Медовый месяц
Шрифт:
Быстро проглядев копию письма, написанного по-итальянски на бланке нотариальной конторы в Фодже, Джессика вернулась к письму своего юриста.
Короче говоря, итальянские нотариусы сообщали поверенному Джессики, что их клиент намерен вернуть деньги, оставленные ему по завещанию мистером Энгусом Маккормиком. Синьор Ринальдо Аккилини с удивлением узнал о них, и у него нет ни желания, ни насущной необходимости принимать данную сумму. Тем более что мистер Маккормик предназначил эти деньги на модернизацию фирмы Аккилини, в чем отпала надобность, поскольку
Итальянские юристы возвращали чек, упомянув, что синьор Ринальдо Аккилини больше не хочет слышать об этом деле.
— О нет… — простонала Джессика, как только до нее в полной мере дошел смысл письма.
Господи Боже, что же ей теперь делать? Ринальдо и в самом деле говорил ей правду и ничего, кроме правды. Он нашел деньги для своей фирмы еще до того, как отправился в Шотландию и встретился с ее дедом. Все это подтверждалось документально!
Чувствуя, что голова у нее идет кругом, Джессика откинулась на подушки и уставилась в потолок, пытаясь осознать тот факт, что своими руками разрушила их с Ринальдо счастливый брак. Во всем была виновата она. И только она. Головные боли, месяцы безнадежного одиночества — все это стало результатом ее собственной неспособности поверить человеку, которого она любила всем сердцем!
Как она могла быть такой глупой? Почему не положилась на Ринальдо? Как позволила обмануть себя выжившему из ума старику и злобной стерве?
Совершенно ошеломленная собственным неразумием, Джессика медленно села, а затем поплелась, как сомнамбула, в ванную.
Лежа в горячей воде и размышляя над случившимся, она чувствовала, что не может даже плакать. Глядя сухими глазами на облако пара над ванной, Джессика понимала, что сама низвергла себя из рая в ад. И она ничего не могла изменить.
А когда позже, уже вытираясь, услышала, как открылась дверь номера, Джессика почувствовала, что заказанная еда не полезет ей в горло.
Но что делать… Накинув голубой халат и перетянув его поясом, она крикнула: «Я сейчас!» — и вышла из ванной. А, сделав несколько шагов, застыла на месте, ухватившись за ближайший стул, чтобы не упасть.
Сапфирово-голубые глаза Джессики расширились от ужаса при виде высокого мужчины в элегантном кашемировом пальто. Тот в свою очередь, повернувшись на голос, смотрел на нее так, словно не верил собственным глазам.
— Джесси! — воскликнул Ринальдо ледяным тоном. — Ради всего святого, что ты здесь делаешь?
Несколько мгновений Джессика беспомощно взирала на мужа, совершенно неспособная вникнуть в происходящее. Только что она узнала, что муж ни в чем не повинен, — и вот он появляется! Хуже не придумаешь…
Опасения Джессики, что Ринальдо будет в высшей степени недоволен, обнаружив ее в Милане, оправдались в полной мере. Судя
— Что за дурацкий розыгрыш? — спросил он, зловеще нахмурив черные брови. — Я требую, чтобы ты объяснила мне свое присутствие здесь!
— Чтобы я объяснила? — переспросила Джессика с нервным смешком. — Я как раз собиралась просить об этом тебя!
— Хватит шуток, — отрезал Ринальдо. — Это мой номер, и…
— Минуточку! — оборвала его Джессика. — Это мой номер. Должно быть, произошла какая-то ошибка. Я и понятия не имела, что ты остановишься именно в этом отеле, — добавила она, обхватив руками дрожащие плечи. — Полагаю, что тебя направили не в тот номер.
— Ничего подобного, — решительно произнес Ринальдо. — Поскольку не я заказывал комнаты, то просто спросил внизу, какой номер оставили для меня. И как видишь, — он продемонстрировал жене ключ, с которого свисала бирка с тем же номерком, что и на ключе Джессики, — это мои апартаменты…
— Ошибаешься! — запротестовала Джессика. — У меня точно такой же ключ! — Она подбежала к небольшому изящному столику у двери, схватила свой ключ и показала мужу. — Кроме того, — уверенно заявила Джессика, — номер мне заказывала Лавиния. Так что, очевидно…
— Лавиния?! — рявкнул Ринальдо, выхватывая ключ из рук жены и убеждаясь, что номера совпадают.
Он резко повернулся и устремился к телефону. Последовал короткий разговор по-итальянски, смысл которого Джессика не поняла. Затем Ринальдо, выругавшись вполголоса, швырнул трубку на рычаг.
— Так это, значит, не твои комнаты? — спросила Джессика.
— Напротив, моя драгоценная, это мои — и твои — комнаты! — Ринальдо зло рассмеялся. — Этот номер заказан для синьора и синьоры Аккилини. Похоже, моя милая сестрица слишком много на себя берет!
Джессика не сводила с мужа широко распахнутых глаз.
— Я никак не могу поверить… Но ведь Лавиния не стала бы… Как она могла?
— Как бы то ни было, факт остается фактом. И поверь мне, — угрюмо добавил Ринальдо, — я устрою еще тот нагоняй счастливой невесте! Однако это пустяки, — решительно продолжил он, — я найду тебе другой номер.
Вся во власти противоречивых эмоций, Джессика подумала, что, хотя ее дурные предчувствия оправдались, Ринальдо все же теперь знает, что она в Италии и будет завтра на свадьбе. Одной проблемой меньше.
Однако Джессика не имела понятия, что делать со свалившейся на нее информацией. Вряд ли сейчас было подходящее время просить прощения. Она даже не знала, с чего начать.
Погруженная в свои мысли, Джессика не видела, как Ринальдо опять берется за телефон, чтобы позвонить портье. И потому вздрогнула, когда через несколько минут он снова с грохотом швырнул трубку и с недовольным видом повернулся к жене.
— Мне сообщили, что отель заполнен гостями, приехавшими на свадьбу, — произнес Ринальдо с холодом в голосе. — У них для тебя ничего нет, кроме комнаты горничной на самом верху.