Миры Имра
Шрифт:
– Вы… вы… убили…
– Созови всех сюда! Собери совет! – приказал Танкрас.
Урмак вздохнул, придя в себя.
– Ваше слово – закон, правитель.
Зеленые луга в пойме Глиндина местами сменялись каменистыми впадинами в земле. Впадины эти были огромны.
– Как будто следы ног, – проговорил Ладрас, указывая на одну из них.
– Так и есть! – усмехнулся Олоф, – Так и есть!
Мы примчались к старой переправе.
Деревянная платформа с перилами могла
Утро выдалось холодное. И теперь мы пожалели, что оставили в Самайе свои шейны и плащи. Лишь Айлин была закутана в эльфийский плащ. Эльфа оказалась одной из гаэрвал. Она выглядела статной и красивой, ее белые длинные волосы спадали до самого пояса. Изящные черты лица выдавали в ней высшее создание. И Ирфин не мог оторвать от Айлин взгляда. Он постоянно ехал рядом с ней и пытался заговорить, но как только Айлин поднимала на него синие глаза, Ирфин отворачивался, смущаясь.
Настала пора переправляться. Мы загнали коней на платформу и стали отвязывать веревки. Течение здесь было сильное.
Все забрались. Я, Олоф и Ирфин стали направлять плот. Ладрас, Айлин и Кэрин присматривали за лошадьми. Мы плыли через великую реку Глиндин. Она раскинулась на тысячи миль в длину и разлилась на три мили в ширину. У Водопада слез, устья реки, ширина достигала пяти миль.
Мощные волны пытались опрокинуть плот, поэтому всем приходилось упираться шестами о дно. Так мы плыли до середины реки. Казалось, что никаких осложнений не предвидится, но стоило нам немного расслабиться, как плот стал попадать в воронки и водовороты. Казалось, что сама река не хотела переправлять нас, бурля и пеня свои могучие воды.
Олоф кричал что–то, но шум течения заглушал его голос.
Плот стало сносить.
– Ставьте шесты справа от плота, – перекрикивал я стихию, – Так будет легче добраться до другого берега.
Вода заливала плот. Кони заволновались. Если бы они встали на дыбы – нам пришел бы конец.
В это время Айлин стала причитать. Она произносила эльфийское заклинание. И никто из нас не мог понять, что оно значит. Но вскоре течение утихло. И мы поняли, что это Айлин усмирила стихию. Ирфин и Ладрас только и могли, что ошарашено смотреть на эльфу.
Все же река не давала нам расслабиться, и юноши вскоре снова принялись направлять плот.
Когда течение успокоилось, и мы стали подплывать к берегу, силы покидали нас. Ибо так сложна борьба с могучей рекой.
Уставший Ирфин спросил у Олофа.
– Что это за следы, впадины, были на том берегу?
– Это следы ног Эмну и Эндреведа, – ответила ему Кэрин.
Округлившимися глазами удивленный Ирфин посмотрел на своего друга. Ладрас только усмехнулся и пожал плечами.
– Это так, – певучий голос Айлин почти сливался с шумом реки, но все же мы все слышали его у себя в голове, – Могучие Великаны оставили много памяти о себе. На этом берегу тоже есть их следы.
– Откуда же ты это все знаешь? – не выдержав, спросил Ирфин.
–
****
Мы вывели коней. Но, проскакав всего милю, поняли, что переправа отняла у нас много сил. Решили остановиться на привал.
Полдень. Наступило жаркое время. Поляна, на которой мы остановились, пестрела красным и черным. Здесь цвели маки, красные дьяволы и черные орхидеи. Местность была холмистая. Кругом были зеленые луга, деревья с большими спелыми плодами, и лишь наша поляна казалась расстеленным пестрым ковром.
Одно из деревьев привлекло мое внимание.
Это был высохший древний дуб. Корни его были усыпаны черной выжженной почвой так, что получалась насыпь. Ветви дуба корявыми руками тянулись к небу, моля, чтобы высшие силы даровали дубу покой.
– Пережиток Серых Пустошей, – сказал, подошедший ко мне, Олоф. Он печально взирал на скорчившееся дерево.
– След длани отца.
– Да. Земля вокруг дуба выжжена, видишь? Здесь были пожарища и битвы. Много тел захоронено под ним…
– Это Дуб скорби, – ответила на наш немой вопрос Айлин, – Здесь когда-то воевали эльфы и варвары, но никто не выжил в той битве, позже здесь посадили дуб, который вырос прямо на телах мертвых воинов.
Мы долго стояли и смотрели на мертвое дерево.
– Идем, – сказал я спутникам, – Надо собираться.
Дальше дорога пошла веселей. Солнечная безоблачная погода сменялась летним дождем. Никогда никто из нас, кроме Айлин, не видел, не ощущал теплого дождя. Мы наслаждались этим и радовались каплям воды, как дети.
Два раза мы останавливались на ночлег.
Цветущая природа и отсутствие врагов поблизости быстро подняли нам настроение. Ладрас и Олоф обсуждали деяния прошлых лет. Ирфин наконец решился заговорить с Айлин. И теперь слушал ее дивные рассказы. А я ехал подле Кэрин. Мы просто молчали, лишь изредка ловя взгляды друг друга. Но и этого нам сейчас было достаточно, чтобы почувствовать теплоту сердец.
****
Сделав круг, Черные Эрроны вернулись на границу. Поняв, что вардоки пустили их по ложному следу, в ярости они поскакали на юг. Эрроны были обмануты. И теперь жажда мести выливалась из них подобно крови, которая текла ручьями, когда Эрроны убивали вардоков неподалеку от Деревни вождей.
Они устроили настоящую резню. Но потерянного времени не вернуть.
Эрроны понеслись к пойме Глиндина. Река остановила их. Всадники не могли перебраться через бурные воды.