Между строк
Шрифт:
— Вредная ты.
— Извини, я не могу больше говорить. Пока.
Этот бессмысленный, утомительный разговор окончательно выбил из колеи. Я позвонила сестре. Все-таки давно не общались.
Со старшей сестрой мы виделись не часто и в основном по работе.
Лена, окончив телевизионное отделение журфака, какое-то время работала на телевидении, а потом, в начале девяностых, подалась в свободные художники. Тогда на это немногие решались. Люди, рожденные и воспитанные при советской власти, в большинстве своем ценили стабильность. Я не осуждала Лену, как многие: ушла с насиженного места, а как же ребенок? Но она ушла вслед за мужем, и это многое объясняет. Она ему верила,
Я знала не много об их отношениях. Знала, что познакомились они при забавных обстоятельствах: Лена, учась на журфаке, подрабатывала в библиотеке. Ее начальница, «синий чулок» с невыносимым характером, умотала всех. Но поставить шефиню на место никто не мог. Однажды она в очередной раз «достала» сестру, та «съела» обиду и, дождавшись, когда ненавистная начальница вышла, бросила ей в ящик стола дохлую мышь.
Юноша, сидевший у окна, видел эту сцену. Он уже не в первый раз приходил в библиотеку и давно положил глаз на симпатичную девушку. А уж после только что увиденного понял, что она — его суженая. Они познакомились и стали встречаться. Павел учился на режиссера-документалиста во ВГИКе. Их семья была также удачным творческим тандемом. Через какое-то время у них появилась дочь Сашка. Родители долго мудрили с именем, даже хотели назвать в соответствии со святцами, но в тот день именинницей была лишь Сосипатра. Решили не портить девочке жизнь и остановились на Александре, почитаемой на следующий день.
Все складывалось удачно, за ребят можно было только радоваться, но случилось непредвиденное. В конце девяностых Павел уехал в командировку в Испанию. Там его сбил шальной мотоциклист. Лена осталась одна с десятилетней дочкой на руках. От депрессии и более страшных неприятностей ее спасла работа — друзья очень вовремя подкинули халтуру. Да и живой, беспокойный характер сыграл свою роль. Она всегда напоминала мне маленькую лошадку: по-мальчишески стриженный затылок, чуть «вытянутый» профиль… О том, что ей не сидится на месте, говорить не приходится.
— Привет! Как дела? — Лена сразу сняла трубку. — Слушай, я как раз тебе собиралась звонить. Как ты относишься к «джинсе»?
— Спасибо, дела нормально. Что касается джинсы — наше кредо — всегда!
— Понятно. У меня есть одна знакомая дама, врач. Она разработала свои системы очищения организма от шлаков и прочего в том же духе. Суть ее теории в том, что все наши болячки — от паразитов, живущих в нашем организме.
— А я здесь при чем?
— Это надо «вкусно» написать. Я этого делать ужасно не люблю.
— А мое дело — это слово. Понятно. Но я могу только «по верхушкам» пробежать. Я, как ты понимаешь, не особо в этом сильна.
— Ясно. Скоро начнется грибной сезон. Вот ты и свяжи: грибы в лесу, грибки в организме.
Бр-р. Кошмар какой-то! Хотя почему бы не попробовать? На следующий день я сидела у сестры на кухне. Она предоставила мне материалы Надежды Ивановны, компьютер и кофе. Процесс пошел. Через полтора часа я оторвалась от монитора с воплем: «Ура мне!»
— Что ж, — сказала Лена, пробежав глазами текст, — очень даже душевно.
Я распечатала экземпляр для себя, чтобы при случае дописать запоздавшую мысль. Поболтав еще какое-то время, мы расстались.
Вечером раздался звонок.
— Привет. Я скинула Ивановне статью. Она настаивает, чтобы вставили ее кусок.
— Большой?
— Не очень. Цитирую: «Так же как человек в экстремальной ситуации в лесу забирается на дерево, свинушки, спасаясь от ядов и токсинов, залезают на пеньки».
