Молчание монстров
Шрифт:
Я приподнял бровь, пока мы смотрели друг на друга.
— Ты ведь знаешь, что есть большая вероятность того, что Уинни завладеет «Холлидей инкорпорейтед», не так ли? У меня нет детей. Арчи больше нет. Моя мать скорее потеряет всё, что у неё есть, чем позволит бастарду моего отца взять власть в свои руки. Остаётся Уинни. Она должна знать, как всё устроено, когда ты член семьи Холлидей. Это может стать для неё очень важным уроком. — Я был серьёзен лишь отчасти. Уинни была следующей в очереди на получение семейного наследства, но я хотел для неё большего, чем быть прикованной к семейным обязательствам до конца жизни, и с болью осознавал, каково это — жить на конце этого преступно
Ченнинг крепко сжала мою руку в своей. Сузив глаза, она практически прорычала:
— Она пойдёт по твоим стопам только через мой труп. У тебя нет права портить ей жизнь, как твоя семья портит жизнь всем, кто попадает на их орбиту. Это твоя работа — защищать её. Это гораздо важнее, чем всё, чем ты занимаешься целыми днями. Стоит ли отказываться от всего, что делает тебя человеком только для того, чтобы заставить Уинни попасть в тот же порочный круг, в который ты попал с рождения?
— Сэр, все бумаги в порядке. Поскольку мы опаздываем, нам нужно встретиться с секретарём и судьёй прямо сейчас. В противном случае нам придётся перенести встречу, — мой помощник, казалось, колебался, когда прервал нашу напряжённую беседу.
Он бросил на рыжеволосую женщину завуалированный взгляд, выражающий отвращение. Конрад же никогда не скрывал своего раздражения по отношению к Ченнинг. Он часто повторял жалобы моей матери, когда говорил о моём давнем заклятом враге. Наша с Ченнинг вражда была лишь показухой, но близкие мне люди об этом не догадывались. Мне приходилось сжимать зубы, чтобы не выдать своих настоящих чувств к этой женщине.
Ченнинг прочистила горло и провела пальцами по волосам, снимая солнцезащитные очки, которые убирали с её лица рыжевато-светлые пряди.
— Давай покончим с этим, — Ченнинг вздёрнула подбородок, расправила плечи и двинулась вслед за моим адвокатом, который вёл её через здание суда. Её бравада была довольно милой и вполне уместной для женщины, которая явилась на притворную свадьбу в пижаме.
— Сэр, я чувствую, что должен спросить в последний раз. Ты уверен, что хочешь пойти на это? Я знаю, что ты настаиваешь на том, что это лучший способ справиться с матерью, но я не могу не задаться вопросом, насколько это выгодно тебе. Мисс Харви всегда любила создавать проблемы.
Моим личным помощником был старый друг по колледжу. У Конрада Бека было похожее семейное происхождение. Его семья была довольно обеспеченной, и возлагала на Конрада огромные надежды, потому что он был их единственным сыном. У него было ещё несколько сестёр, которые должны были выйти замуж, но именно Конрад должен был сохранить и преумножить богатство своей семьи. Когда я впервые встретил его, он, будучи пловцом, мечтал стать олимпийцем, но родители настаивали, чтобы он посвятил себя учёбе и нашёл карьеру «белого воротничка», который бы поддерживал растущую династию. Почему именно Конрад должен нести финансовое бремя за всех своих родственников, оставалось загадкой для нас обоих. Однако, как я бросил скрипку, так и он бросил спорт, в котором преуспел, по указу родителей. Конрад и Рокко были единственными людьми в моём, осмеливавшиеся усомниться в моих намерениях. Я платил им больше, чем если бы они были генеральными директорами своих собственных компаний, и считал обоих друзьями вне наших деловых отношений.
Я кивнул, глядя, как Ченнинг идёт по коридору с прямой спиной и высоко поднятой головой.
— Я хочу сделать это. Брак — лучшее решение.
