Н - 7
Шрифт:
Однако есть нюанс: штурмовать Юсуповых без кровавых артефактов: взламывать защиты крепостей, обеспечивать чистую воду в тылах, стационарные щиты над командными штабами и ограничивать возможность подкопа и минирования под позиции… В общем, такое решение обошлось бы огромной кровью и потерями.
Какое счастье, что есть Ганза, где можно взять эти кровавые артефакты в аренду. И великая радость для этих благородных снобов, что в Любеке это можно сделать без урона для чести. Надо всего-то присутствовать тут лично. Или же снабдить верных людей такими
— Мы остановились на возможности использования векселей, — кивнул Георг на заверения, что маркизам было вовсе нескучно.
Тем более, их одиночество скрашивали прекрасные графини: девушки за столом от таких слов улыбались и кокетливо стреляли глазками.
В Европе, где титул графа выдавался владельцу даже самой вшивой деревушки, в графинях никогда не было недостатка…
— Ваши светлости, прошу меня простить, — обворожительно улыбнулся он девушкам. — Далее пойдут скучные финансовые дела.
Те понятливо опустили очи долу, поднялись и, раскланявшись с гостями, покинули гостиную.
— Вексели, верно, — деловито кивнул Орлов, вновь усаживаясь на свое кресло. — Бумага представляет собой обязательство, гарантированное суммой вне Любека. К сожалению, мы не знали этих деталей раньше. Равно как и то, что электронный перевод тоже лишит сделку статуса над законом.
— Так давайте ограничимся переводом! Я никому не скажу, — заговорщически подмигнул Ходенберг, тоже присаживаясь за стол — с его торца, поближе к гостям.
— Мы это будем знать. — Переглянулись трое. — Нам потребуется время, чтобы доставить плату самолетами.
— Вы можете занять у Ганзы под залог этих самых векселей, — по-отечески смотрел на них Георг. — Мы предлагаем хорошие ставки. Многие семьи из тех, кого вы представляете, уже готовы у нас кредитоваться. Странно, что они не поручили подписать и эти бумаги.
— Мы уполномочены решить вопрос аренды, не более. — Подчеркнуто вежливо ответил долговязый маркиз. — Возвращаясь к нему, наши юристы не уверены, насколько кредит под залог векселя, а значит и денег, что вне Любека, будет над законом…
Ох уж эта щепетильность! Вы собираетесь грабить и убивать людей! Но вместо этих мыслей, Ходенберг выразил сочувствие:
— Юристы — та еще братия. Понимаю и не смею вас торопить. Полагаю, наши люди свяжутся, когда плата будет доставлена в Любек. После чего мы переправим вам артефакты беспилотным способом, как и договаривались.
Вещи — не люди. Им можно было покидать закрытый город… Не убивать же перелетных птиц и не уничтожать всю рыбу…
— Постараемся решить этот вопрос как можно быстрее. — Деловито кивнул Орлов. — Слуги согласуют с вами точку сброса. Мы ведь можем не сажать самолет?
— Лишние накладные расходы, — отмахнулся Ходенберг, как от мелочи. — Точкой получения будет земля. Вы же сможете обеспечить безопасность груза в полете?
— Разумеется.
— Вот и славно. До новой
Не уж то все-же решили выкупить родовые вещи?..
— Мы немного пошумели на вашей территории. — Не оправдал Орлов чаяний сеньора Любека. — У нас не принято наводить порядок на чужих землях, но так сложились обстоятельства…
— Что вы! Я вам искренне благодарен! — Приложил Георг руку к сердцу.
Еще бы — расценки на защиту действительно серьезных встреч удалось поднять вдвое. Жулики и прочий шлак, работающий по мелочи, Ходенберга не интересовал — да, они платили за защиту. Что же, он готов был вернуть эту плату мертвецам. Если они придут, разумеется. Еще ни разу не приходили. Так что… Эти русские сами не понимали, какую пользу приносят. Не говоря уж о том, что идея с мировой войной — полностью их заслуга. За такое можно было даже скидку дать — хорошо хоть они ее не спросили.
— Действуйте свободно. Кроме того… — Показательно задумался Ходенберг. — Вы знаете, есть одно мероприятие, которое мне совершенно не нравится.
Еще бы: его проводил Латтнер, да еще в его, Георга, части города. Будто кукушка, что подкидывает птенцов в чужие гнезда — Латтнер обожал проводить крайне токсичные сделки на территории третьих стран. Эффект достигался великолепный: даже если местная разведка что-то унюхивала, то местное правительство делало все, чтобы скандал не получил огласку. И в этот раз Латтнер тоже организовывал встречу негласно. А что подкинул на земли Ходенберга — тут, как думалось аналитикам, дело привычки. Статус города все покроет.
Главное — жаловаться он не сможет, так как долю в общий котел не заплатил. Об этой сделке, мутной, совершенно не ясно между кем и с какими условиями, никто и не должен был узнать. И если бы не один человечек в окружении Йорга, что крайне редко, но крайне удачно сливает информацию Ходенбергу — никто и не узнал бы.
— Мы вас готовы выслушать, — уважительно кивнул Троекуров.
— У меня не так много информации. — Пожевал губами Ходенберг, выражая показное сомнение. — Одна из сторон прибывает на подводной лодке, на ней же собирается покинуть Любек. На правила им наплевать. Люди — крайне серьезные. Суть сделки мне неведома, но если они таятся даже в Любеке… Сам я, увы, заняться не могу. Моих сил просто не хватит.
Маркизы вопросительно подняли брови.
— В охранении сторон есть "виртуозы". — Согласно кивнул сеньор Любека. — Поэтому и вас я попрошу поберечься тех мест.
— М-м, мы полагали, что сможем как-то помочь. — Выразил общее недоумение Орлов.
— Куда важнее — сделка, которую мы планируем завершить. Вы мне очень поможете, если не станете появляться сегодня в Шарбойце, в доме пять Франкфуртер штрассе, в районе девяти часов вечера.
— И что нам следует делать с этой информацией? — Напряженно смотрел на него маркиз.