— Что?!
В ответ я услышала ее смех.
— Сашка пришла. Она не видела, что я по телефону говорю. Только эту фразу
В итоге я переписывала этот текст несколько раз. Грибы начали мне сниться. Сначала благородные белые, подберезовики… Но когда пошли поганки и мухоморы, я взмолилась:
— Ребята, я соскакиваю!
Причем именно в этот период, где бы я ни появлялась, меня угощали грибами. В каждом (!) переходе мне встречались бабульки, продающие свежие и сушеные грибы. Это был кошмар! Как-то я пришла на презентацию, где угощали жюльенами. Первое, что возникло в голове: «Жюльен приготовили из шампиньонов. Шампиньоны накапливают кадмий. Избыток кадмия в организме приводит к онкологическим заболеваниям…» Стоп!!! Так не пойдет. С этим надо что-то делать. Причем срочно. Ведь при таком раскладе и с катушек слететь недолго.
Я еще немного помучилась, дописывая эту кошмарную статью. Хотелось разделаться как можно скорее, иначе грибы начали бы мерещиться мне повсюду.
В итоге я сдала текст, он нормально, без эксцессов, прошел.
Я уже стала забывать об этой истории. Но как-то, решив почитать в метро, я открыла газету. На первой полосе я увидела заголовок, напечатанный крупным шрифтом: «Маленький мальчик поганку нашел. Глючило так, что домой не пришел».
Речь шла о грибах-галлюциногенах. За что?! Просто наваждение какое-то. На обратном пути я увидела еще более захватывающую картинку. Было около восьми вечера, народ ехал домой с работы. В переходе стоял дедулька. У его ног — большая коробка, очевидно, из-под телевизора, доверху заполненная теми самыми грибами. На коробке большими корявыми буквами было написано: «Для гурманов». Милиционер, проходивший мимо и увидевший такое зрелище, застыл на месте. Он не мог себе представить, что в центре Москвы, вот так свободно, может продаваться незамысловатый «кайф». Такая откровенная наглость повергла его в ступор. Я не стала дожидаться развития событий и поспешила дальше.
Как избавиться от наваждения, я не знала. На мое счастье, вот-вот должен был открыться театрально-концертный сезон. Тогда, окунувшись в привычную для себя атмосферу, я забыла бы весь этот кошмар. Но я не знала, что мне предстоит еще одна эмоциональная встряска. Очевидно, чтобы я более отчетливо «почувствовала разницу».
На фоне летнего затишья предстоящий День российского артиста, который устраивал Фонд развития кинобизнеса, пришелся очень даже кстати. На тусовку были приглашены корифеи отечественного кино, а также «молодняк», который от имени и по поручению должен был поздравлять ветеранов. За пару дней до мероприятия устроили пресс-конференцию, посвященную предстоящей вечеринке. Спрашивать, честно говоря, было не о чем, и организаторы, похоже, прекрасно об этом знали. Тогда я столкнулась с этим впервые, но, как показала практика, многие взяли потом этот прием на вооружение — «своим» журналистам организаторы раздавали «нужные» вопросы, написанные на бумажке. Вопросы были пронумерованы, чтобы беседа казалась все-таки выстроенной. Многие были в шоке.
— Прямо как на школьном утреннике. Помнишь, тогда часто устраивали «монтажи», — поделился со мной коллега.
— Кто же такое забудет?
В клуб «Шапка Мономаха» народ стекался, как всегда, не спеша. Было время занять место, осмотреться и поговорить с организаторами.
Хорошая компания, неплохой фуршет, да и над сценарием мероприятия организаторы худо-бедно поработали. Во всяком случае, будет что написать. Кроме того, я встретила приятельницу, с которой мы не виделись чуть ли не с зимы. Что-то в ней изменилось, но что, я поняла не сразу. Она весь вечер пила минеральную воду и ела яблоки.