением это был большой шаг вперед. Проблема была в том, что для поступления на службу в Королевский военно-морской флот и получения офицерского звания мне нужен был кто-то, кто мог бы меня спонсировать.
Он сделал паузу, сделал большой глоток из бокала, откинулся на спинку кресла и затянулся сигарой. Алексу показалось, что старик готовится к воспоминаниям, которые вот-вот нахлынут на него.
— И тут появился Феликс Таффорд, — продолжил Игги. — Мы с ним дружили в школе, только его отец был капитаном линейного корабля. Благодаря своим связям Феликс мог получить любую должность, какую хотел.
— То есть он использовал свои семейные связи, чтобы помочь тебе получить офицерское звание, — догадался Алекс. Игги кивнул.
— Именно так. Единственным условием было то, что я должен был встретиться с отцом Феликса и произвести на него впечатление, а это, по слухам, было очень непросто. Я понял, что если у меня вообще есть хоть какой-то шанс, то я должен предстать перед капитаном Таффордом лично. Поэтому я бросил школу как раз перед началом рождественских каникул и отправился на юг, на военно-морскую базу в Гибралтаре, где служил капитан Таффорд. Как оказалось, произвести впечатление на капитана было не так уж сложно. Он подхватил венерическое заболевание и не хотел, чтобы это отразилось на его послужном списке.
— Или на его отношениях с женой, — с ухмылкой добавил Алекс.
— Именно, — кивнул Игги. — Я написал для него очищающую руну, и через несколько дней он был как новенький. Он тут же подписал приказ о моем зачислении в военно-морской флот. — Игги усмехнулся, вспомнив об этом, но тут же снова посерьезнел.
— Я ждал возвращения в Англию, когда случилось нечто странное. В порт пригнали корабль, который нашли дрейфующим в море без экипажа. Заметь, это был не какой-нибудь маленький парусник, а американский бриг, дрейфовавший в Северной Атлантике. Его запасы были целы, так что это не было пиратством, да и сам корабль был в хорошем состоянии, учитывая, что он дрейфовал больше месяца. Просто команда… исчезла.
Алекс потягивал коньяк и слушал. Голос Игги был таким
— Об этом писали во всех газетах, — сказал он. — Это была сенсация. Выдвигались самые разные теории о том, что произошло, но фактов было недостаточно, чтобы прийти к какому-то выводу. Адмиралтейство обратилось за помощью ко всем, кто обладал научными, магическими или медицинскими знаниями. Капитан Таффорд порекомендовал меня, и я оказался на палубе "Марии Целесты". Так назывался этот корабль.
Что-то шевельнулось в памяти Алекса.
— Разве не об этом писал Артур Конан Дойл? — спросил он. — Ты заставил меня прочитать эту историю вместе с другими его произведениями.
— Дойл изменил название на "Мари Целест", но это был тот же самый корабль, — кивнул Игги. — Как я уже сказал, у каждого были свои теории. В общем, я как раз доработал свою первую формулу призрачного света, поэтому стал искать на корабле любые признаки магии.
Он замолчал и уставился на огонь, который теперь ярко пылал, наполняя комнату красноватым теплом. Впрочем, возможно, дело было в коньяке.
— Как я понимаю, ты что-то нашел, — сказал Алекс.
— В капитанской каюте, — ответил Игги с грустью в голосе. — Сначала я был в восторге. В центре пола я обнаружил руну. Руну поиска.
— Ту самую, из "Монографии", — сказал Алекс. — Ту, которая должна была привести к ней.
— Да. — Игги откинулся на спинку стула и закрыл глаза. — Лучше бы я ее не находил или уничтожил, но я был молод, амбициозен и глуп. Я переписал ее для Адмиралтейства. Все были в восторге, мое назначение было обеспечено. И только после их ухода я увидел тени.
— Тени?
Игги вздрогнул, словно его обдало холодным ветром.
— Когда "Мария Целеста" вышла из Нью-Йорка, на борту было десять членов экипажа, включая капитана, его жену и дочь. Все они были там, в каюте, или, скорее, то, что от них осталось. Я не видел их, пока не закончил с руной. Я поднял глаза, и вот они все там. Десять теней на стене, каждая искажена, словно ослепла от яркого света. Это все, что от них осталось, когда руна взорвалась.
Алекс и раньше видел, как взрываются руны: они, как правило, сильно повреждают поверхности, на которых начертаны.
— Как ты мог найти остатки руны, если она взорвалась? Разве от взрыва не должна была остаться дыра в палубе?
— Это был не физический взрыв, — ответил Игги. — Это была чистая магия. Она не повредила дерево корабля, но уничтожила хрупкие тела, собравшиеся вокруг него. От них остались лишь испуганные тени на стене.
— Ты кому-нибудь рассказал?
— Никто не стал слушать. Видишь ли, капитан "Марии Целесты" оставил после себя книгу Рун, в которой подробно описал свои поиски "Монографии". Как только в адмиралтействе поняли, что это за книга, они захотели заполучить "Монографию" для Англии. К сожалению, многие в адмиралтействе не умели держать язык за зубами. Стали распространяться истории о "Монографии" и руне, которая приведёт к ней достойного. Правительство, конечно, замяло эту историю, но о ней узнало достаточно людей, и среди рунных мастеров стало модным искать эту книгу.