Молчи, мое сердце
Шрифт:
Громко застонав, Шон уткнулся лицом в ладони — на него снова нахлынули ужасные воспоминания. Бедная Дарлин… Наверное, он никогда себя не простит. Шон долгие годы контролировал сознание жены. Разумеется, лишь для того, чтобы помочь ей. Помочь ей приспособиться к жизни за границей. Да, это делалось для ее же блага, но в результате ее сознание стало слишком уязвимым, и Джедрек Янов, узнав о слабости Дарлин, позвал ее к себе. Увы, она подчинилась. Потом он вернул ее, голую и обескровленную. Она едва держалась
Но он, Шон, помнил все, помнил каждый день и каждый час…
В какой-то момент до него наконец дошло, что телефон разрывается от громкого голоса Гарретта. Дрожащей рукой он поднял трубку с пола.
— Да, слушаю.
— Шон, вы в порядке?
— Я… нет. — Он бросил взгляд на экран ноутбука с мелькающим на быстрой перемотке изображением. Перед Домом Драганешти остановился черный четырехдверный «лексус». — Сейчас, минутку…
Шон включил просмотр на нормальной скорости.
Из передней части машины вышли два шотландца в килтах. Осмотревшись, открыли задние дверцы. На тротуар ступил Роман Драганешти.
— Ублюдок! — прорычал Шон.
— Кто, я? — спросил Гарретт. — Босс, мне, конечно, очень жаль, что так вышло с «жучками», но…
— Замолчи! — Шон наклонился над столом, чтобы лучше видеть происходящее.
Тут Роман Драганешти обернулся, а затем из машины выбралась женщина со светлыми волосами, и это была…
— О Боже… — пробормотал Шон. Да, сомнений быть не могло — это Шанна, его дочь.
Когда же она ступила на тротуар, Шон зажмурился на мгновение — он не верил глазам. Нет, такого просто быть не могло.
Открыв глаза, Шон быстро перемотал пленку обратно. Должно быть, вышла какая-то ошибка. Возможно, она просто сильно растолстела. Он снова просмотрел то место, где Шанна выходила из машины, и остановил кадр с ее изображением.
— Ублюдок! — в ярости заорал Шон. Да, Драганешти зашел слишком далеко.
— Босс, что происходит? — раздался в трубке голос Гарретта.
— Давай быстрее сюда! — Шон вскочил на ноги. — Нет, отправляйся сначала в офис. Возьми оружие. Мне нужны пистолеты, серебряные пули, наручники и таран.
— Вы это… серьезно?
— Да. И захвати девчонок. Вы все должны быть здесь через тридцать минут. — Шон подошел к окну и посмотрел сквозь жалюзи на дом Драганешти. — Мы идем на штурм.
Глава 11
— Не думаю, что это разумно, — пробормотала Эмма, присев на корточки за старым, разбитым «шевроле» с пассажирской дверцей другого цвета.
— Не бойся, девочка, все будет хорошо. — Шон еще раз проверил свой револьвер, затем, сунув его за пояс, выглянул из-за ржавого кузова «шевроле». — Вперед, Гарретт, пошел!
Гарретт пересек улицу с тараном в руках и остановился
— Эти ублюдки заплатят за то, что сделали с моей дочерью! — прорычал Шон.
Эмма невольно поморщилась. Это был классический случай «хороших-дурных новостей». Ей не пришлось сообщать боссу о беременности его дочери, и это было очень хорошо. Плохой же новостью являлось решение Шона ворваться в дом Драганешти ночью.
Сначала Эмма хотела уговорить босса перенести вторжение на дневное время, когда вампиры «мертвы», но потом передумала. Ведь и Ангус мог там находиться… И он, как все остальные, тоже должен был днем спать.
— А у вас есть доказательства, что ваша дочь все еще там? — спросила Эмма.
В этот момент Гарретт споткнулся о первую ступеньку у входа в дом, и Эмма поежилась. Любой вампир мог услышать, как Гарретт при этом выругался.
— Доказательства? — переспросил Шон. — А зачем они мне? Проклятые шотландцы, которые сейчас в доме, должны знать, где ее искать.
Эмма вздохнула. Что, если Ангус тоже там? Что, если он поздоровается с ней, назвав по имени?
А Гарретт тем временем приближался к двери.
— У них наверняка есть камера, — сказала Эмма. — Они его увидят.
— Не хнычь, — буркнул Шон. — И без того тошно. Алисса уехала, вот и приходится торчать тут с тобой…
Тут Шон подал ей знак, чтобы следовала за ним, и стал перебегать улицу. Он остановился за бежевым внедорожником, припаркованным перед черным «лексусом», и Эмма тотчас к нему присоединилась.
— Возможно, у них численное преимущество, — прошептала она.
— Что, боишься? — Шон бросил на нее взгляд через плечо.
— Нет-нет, я в порядке, — ответила Эмма. А может, пока не поздно, стоит признаться, что она знает Ангуса?
— У тебя есть серебро? — спросил босс.
— Да, наручники и цепи в рюкзаке, — кивнула Эмма. Однако она сомневалась, что серебро им понадобится.
Потянувшись за револьвером, Шон пробормотал:
— Предвкушаю, с каким удовольствием буду их дырявить…
Тут Гарретт с силой ударил тараном в парадную дверь. И тотчас же перед ним возникла мужская фигура — это был довольно молодой на вид вампир в красно-синем килте. Он ударил Гарретта по голове рукоятью меча, и тот, покачнувшись, выронил таран. В тот же миг на крыльцо высыпали остальные охранники.
— Черт подери! — Шон бросился на помощь Гарретту.
Эмма побежала следом за Шоном, но, вскрикнув, остановилась, увидев, как и босса ударили по голове рукоятью меча. Шон рухнул на тротуар, а шотландец, ударивший его, перехватил поудобнее свой палаш и направил его острием в грудь Эммы. Она попятилась, и в ту же секунду ее плечи обхватила чья-то сильная рука.