Мой альфа

Оксана ощутила, что потеряла туфли, когда крохотные обломки сухих еловых веток больно впились в ступни. Проглотив сдавленный крик, она продолжала бежать или, как ей казалось, лететь дальше. Но свет фонариков её преследователей сверкал всё ближе, стискивая надломленный дух страхом и обреченностью.Как сквозь вату она слышала грозные крики и непрерывный лай собак, из-за чего сердечный ритм отплясывал клубный бит.

– Найти сучку!

Как же они были близко! Нужно ускориться, но тело перестало

реагировать на всплеск адреналина, и вместо стремительного движения вперед девушка начала спотыкаться и почти плестись.

Колготки порвались, а короткая юбка задралась на бёдра, но о приличиях она беспокоилась в последнюю очередь, главное, добраться до города, попасть в полицию, позвонить маме и в церковь сходить, дать обет, что больше никогда не будет ни лгать, ни обжорствовать, ни лениться. Только бы была возможность это сделать! Оксана уже ненавидела свои ноги, которые отказывались бежать, и, падая, она едва могла подняться.

Лай собак усиливался, и ужас сковывал всё крепче. Но беглянка продолжала двигаться, хотя где-то подсознательно понимала, что не уйдёт. У неё нет для этого ни сил, ни шансов, но для себя она решила: лучше в темноте свернет шею, чем сдастся преступникам так легко, хватило и того, что сама к ним пришла.

Её обманули, но какое теперь это имеет значение. Прочитала объявление в проверенной контактовской группе, мол, состоятельной семье требуется сиделка со статусом омега для ребенка с аналогичным статусом, зарплата более чем приличная. Фото семьи и милого розовощёкого малыша прилагались. В голову никаких подозрений не закралось. По-видимому, от отчаяния.

Омег на работу брать никогда не любили. Поэтому, несмотря на красный диплом, Оксана перебивалась кратковременными заработками. В её знания и умения мало кто верил, а вот в распущенное поведение запросто, хотя даже на работу уборщицей она являлась в длинных юбках и водолазках, с безобразным хвостом на макушке.

Вот и к богатой семье пришла такой же невзрачной и скованной, а пока беседовала с матерью ребёнка, ей налили чай, и она, не задумываясь, выпила, ощутив лишь приятный аромат ванили, но вскоре голова закружилась как на карусели.

Когда же очнулась, поняла, что находится совсем в другом месте и на ней эти ужасные тряпки: короткий черный топ и красная мини-юбка, под которой, кроме тонких капроновых колготок, ничего нет.

Очевидно, похитители не предполагали, что она очнётся так скоро, поэтому не позаботились о должной охране. В конце концов, что могла сделать омега? Правильно – ничего.

Но Оксана живой сдаваться не собиралась. Да, сглупила, повелась на дурацкое объявление, но к тому моменту уже три месяца сидела без работы на шее у родителей и чувствовала себя ужасно. Статус – омега не позволял ей жить полной жизнью, хотя мама уверяла, что все её проблемы решатся, когда она встретит своего альфу. Вот только альфы все сплошь были какими-то далекими, богатыми и там, где бывала Оксана, никогда не появлялись, а беты и омеги-мужчины

казались похотливыми кобелями, за её счет желающими поднять свой статус.

Ноги зацепились за толстый корень дерева, и девушка полетела кубарем в овраг.

– Она там! Быстрее!

Оксана глухо вскрикнула, попытавшись подняться. Всё. Не смогла, упала. В правой лодыжке прострелила такая боль, что перед глазами все померкло. Она начала ползти, когда свора собак накинулась на неё, окружила, оскалив морды.

Оксана завизжала, а псы лаяли, пугая злобным рычанием и острыми клыками. Яркие вспышки фонарей ослепили её.

– Она у нас, тащи веревку.

– Нет, нет, пожалуйста… – засипела девушка заплетающимся языком.

Ее трясло от ужаса, холода и боли. Огромный мужик подошёл к ней и рванул вверх на себя, с жадностью смотря на задравшийся топ и юбку.

– Все омеги такие в теле?

Ему не ответили, в это мгновение прозвучал выстрел. Оксана заверещала не своим голосом, а тот, кто её держал, разжал хватку, потому что пуля просвистела между ними. Девушка свернулась клубком, падая на землю, и закрыла голову руками, судорожно всхлипывая.

– Эта частная территория, – послышался спокойный голос, но вот уверенности он не придавал.

Собаки заскулили и как-то вмиг синхронно легли на лапы, и от этой картины Оксану скрутило от паники.

– Это наша добыча, – заявили стрелявшему, – заберём девчонку и спокойно уйдём.

– Я сказал, это частная территория, а значит, всё, что находится на ней, моё, – Оксане послышались рычащие нотки, которые ещё больше устрашали, – вы тоже мои.

Звук свистящих пуль перекрыл шум ветра. Оксана вздрагивала от каждого выстрела и отчаянно выла, боясь поднять голову.

– Мы не хотим ссориться. Сколько ты хочешь за то, чтобы закрыть на это глаза?

Оксана поняла, что ей не выбраться: с ответом внезапный свидетель тянул.

– Я буду считать до трёх, если не уберётесь с моей земли, прикончу всех разом.

Раздался презрительный смех.

– Нас, вообще-то, больше.

– А вы думаете, я один?

Не успел отзвучать вопрос, как псы, лежавшие до этого спокойно, не иначе накачанные чем-то, сорвались с места. Оксана слышала душераздирающие крики, лай и звук рвущейся ткани.

– Пристрели их!

Она закрыла уши ладонями, и молилась, как умела. На неё летели ошметки дерна, комья земли и мелкие камешки. В носу стоял запах перегнившей листвы и крови.

Когда всё стихло, Оксана не поняла, услышала лишь треск веток и тяжелую поступь. Она всё ещё закрывалась руками и дрожала. Ей ткнули в поясницу чем-то острым, как какого-то жучка, ожидая реакции.

Оксана всхлипнула, с опаской приоткрыв лицо. Стоящий рядом человек был огромным, высоким и широкоплечим. Седые волосы, серебряными нитями украшавшие густую шевелюру, как паутина, и борода – самое первое, что она увидела.

– По-помогите, – шепнула Оксана, чувствуя, как заледенели губы.