Матрёшка

Ками Арис

– Давай, мы с тобой, – он на секунду задумывается, – выпьем кофе, – неожиданно предлагает он.

Приглашения на кофе Катя меньше всего ожидала после своего хамского заявления.

– Я кофе не пью, и меня ждет такси. Я и так кучу времени на вас потратила, самая бессмысленная беседа в моей жизни. – Не успокаивается она.

– Ничего, – совершенно спокойно отзывается Коннор. – Потрать еще полчаса бессмысленно, долетишь потом на вертолете. Где вещи твои? В машине? Джеймс, разберись.

И он уже устремляется по холлу, будто бы ни на секунду не сомневаясь, что она последует

за ним. Даже не дождался ее согласия. Вот об этом как раз она и говорила – никакой галантности. Ей ничего не остаётся, кроме как послушно следовать за ним. У нее в голове одновременно миллион мыслей, ни на одной она не может остановиться. Его реакцию она не поняла, он разозлился еще сильнее, нет? Не понятно. Чего он вообще привязался? Совершено не ясно, что у него на уме. Только в лифте она обнаруживает, что они в лифте. С ними ещё два охранника. Коннор стоит и совершено безучастно смотрит, как меняются цифры этажей на табло.

– Ээээ, я думала мы пойдём в ресторан кофе пить.

– Да, конечно, – он не отрывает взгляда от светящихся цифр. Лифт открывается прямо в номер. А, вот он – президентский люкc. Кате смешно и жалко, что эти бляди не видят, где она. Но как она тут оказалась, и что теперь делать? Становится действительно не по себе.

– А теперь послушай меня, девочка, – дождавшись, пока двери лифта закроются опять, скрывая двух парней, он наклоняется к ней и смотрит прямо в глаза. – Я не знаю, как ты это сделала своими выкрутасами, но у меня стоит так, как не стоял, кажется, никогда.

Катя с ужасом несколько секунд смотрит на его оттопыренные спортивные штаны. Он реально так шёл через холл? Поднимает взгляд, его лицо в десяти сантиметрах.

– Давай на этот раз ты останешься, прошу. – Шепчет он своим этим безумно сексуальным голосом. – Единственное, мне нужно в душ.

Она слышит его дыхание, слышит сладкий и немного терпкий запах пота от влажной футболки.

– Нет, – шепчет Катя ему в лицо.

– Нет? Ты уверена? – Он приближается ещё ближе, практически вплотную.

– Нет, тебе не нужно в душ.

Катина рука уже под его майкой. Он хватает ее с места в карьер, даже не пытаясь быть нежным. Она, вообще-то, любит пожёстче, но чтобы прям вот так вот, без всякой прелюдии, такой грубый секс? Буквально срывает с нее одежду. Делает абсолютно все, что хочет, не спрашивая разрешения. Катя в шоке и в страшном возбуждении. Он толкает ее на диван, она пытается отнять его руки от своей груди, он просто навалился всей силой, она не может дышать, он не обращает внимания. Хватает ее за волосы, за шею, его пальцы и член везде. Кажется, она даже получает пару пощечин. Точно сложно сказать, потому что она впадает в какое-то полувменяемое состояние, словно пьяная или под кайфом.

Наконец, они добираются до кровати, он кладёт ее на бок спиной к себе, его член касается ануса, она пытается оттолкнуть его, отползти – это бесполезно, он сделает все, что захочет. Катю пронзает боль, резкая, но такая сладкая. Его пальцы у неё во влагалище, буквально через несколько секунд ее тело содрогается в безумных конвульсиях, она практически выскальзывает от него, он резко придвигает ее назад, заставив вскрикнуть.

«Ты кончила? – Она не может ответить. – Ты кончила?» – Бешено шепчет он. Его оргазм чуть не разрывает ее. Он откидывается на подушки, яростно срывает с себя презерватив, швыряет на пол. Она даже не заметила момента, когда он успел его нацепить, что подтверждает, что она была вообще не в себе.

Катя пытается увидеть улыбку, ну хоть какое-то удовлетворение на его лице – его губы нервно сжаты, глаза смотрят в потолок ненавидящим взглядом. Теперь ей становится по-настоящему страшно, что происходит?

– Прости, – наконец произносит он, – я себя не контролировал. Я сделал тебе больно? – Спрашивает он, обращаясь к потолку.

– Эй, – она осторожно прикасается к нему, он вздрагивает, будто к нему приложили каленое железо, – ты чего? – Он молчит, продолжая буравить потолок. – Да, ты сделал мне больно, но мне понравилось. Мне нравится в сексе выходить, – она задумывается, – за пределы обычного.

Ледяные голубые глаза вспыхивают, он резко разворачивается к ней.

– Правда? Насколько далеко? – Он похож на хищную птицу со своим тонким, слегка крючковатым носом.

– Который час? Я не понимаю, сколько времени прошло. – Она берет его руку с часами. – Мне ехать пора.

– Ясно! – Коннор снова откидывается на спину, даже не попытавшись попросить ее остаться или хотя бы задержаться, хотя ее бы два раза просить не пришлось, но у него, наверное, дела. – Там должна быть еще ванная. – Он неопределенно машет рукой. – Найдешь. – Он наклоняется к ней и в первый раз за все время целует нежно в губы. – Было невероятно, спасибо тебе. Это что? – Вытирает он пальцем слезу, катящуюся из уголка ее глаза. – Все хорошо?

– Да, конечно, и тебе спасибо, я такое не забуду, – целует она его в ответ.

Коннор легко вскакивает и уходит в ванную, которая в этой спальне. Как это мило. А она найдет где-то там. И даже не соизволил попрощаться. Катя собирает вещи по всему номеру, действительно, находит еще спальню и ванную при ней, смотрит в зеркало – ну и вид! Волосы всклокочены, тушь размазана, губы опухли раза в два, выглядят даже очень сексуально, может, накачать? Кое-как приводит себя в порядок, наносит выравнивающий тон на лицо. Решительно направляется к лифту. Джеймс ее ждёт. Не проронив ни слова, они садятся в вертолёт. Всю дорогу Катя старательно смотрит в иллюминатор и, по возможности, незаметно вытирает слёзы. Альп с высоты она так и не увидела. Приземлившись в аэропорту, Джеймс забирает ее чемодан и идёт провожать до регистрации. Отмечает, что летит она первым классом.

– До рейса ещё есть время, не хочешь кофе выпить? – предлагает он.

Катя же больше всего на свете хочет отделаться от него и постоянно задирает голову к потолку, пытаясь не дать предательским слезам вытечь из глаз, что не вполне получается.

– Ты как? Все нормально? – Нерешительно спрашивает Джеймс. Катя проплакала всю дорогу, напугав его до полусмерти. Он уж было думал, что она первым делом подойдет к полицейскому в аэропорту и скажет, что ей нужно заявление составить.

– Все нормально. – Отрезает она. – Тебе пора.