Мой альфа

Яна Роза

– Хочешь со мной познакомиться?

Оксана застыла, это было сказано уже совершенно с другой интонацией. В голосе мужчины слышались рычащие нотки и глубокое дыхание.

– Я домой хочу, – отозвалась Оксана.

– Открой двери и иди.

Оксана сглотнула. Открыть, как он предлагает? Она уже взялась за ручку, но что-то её остановило, может, слова, сказанные альфой, а может, очень жгучий феромон, который просачивался сквозь тончайшие щели в деревянном полотне. Гон.

Она отпрянула, сцепив ладони.

– Я подожду, – зачем-то ляпнула

Оксана.

– Чего? – прозвучал тихий смешок. – Открываешь и идёшь, я препятствовать не буду. Терпеть не могу девственниц, даже в гон нет желания протискиваться в их узкие дырки… хм… уздечку только рвать, а потом ещё слушать ор в уши, и кровь эта… нет, увольте.

От его слов Оксана покраснела. В голове наглядно запрыгали картинки, нарисованные чужими словами, и она прижала ладони к щекам.

– Зачем же тогда меня сюда отправили и посоветовали запереться?

– Думал, не смогу себя контролировать, – в голосе альфы звучали небрежность и спокойствие.

Оксане, конечно же, хотелось уйти отсюда, но она медлила. Боялась. Она уже сделала один глупый шаг – и вот к чему это привело. С другой стороны, если альфа сказал, что может себя контролировать, значит, наверное, может.

Девушка от волнения тёрла кисти.

Неожиданно громкий удар в дверное полотно заставил её отскочить и спрятаться за кровать.

– А, черт… – зашипел альфа, тяжело дыша, – черт, черт… выходи уже, не трону.

Оксану вновь сковал страх. Дверь не такая уж и крепкая, пару подобных ударов – и замок не понадобится.

– Ты там испугалась, что ли?

Она слышала, как по дереву скребут то ли ногтями, то ли ножом, и как будто мужчина делал это по её коже. Оксана молчала, не зная, что ему ответить, как вдруг услышала пиликанье телефона. Сердце будто взбеленилось, а руки задрожали.

– Это номер, куда ты звонила, – сказал альфа.

– Мама… – шепнула Оксана, нерешительно подойдя к двери.

– Выходи, омежка, ответишь.

Оксана, не думая, повернула защелку и отворила двери, натыкаясь взглядом на мощную фигуру альфы. Всё бы ничего, но его глаза сверкали желтым светом без какого-либо проблеска холодно-голубого. Он широко улыбнулся, а ноги девушки подкосились от яркого феромона, который душил, лишая рассудка.

– Попалась.

Глава 2

Оксана едва могла подняться, ползком пятясь назад, когда мужчина наступал всё ближе.

– Не надо… – выдохнула она.

От решительного, пылающего желанием и феромонами альфы ей было не уйти и оставалось только подчиниться.

Девушка из последних сил рванула назад, обзаведясь новыми ссадинами на коленях. Чертова юбка опять задралась, а на лице альфы появилось выражение, от которого кровь стыла в жилах.

– Окса-а-ана-а-а, не сопротивляйся, омежка, – хриплым голосом пробормотал он, – в процессе тебе понравится и будешь просить ещё.

Его слова были недалеки от истины. Омега всегда находится под альфой и всегда будет подчиняться

ему и желать то, чего хочет он. Это, в сущности, лишало омег каких-либо прав. И Оксана понимала, что бороться бесполезно, ноги дрожали и дать отпор не получилось, когда мужчина раздвинул их. Она судорожно всхлипнула, услышав треск разрывающейся ткани капроновых колготок.

– П-пожалуста, – заикалась девушка, пыталась проглотить слюну сухим горлом.

Альфа шумно дышал, обнюхивал её, шарил руками по голой коже, разрывая тонкий топ по шву.

– Сочная, – шепнул он таким страшным и в то же время глухим голосом, что Оксана невольно охнула.

И взвизгнула, когда его горячие ладони легли на бедра.

– Везде такая мягкая… – альфа лизнул широким мазком её шею, а пальцами настойчиво стал тереть между ногами, и Оксана ощутила выделяющуюся влагу. – Уже течёшь, – усмехнулся он, – чтобы принять меня, тебе нужно ещё больше смазки, омежка.

Это была не просьба и не возбуждающий шепот – приказ. Феромоны окутали так, что Оксана не могла больше соображать, тело реагировало молниеносно.

– Вот так, омежка, вот так.

Смазки натекло столько, что под задницей образовалась лужица.

Говорить Оксана уже не могла, только судорожно глотала ртом воздух, впадая в дикую панику оттого, что не может остановить происходящее. Руки и ноги стали мягкими, как плети, а внутри разгоралось против воли желание. Альфа словно играл с ней пальцами, доводя до болезненной точки наслаждения, от которой перед глазами вспыхивали звёзды. Тёплым и влажным ртом он коснулся её груди, лизнул соски и принялся посасывать их, словно пойдёт молоко.

Потом приподнялся, вжикнула молния на брюках, вызвав в Оксане дрожь от предвкушения и страха. В промежности всё ощутимо ныло и распухло, а влага только раздражала и холодила.

– Ты моя, омежка, – глухо прорычал мужчина, и Оксана почувствовала болезненный укус в плечо.

С этого момента дальше всё происходило как в замедленной съемке.

В доме явились посторонние, в воздухе распространился запах чего-то горького, напоминающего лекарство, он болезненно ударил в нос, а альфу перехватили за горло двое крепких мужчин в черных костюмах, пресекая любые попытки сопротивления. Альфа ревел диким зверем, дергался, а когда в вену на шее вошла игла с чем-то белесоватым, резко замер.

Оксану вытащили из-под его обмякшего тела, усадили на кровать, накрыли теплым пледом и прижали к носу маску с кислородом, чтобы нейтрализовать действие феромонов. Она судорожно вдыхала, видя, как маленькая комната заполняется людьми, одетыми в черное и белое, как в жутких фильмах про эпидемиологические катастрофы.

– Вы в порядке? – склонился над ней, блестя идеально лысым черепом, один из тех, кто удерживал до этого альфу.

Оксана неопределённо мотнула головой, но мужчина своим длинным носом не стал лезть в дело омеги и допытываться дальше не стал. А её буквально трясло от ужаса, в голове царил полнейший хаос.