Молчи, мое сердце
Шрифт:
Роман закрыл двойные двери и сел в одно из кожаных кресел у окна. Ангус же прохаживался по комнате. Он понимал, что друг ждет, но не знал, как начать, хотя сам же, едва появившись в доме Романа, сказал, что желает поговорить с ним наедине.
Наконец, остановившись, Ангус пробормотал:
— Я… У меня была смертная жена и дети.
— Я помню, — кивнул Роман.
— И моя жена… Она отвергла меня и повторно вышла замуж, — продолжал Ангус. — С ее точки зрения… Она считала, что я стал как
— Наверное, тебе это причинило сильную боль, — отозвался Роман.
— Да, конечно. — Ангус снова принялся расхаживать по комнате. — Но со временем я понял, что она была права. Брак между смертной и вампиром невозможен.
На сей раз Роман промолчал.
— И все же, несмотря на предательство жены, мне было больно видеть, как она состарилась и умерла. А смотреть, как умирают мои дети… О, это причиняло ни с чем не сравнимые страдания.
Роман нахмурился и спросил:
— Ты считаешь необходимым сказать мне все это именно сейчас, когда у меня вот-вот должен родиться сын?
— Я не желаю тебе зла, Роман. Ведь ты мне как брат. Я только не хочу, чтобы ты страдал так, как страдал я.
Роман вздохнул и тихо проговорил:
— Когда женился на Шанне, я знал, что могу потерять ее. Но сейчас она дарит ни с чем не сравнимую радость. Так неужели я должен отказаться от счастья из страха, что когда-либо может случиться что-то дурное?
— Ты гораздо смелее меня. — Ангус продолжал мерить шагами комнату. — А Шанна… Она очень тебя любит, но все же не хочет становиться одной из нас.
— Совершенно верно, не хочет, — кивнул Роман. — И я рад, что она предпочла остаться смертной. Иначе мы не смогли бы иметь ребенка. А теперь он у нас непременно будет. Причем она сможет находиться с ним рядом в течение всего дня. Видишь ли, как бы ни хотел сохранить для себя Шанну навеки, я должен думать в первую очередь об интересах ребенка.
Ангус нахмурился.
— Я слышал о мутации наших ДНК. И якобы мы уже не совсем люди.
Роман снова вздохнул.
— Да, нечто подобное вроде бы произошло. И все мы очень волнуемся. Но теперь уже ничего не поделаешь. Все в руках Господа.
«Ребенок — наполовину вампир? Неужели Шанна может с этим мириться?» — думал Ангус.
— Твоя жена не расстроена из-за этого? Роман улыбнулся:
— Шанна меньше нас всех переживает. Она радостная и счастливая.
— Ты, Роман, тоже счастливый. Не много найдется на свете таких женщин, как она. — «И очень может быть, что Шанна — единственная такая», — добавил он мысленно и, вспомнив об Эмме, невольно вздохнул.
Роман молчал, и Ангус, взглянув на него, увидел, что тот смотрит на него как-то странно. И снова ему показалось, что друг видит его насквозь, вернее — читает его мысли. «Черт возьми, наверное, я сболтнул
Тут Роман откашлялся и проговорил:
— Похоже, ты убежден, что отношения между смертной и вампиром не могут существовать.
Ангус молча кивнул, избегая смотреть другу в глаза.
— У меня почему-то такое чувство, что ты имеешь в виду не нас с Шанной. Я прав?
Черт бы его побрал! Ангус повернулся к другу спиной, делая вид, что рассматривает стоявшие на полке книги. Роман же вдруг поднялся с кресла и, приблизившись к нему, спросил:
— Какие у вас с ней отношения?
— Ну… несколько неустойчивые.
Роман улыбнулся:
— Я и не ждал от тебя иного.
— А я от себя не ждал ничего подобного, — заявил Ангус. Он снова прошелся по комнате. — Что со мной такое, если я постоянно влюбляюсь во врагов?
Роман скрестил на груди руки и внимательно посмотрел на него.
— Если ты это о Кате, то она тогда нарочно тебя обольстила.
— Нет, я добивался ее!
— Она позволила тебе так думать, Ангус. Ты хотел изменить ее к лучшему, а на деле получалось так, что это она пыталась изменить тебя, сделав одним из своих приспешников.
— У меня тогда ничего не получилось, — со вздохом пробормотал Ангус.
— И не могло получиться. Потому что она вовсе не стремилась измениться. Она использовала тебя, Ангус.
«Неужели действительно все так и было? — думал Ангус. — Что ж, если Роман прав, то я тогда совершил величайшую глупость, связавшись с Катей. А теперь? Теперь я снова поступал глупо?»
— Черт подери! Похоже, сейчас я повторяю ту же ошибку. Опять увлекся женщиной, которая наверняка погубит меня, — проговорил Ангус.
— Необязательно. — Роман покачал головой. — Конечно, я ее не знаю, но сомневаюсь, что у нее злая натура.
— Нет-нет, Эмма не злобная. Она храбрая и благородная… Рискует жизнью ради спасения невинных.
— Как она к тебе относится?
— Она ненавидит вампиров, но… — Ангус нервно сглотнул. — Но думаю, я мог бы ей понравиться.
— Даже не сомневаюсь, что понравишься. Если вы проведете вместе побольше времени.
— Я поцеловал ее.
Роман взглянул на него с искренним удивлением.
— И она не возражала?
— То-то и оно… — Ангус подошел к окну и уселся на стул. — Она ответила на мой поцелуй. И мне показалось, что это было ей приятно. Но теперь она сторонится меня и ведет себя так, как будто ничего у нас не было.
— Она просто запуталась, — сказал Роман.
— И я — тоже, — пробормотал Ангус. — Наверное, мне следовало бы оставить ее в покое. Но я не могу оставить ее без надзора. Если мятежники ее схватят, то наверняка убьют. И клянусь, это убьет и меня.