На крючке
Шрифт:
Он наклоняется к уху клиента.
— У вас довольно громкие часы.
Парень нахмуривает брови.
— А?
Мой таинственный человек кивает в сторону запястья этого засранца, инкрустированные бриллиантами часы сверкают, как маяк.
— Ваши часы. Они... тикают.
— Хорошо, и?
Он вздыхает, его рука потирает нижнюю часть челюсти. Мои глаза следят за этим движением, отмечая, насколько он невероятно привлекателен, еще более привлекателен при свете дня.
Придурок поворачивается
— Наслаждаешься шоу? Сделай мне кофе.
Я стискиваю зубы. Если бы я не была на работе, я бы не пыталась так сильно прикусить язык, но мне нравится эта работа. Она первая в моей жизни, и хотя я ни в коем случае не нуждаюсь в ней, мне приятно иметь что-то, чего я достигла сама. То, что не было дано мне в руки из-за моей фамилии и крови, которая течет в моих жилах.
Как бы я ни любила своего отца, иногда мне становится тяжело жить в его тени.
— Не делай ему кофе, дорогая.
От этого прозвища у меня сводит живот, и мой взгляд мечется между двумя мужчинами.
Лицо клиента краснеет, но он молчит. Не спорит. Предположительно потому, что даже он чувствует силу, исходящую от человека, стоящего рядом с ним.
Язык моего незнакомца проводит по его нижней губе, вызывая резкую боль между ног.
— Это грациозно, — говорит он, встретившись с моими глазами. — То, как ты себя ведешь. Это больше говорит о твоем характере, чем о его.
Тепло приливает к моим щекам, благодарность зажигает меня, как рождественские огни. Как это возможно, что этот человек смог забрать мое унижение и превратить его в нечто прекрасное с помощью нескольких простых слов?
— Пошел ты, — выплевывает придурок.
Голубые глаза таинственного мужчины становятся суровыми, его губы кривит натянутая улыбка. Он сует руку в карман, наклоняется к парню и что-то бормочет ему на ухо.
Я напрягаю уши, не в силах удержаться от желания подслушать, но он говорит так тихо, что невозможно расслышать. Что бы он ни сказал, глаза мужчины увеличиваются, он поворачивается и выбегает за дверь, не сказав больше ни слова.
Я застываю на месте, сердце быстро бьется в груди, пока я оглядываюсь по сторонам. И только тогда я понимаю, что в магазине есть и другие люди. Два молодых человека, стоящие в стороне, оба в черных костюмах, и у обоих одинаковые лица. Близнецы(потерянные мальчики капитана Крюка в Питере Пэне).
Я была настолько погружена в происходящее, что даже не заметила их. Глаза таинственного человек скользят по ним, и он коротко кивает. Не глядя больше, они выходят из кафе на улицу.
Странно.
Он возвращает свое внимание
— Ты в порядке? — спрашивает он.
Мое сердце замирает.
— Да, я в порядке. Спасибо, что заступился за меня.
— Он был хам, дорогая, — глаза сверкают. — Не достойный вкушать воздух, которым ты дышишь.
Мои щеки пылают. Я и забыла, какой он прямолинейный, как поглощает своим присутствием.
— Если ты так говоришь, — я улыбаюсь, глядя на свои розовые ногти, прежде чем снова поднять глаза на него. — Чего бы ты хотел?
— Свидание.
Мое дыхание сбивается, мой желудок подпрыгивает.
— Эээ... что?
Он ухмыляется, одна сторона его рта приподнята.
— Я думаю, ты меня расслышала.
Моя бровь поднимается, тот же огонь, который я чувствовала два дня назад, снова разгорается.
— Услышала.
— Фантастично, — он оглядывает пустые столики. — Когда ты заканчиваешь работу?
Я кладу пальцы на стойку.
— Я ценю этот жест, но... у меня есть планы на вечер.
— Верно, — говорит он. — Со мной.
Раздражение закипает в моем желудке.
— Не с тобой. Боже, ты наглый, как черт, не так ли?
Его глаза вспыхивают.
— Опять этот твой рот.
Я ухмыляюсь, мое сердце дергается, когда оно ударяется о мою грудь.
Он наклоняется вперед к стойке.
— Скажи мне свое имя.
— Ты не мог узнать это, когда каким-то образом выяснил, где я работаю? — я наклоняю голову.
Он усмехается, встает прямо, его глаза пронзают меня насквозь.
— Счастливое совпадение, уверяю тебя.
— Как тебя зовут? — отвечаю я.
— Джеймс.
Его рука протягивается через стойку.
Мой желудок сжимается, а зубы впиваются в нижнюю губу. Медленно я поднимаю руку и кладу свою ладонь на его, тепло его кожи пробегает по моей руке.
— Венди.
— Венди, — он поворачивает мою руку, поднося ее к своим губам. — Мне очень приятно познакомится.
Тепло разливается по моей середине.
Звонок над дверью дергается, входит молодая женщина с детьми, и я выдергиваю свои пальцы из его пальцев, поправляя фартук.
Левая сторона его рта приподнимается, его глаза не покидают моего тела.
— Мы увидимся, Венди, дорогая.
И затем он поворачивается и выходит за дверь, а женщина, которая только что вошла, смотрит ему вслед с открытым ртом.
Не могу сказать, что я ее виню.
Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, я не обращаю внимания на то, как вспыхивают мои внутренности. Я никогда не получала такое внимания, какое даёт мне он, и я не могу не задаться вопросом, может, он так относится ко всем — как будто его мир перестает вращаться, его ось наклоняется только для тебя.