Музыка судьбы

Хардвик Элизабет

– Прости меня, Джулия, – вновь услышала она в трубке голос Ламберта. – Прибыл человек, с которым я назначил встречу, так что мне нужно идти. Если будет возможность, я позвоню вечером. Ладно, милая?

А что если он перезвонит в ее отсутствие, и миссис Харди сообщит, что она уехала в ресторан с художником? Но Джулия понимала, сейчас не время говорить обо всем этом с Ламбертом. Он спешил на деловую встречу, значит, ни к чему было расстраивать человека, занятого серьезными проблемами.

– Я собиралась сегодня

пораньше лечь спать, – сказала она. – Но в любом случае завтра смогу тебя встретить в аэропорту.

Пожалуй, это будет удобный момент, чтобы рассказать об ужине с О'Мейлом.

– Дорогая, тебе нет нужды заезжать за мной в аэропорт, – заверил ее Ламберт. – Просто пришли Тони.

А ей, наоборот, хотелось заехать самой, чтобы потом, на обратном пути в машине, все ему объяснить.

– На завтра у меня не намечено никаких дел, и мне хотелось бы выехать за город.

– Ну, ладно, – растерянно согласился Ламберт. – Тогда жду тебя в зале прилета у табло, – добавил он, прежде чем повесить трубку.

Замечательно! Она не только идет на ужин с человеком, с которым вообще предпочла бы не проводить ни минуты наедине, но и только что солгала своему жениху. Но вот зачем?

Видимо, ответ на этот вопрос таился во взгляде проницательных изумрудно-зеленых глаз О'Мейла. Обманчиво-сонные, они, впрочем, ничего не пропускали. Джулия была в этом уверена. Алан наверняка догадался о ее неприязни к нему. Ее раздражение и беспокойство по поводу утреннего позирования привели к тому, что она наговорила ему много лишнего.

И уж вряд ли им осталась незамеченной ее реакция на письмо в зеленом конверте…

Алану едва ли требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что женщина не хочет проводить этот вечер с ним, тем более в ресторане! Это настроение отчетливо читалось на лице Джулии, когда он заехал за ней полчаса назад.

Даже сейчас, когда они сидели за столиком в уютном зале, молодая женщина явно не могла расслабиться, сбросить напряжение. Алану не составило труда понять, что причиной такого настроения отчасти был он сам.

О'Мейл не мог не признать, что Джулия заинтриговала его. Ее красота была чарующей, обладала почти гипнотическим действием, тем более в этот вечер, когда на ней было туго облегающее черное платье. Многие из мужчин, словно завороженные, в восхищении уставились на Джулию, когда он ввел ее под руку в ресторанный зал.

От О'Мейла не укрылась некоторая настороженность в ее глазах. Поэтому он справедливо решил, что все же не станет допытываться у Джулии о том, почему полученное утром письмо вызвало у нее такое отчаяние. Но и забывать об этом не собирался.

– Как прошел ваш ланч с матерью? – спросил Алан, когда они просматривали меню и карты вин.

– Превосходно, – коротко бросила Джулия.

Но его трудно было провести таким внешне безупречным ответом, от него не укрылась

легкая тень в ее взгляде, когда он спросил об этом ланче. Из того немногого, что Джулия успела рассказать о матери, он понял, что у них непростые отношения.

– Вы уверены? – неожиданно переспросил он.

Джулия нахмурилась.

– Ну, конечно, я… – и, осекшись, добавила: – В общем, не совсем. – После этих слов она начала беспокойно переставлять бокал. – Все прошло не совсем так, как раньше.

Алан отложил меню, уже зная, что закажет, поскольку был в этом заведении довольно частым гостем.

– То есть? – спросил он.

Она пожала плечами.

– Мне кажется, у мамы появился бой-френд, – неохотно поделилась она своей тайной. – Хотя язык не поворачивается называть его так. – Джулия поморщилась. – Просто у нее теперь есть мужчина, с которым она собирается осенью поехать в Венецию, – нахмурившись, добавила она.

– Разве это плохо? – удивился Алан. – Ведь она вдовствует, как вы говорили, уже пять лет. Ей, надо полагать, за шестьдесят?

– Шестьдесят два, – поправила Джулия, неловко поморщившись. – Я выгляжу эгоистичной, не так ли? Просто никогда не предполагала, что после смерти отца у матери может кто-то появиться.

– Очевидно, у каждой из вас на сей счет иное мнение, – не задумываясь, произнес Алан, но потом пожалел о сказанном. – Простите, Джулия! Я лишь…

– Знаю, знаю, – саркастически перебила его она, отпив белого вина, которое было выбрано в качестве аперитива. – Даже не понимаю, зачем взяла на себя заботу рассказывать вам об этом, – проговорила она, смутившись. – Уверена, что это вам нисколечко не интересно.

– Совсем наоборот, – мягко возразил он. Она покачала головой.

– Для меня все это как-то странно…

– Что же странного вы находите в этом? – упорствовал он. – То, что ваша матушка встретила человека, с которым ей приятно проводить время? Или то, что этот человек – не ваш отец?

– Все равно, глупо это выглядит, не правда ли? – пробормотала Джулия.

– Нисколько, – заверил ее О'Мейл. – Вы, кстати, не знакомы с моим кузеном Уилсоном и его супругой Линн?

Джулия по-детски мотнула головой, а ее озадаченное выражение лица говорило о том, что она понятия не имела, как далеко мог зайти их разговор.

– Наверное, они были в числе приглашенных на торжестве у… надо же, забыла! Но нас не представили, это точно, – вспомнила она.

– Так вот, эти двое по уши влюбились друг в друга, в то время как пытались предотвратить развитие подобных отношений между отцом Линн и матерью Уилсона. Заварушка тогда получилась на славу, – улыбнулся Алан.

– Чем же все закончилось? – с любопытством спросила она.

– Они поженились за месяц до свадьбы Уилсона и Линн, – ответил он, догадываясь, что Джулии это едва ли интересно.