Молчи, мое сердце
Шрифт:
— Дорогая, хочешь, чтобы мы и тебя свалили? — услышала она над самым ухом тихий шепот.
— Ангус?.. — Эмма похолодела. Она сразу же узнала этот голос. И теперь не знала, то ли прильнуть к широкой груди шотландца, то ли ударить его локтем под ребро.
— Ах, девочка… — прошептал он со вздохом. — Зачем ты сюда пришла?
— Что вы с ними сделаете? — Эмма кивнула на молодого вампира, обматывавшего скотчем запястья и лодыжки Гарретта. — Пожалуйста, не убивайте
— Проклятие… — проворчал Ангус. Он развернул девушку лицом к себе. — Сколько раз говорить тебе, что мы не желаем вам зла?
Эмма заглянула в его бездонные зеленые глаза, но не увидела в них ничего, кроме досады.
— Но вы их оглушили…
— С целью самозащиты, — пробурчал шотландец, который обматывал скотчем ноги Шона. — Зачем вы напали на нас?
— Шон только что узнал о беременности дочери. Его это ужасно расстроило.
Шотландец выпрямился и вопросительно посмотрел на Ангуса.
— Позвони Шанне, — велел Ангус. — Узнай, не хочет ли она поговорить с ним.
Шотландец кивнул, отошел в сторону и вынул из сумки сотовый телефон.
— Кто это? — прошептала Эмма.
— Коннор Бьюкенен. А юноша — Йен Макфи. Кто ты, они знают. — Вытащив у нее из-за пояса револьвер, он бросил его в свою сумку. — Как тебе не стыдно, Эмма. Я думал, что мы с тобой друзья.
Она густо покраснела. Ей вспомнился их поцелуй. Стараясь не смотреть на Ангуса, Эмма тихо сказала:
— Я состою в команде слежения. Следовательно, мы с тобой — враги.
Заметив промелькнувшую в глазах Ангуса боль, Эмма тотчас же пожалела о своих словах. «Неужели он и впрямь так хорошо ко мне относится?» — подумала она.
В этот момент к ним подошел Коннор.
— Шанна хочет видеть отца, — сказал он. — Через пять минут она будет в «Роматек». А Дугал уже там.
— Перенеси туда Уилана, пока он без сознания, — приказал Ангус. — Пусть остается связанным. И не своди с него глаз.
Коннор кивнул:
— Не беспокойся. Я справлюсь с ним. Наклонившись, Коннор вскинул Шона себе на плечо с такой легкостью, что Эмма даже вскрикнула в изумлении. «Неужели женщины-вампиры такие же сильные?» — подумала она.
Коннор с Шоном тут же исчез, и Эмма с недоумением взглянула на Ангуса.
— Он ведь знает, куда направляется?
— Да, конечно. Коннор телепортируется в «Роматек» каждую ночь. — Ангус вывел ее на тротуар. — Маршрут проложен у него в памяти.
Эмма позволила Ангусу подвести ее к двери дома. Что еще оставалось ей делать? Если бы попыталась сбежать, он догнал бы ее в ту же секунду. Но самое страшное было не в нем, а в ее растущем желании сдаться окончательно.
—
Стоявший рядом Йен исследовал содержимое бумажника Гарретта и извлек оттуда его водительское удостоверение.
— Я мог бы отвезти его домой, — сказал он.
Ангус кивнул:
— Да, так и сделай. Насколько я помню, у этого малого экстрасенсорные способности довольно слабые. Сотри его воспоминания о нас.
— Да, хорошо. — Подхватив Гарретта, Йен направился к черному «лексусу».
— Зачем стирать его память? — спросила Эмма, поморщившись. — Ведь Шон все равно восстановит его воспоминания.
— И это займет его на какое-то время, — с усмешкой ответил Ангус. — Видишь ли, нам сейчас не до сотрудников ЦРУ — предстоит решать куда более серьезные проблемы.
— А именно?
Услышав шум мотора, Эмма обернулась и увидела, что Йен уезжает вместе с Гарреттом. Ангус же поднял таран, лежавший у двери, и принялся разглядывать его.
— Полагаю, мы могли бы использовать эту штуку. Хотя телепортация — куда проще. — Он набрал на домофоне несколько цифр и открыл дверь. Прихватив таран, повернулся к Эмме и взглянул на нее вопросительно.
Она не знала, что делать. Наверное, можно было бы уйти и надеяться, что больше никогда его не увидит. Так было бы безопаснее… и больнее. Или все-таки войти — и оказаться наедине с Ангусом Маккеем?
Он грустно улыбнулся:
— Я пойму тебя, Эмма, если ты захочешь уйти. Возможно, так будет лучше.
С каких это пор она делала то, что было для нее лучше? После убийства родителей она постоянно рисковала жизнью. Но Ангус Маккей почему-то не казался ей опасным. Во всяком случае — в физическом смысле. С ним она подвергала опасности свое сердце.
Эмма поднялась на одну ступеньку. Затем — еще на одну.
И теперь Ангус смотрел на нее не с грустью в глазах, а с некоторым удивлением. Она и сама удивлялась; ей казалось, что какая-то таинственная сила толкала их с Ангусом друг к другу.
Эмма с изумлением спрашивала себя: «Что ты делаешь? Неужели не понимаешь, что снова окажешься в его объятиях? Неужели ты действительно этого хочешь?»
У самой двери она остановилась и посмотрела на Ангуса с опаской.
— Еще одно свидание? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.
Вскинув подбородок, Эмма переступила порог и заявила:
— Я здесь только для сбора информации. — Дверь за ней захлопнулась, и она увидела, что Ангус запирает ее на все замки. — И я оставляю за собой право уйти по первому же желанию.