Ченнинг была единственной женщиной, с которой я мог это сделать.
— А ты не боишься реакции матери? Что, если всё закончится так, как закончилось, когда твой брат привёл домой кого-то, кого она не одобрила? Ни у тебя, ни
Я искоса взглянул на Конрада. Я не привык, чтобы кто-то, кроме матери, ставил под сомнение мои решения. Я был главным, даже если не хотел этого.
— Я не Арчи и не позволю ей поступить с Ченнинг так же, как она поступила с Уиллоу.
Когда мой брат привёз свою семью домой, мама была далеко не в восторге. Она не скрывала, что хочет, чтобы Арчи и Уинни остались, но не желает больше видеть Уиллоу, и была неумолима в своём стремлении заставить моего брата развестись с возлюбленной. Проблема, которую не могла решить моя мать, заключалась в том, что Арчи и Уиллоу поженились очень рано, поэтому брачный контракт не был заключён. Если бы они развелись, Уиллоу получила бы права не только на огромную сумму денег, но и на половину акций семейной компании и дочерних предприятий моего брата. Под зонтиком «Холлидей инкорпорейтед» находились сотни мелких предприятий. Уиллоу должна была получить долю во всех них. Если бы она развелась с Арчи — стала бы очень богатой женщиной. Не стоит исключать и вероятность того, что Уиллоу забрала бы Уинни из моей очень поганой семьи, что было её правом. Моя мать не разрешала никому из Холлидеев жить вне семейного поместья. Я вернулся очень неохотно после победы в войне за свою личную автономию только после того, как она пригрозила причинить себе вред. Это было одно из её многочисленных проявлений лицемерия, поскольку она не хотела иметь ничего общего с моим младшим сводным братом.
Арчи был хорошим ребёнком. Покладистым и свободолюбивым. Поскольку он был младшим, ему не приходилось нести тот груз обязательств, что достались мне. Никогда бы не подумал, что он сбежит из дома во имя любви или будет достаточно сильным, чтобы бросить вызов нашей матери, и искренне завидовал его нескольким годам свободы, пока ответственность за обеспечение семьи не загнала его обратно в змеиное гнездо. Жаль, что его непокорность и упрямство не были достаточно сильными, чтобы противостоять натиску обвинений нашей матери. Арчи делал всё возможное, чтобы быть рядом с женой, но каждый из дней, когда они жили в Бухте, Уиллоу подвергалась нападкам. Вместо того чтобы дать ей возможность избавиться от мучений, мой брат крепче прижимал её к себе. Он решил, что они могут страдать вместе, и этого будет достаточно. Наша мать никогда не задумывалась о том, что, если она зайдёт слишком далеко, Уиллоу утащит Арчи за собой.
И по сей день Колетт Холлидей не считает себя ответственной за то, что причастна к трагедии, разрушившей две семьи. Тогда я не жил дома, а был в городе, будучи хорошим примерным наследником. И я бы никогда не вернулся в поместье, если бы не психическая нестабильность Уинни и суицидальные мысли моей матери. Я хотел забрать Уинни из того дома и увезти подальше от бабушки, но боялся, что та выполнит свои угрозы и покончит с жизнью. Было серьёзное опасение, что мама подаст на меня в суд, чтобы добиться опеки над Уинни, но не потому, что хотела быть её опекуном, а чтобы наказать меня за желание большего, чем она позволяла.
Женитьба на Ченнинг значительно увеличивала вероятность проигрыша моей матери.
Девушка действительно была лучшим решением целого ряда проблем, с которыми я не мог справиться самостоятельно. Редко случалось так, что я не мог справиться с какой-то ситуацией, которая возникала на моём пути. Когда мне требовалась помощь, было проще и эффективнее потребовать её, чем просить. Ченнинг должна была понять, что она особенная. Я никогда не связывал себя узами по доброй воле. А тут готов предложить ей минимум два с половиной года своей жизни.