Матрёшка
Шрифт:
– Мы уже с вами обсуждали, что это невозможно. – Вступает его адвокат.
– Я ничего с вами не обсуждала, мне нужно пять минут наедине. – Настаивает Катя.
– Это не представляется возможным.
Коннор смотрит в стол. Пальцы пляшут, он пытается их успокоить, но они опять срываются в пляс.
– Тогда я буду говорить при вас. – Предупреждает Катя.
– Настоятельно не рекомендую что-либо говорить, не посоветовавшись со мной! – Вскидывается ее адвокат. Катя игнорирует его.
– Коннор! Коннор! Посмотри на меня!
Он, наконец, поднимает тяжёлый взгляд. У Кати полное ощущение, что это чужой человек. Большой босс, равнодушный, отстранённый, недоступный,
– Коннор, скажи, ты до сих пор считаешь, что я была тебе неверна? – Выговаривает она, трясясь всем телом. Других вариантов, почему он так поступает, у нее нет. Ей просто нужно переубедить его, и всё!
– Не советую ничего отвечать. – Следует незамедлительный совет от его адвоката.
– Просто скажи да или нет, прошу, хотя бы это. – Умоляет Катя.
Через паузу, он все-таки решается.
– Нет.
Она изумленно смотрит на него в ответ, вообще переставая что-то понимать. Если не измена, то какая причина развода может быть? Узнал про наркотики? Но врач же говорил, что он не получит доступа к ее медкарте.
– Тогда почему ты хочешь бросить меня? – Молчание служит ей ответом. – Я просто не понимаю, какая причина развода, должна же быть причина, назови! Просто скажи: я тебя больше не люблю, я встретил другую, я понял, что я гей, хоть что-то! У нас семья, ребёнок, я беременная, мы были счастливы, я не понимаю, что произошло, ПРОСТО СКАЖИ! – Выкрикивает она, не понимая, как еще достучаться до него.
Руки Коннора уже просто бьются в истерике, справиться с ними не получается. Он вскакивает, роняя стул, все ахают. Катя своим взглядом прожигает в нем дыру. Он выскакивает на открытое пространство огромного кабинета – красный, как помидор, готовый взорваться.
– Хочешь знать, что произошло? Ты дура? Дура? Или правда тебе память отшибло?!!! – Орет он. Все четверо в ужасе смотрят на него. – Я! Тебя! – Он выкрикивает каждое слово. – Избил! До полусмерти!
– Нет! Конечно, нет! До какой полусмерти? – Катя старается держаться, хотя ей тоже хочется вскочить и заметаться по ковру.
– Я практически выбил из тебя ребёнка!
– Нет, с ребёнком все нормально. Тем более, ты не знал про него, потому что я хотела сделать дурацкий сюрприз и пост слезливый для Инстаграм, а когда не получилось, не было подходящего времени тебе сказать! Я сама виновата, что не сказала, прости.
Катя не узнаёт себя. Голос звучит, как будто снаружи, не ее голос, спокойный, размеренный, хотя внутри ее разрывает на части.
– Я ухожу, обсуждайте все без меня, – он уже около двери.
– Не уходи, прошу! – Тут спокойствие ее покидает, она начинает задыхаться от рыданий. – Посмотри на меня, посмотри, это я, твоя жена, не уходи, не бросай меня! – Интересно, как так получилось? Она думала, он будет умолять простить его, а в итоге унижается перед ним сама, да она готова на коленях ползать.
– Я уже все решил. – Оборачивается он, держась за ручку двери.
– Послушай меня одну минуту. Ты сорвался, совершил ошибку, мы все их совершаем. Я тебя спровоцировала на это – несознательно! Но есть те, кто сдаётся, а есть те, кто признают и исправляют. Я готова все исправить, потому что мне есть за что бороться. За нашу семью, за детей, за те невероятные отношения, которые у нас были и будут, могут быть! Я ничего не буду обсуждать, а тем более подписывать. Возьми столько времени, сколько тебе нужно, а потом возвращайся ко мне.
Дверь захлопывается за ним. Катя на автомате тоже поднимается, выходит из здания, садится
– Едем в аэропорт.
– Куда летим?
– Домой. Мне нужно домой.
Всю дорогу она сжимает его руку, он единственный человек, который ее жалеет, сильно жалеет, а ей нужно, чтобы кто-то пожалел ее сейчас, когда жизнь полетела в тартарары. Боже, из-за чего? Из-за нелепого приглашения на ужин, какой-то глупой ситуации. Она не верит, что обстоятельства могли так сойтись. И, конечно, из-за Джеймса! Она назначает его виновным во всем.
Глава 9
Вернувшись домой, Катя застает там Грейс, которая вообще не в курсе произошедшего. Ну, про избиение понятно, Катя сама не хотела ей рассказывать, но и про грядущий развод тоже не в курсе. Грейс постоянно интересуется, когда приедет Коннор, не понимает, почему он не с Катей.
– Как не позвоню ему, он все время занят. С тобой такое произошло, а он даже в больницу не приходил особо, и домой не едет. Что происходит? – Возмущается она.
«Сволочь!» – Думает Катя. Мало того, что все это устроил, еще и ее поставил в такую ситуацию, что она должна постоянно находить для него оправдания, почему он домой не едет. Сам, похоже, решил вообще абстрагироваться, пока она тут умирает от обиды и токсикоза, обороняясь от атакующих ее бесконечно адвокатов.
Так хреново ей еще никогда не было, чтобы одновременно и морально и физически. Она и раньше-то не ела особо, а сейчас от одной мысли о еде делается плохо. Килограммы, которых и так было по пальцам пересчитать, стремительно тают, но в клинику она обращаться боится, здесь врачи могут не оказаться такими законопослушными, как в Лондоне, и сольют информацию о том, на чем она сидела последние несколько недель, прямиком Коннору, и тогда точно будет повод для развода, только теперь на его условиях. Она упорно делает вид, что с ней все в порядке, на самом деле, еле таская ноги и каждое утро мечтая умереть, сидя на полу ванной в обнимку с унитазом. Вконец обеспокоенная Грейс сама звонит в клинику, чтобы записать Катю на прием, но получает потрясающий по своей нелепости ответ, что, к сожалению, обслуживать данную пациентку они больше не могут, ее страховка аннулирована. Обескураженная Грейс переспрашивает десять раз, понимая, что это какая-то путаница произошла, просит соединить с руководством клиники, ей обещают перезвонить. Сложив два плюс два, Грейс, наконец, смекает, что что-то здесь не так. Не добившись ничего от Кати, которая прикидывается дурочкой, и не дозвонившись до сына, она припоминает, что на днях приносили толстый конверт, и курьер отказывался отдавать, пока Катя сама лично не распишется. Грейс, наплевав на правила приличия, перерывает Катину спальню и находит документы по разводу.
– Что ты сделала? Говори! – Требует она, тыча пачку листов Кате в лицо. – Если он хочет развестись!
Катя только закрывает лицо руками и мотает головой. Почему та вообще решила, что это Катя что-то натворила? А не сынок ее любимый?
– Ничего я не делала, это все недоразумение. – Бормочет она, моля про себя, чтобы это прекратилось, она просто не перенесет еще один скандал, сил совсем не осталось.
– Недоразумение? – Потрясает Грейс бумагами. – Тут документы о разводе! Я так и знала, ты что-то натворила!