Мастер архивов. Том 2
Шрифт:
Сколько прошло времени? Пара минут? Час? День? Я не знал. Тело слушалось плохо — ватное, тяжёлое, чужое. Но внутри… внутри что-то изменилось.
Дар.
Я это четко почувствовал. Раньше он был голодным. Такая Вселенская пустота, вакуум, который требовал, просил, тянулся ко всему магическому, как пьющий к бутылке. Теперь пустота никуда не делась, но она стала… другой. Спокойной. Будто бездонный колодец, который вдруг наполнился водой и теперь ждал, когда эту воду можно будет использовать.
Я осторожно потянулся
«Очухался», — раздалось вдруг в… голове.
Чётко, ясно, будто кто-то стоял рядом и говорил прямо в ухо. Но вокруг никого не было. Только кот на печке — серый, пушистый, с изумрудными глазами, которые смотрели прямо на меня.
Я моргнул.
«Арчи?» — позвал я так же мысленно.
«А кто ж ещё? — снова раздалось в голове. Голос был кошачий — с ленцой, с лёгкой усмешкой, но теперь он звучал не снаружи, а… внутри. Будто мысль, не моя, но отчётливо чужая. — Ты чего на меня так уставился? Живой, слава богам».
«Я… я тебя слышу, — подумал я, всё ещё не веря. — В голове».
Кот на печке замер. Глаза его расширились, уши прижались.
«В смысле — в голове? — спросил он, и снова — внутри, прямо в мозгу. — Ты сейчас мои мысли ловишь, что ли?»
«Не знаю. — Я потёр виски. — Я слышу тебя. Но ты не говоришь вслух. Ты просто… думаешь, а я слышу».
' Вот это поворот, — Арчи спрыгнул с печки, подошёл ближе, вглядываясь в моё лицо. — А ну-ка, скажи что-нибудь'.
«Что сказать?»
«Охренеть, — выдохнул кот, отшатываясь. — Слышу. Громко так, будто ты мне прямо в мозг крикнул».
Он обошёл вокруг меня, внимательно разглядывая.
«Это наверняка после той чёрной магии, — сказал он наконец. — Она тебя изменила. Ты не просто усилил дар — ты его качественно переделал. Теперь ты не только жрёшь магию, но и… на другие частоты настраиваешься».
«Какие частоты?»
«Ментальные, — Арчи почесал лапой за ухом. — Я кот. У котов своя магия, древняя, не такая, как у людей. Ты теперь её чувствуешь. И можешь со мной говорить. Без слов».
«Какая еще магия у котов? Ты простой дворовый кот, который мышей жрал в Архиве, которые, в свою очередь, свитки магические лопали. Вот ты и стал… таким».
«Каким это таким? — возмутился кот. — Мой род, между прочим, очень древний, тянется еще с Египта! Так то! И вы, жалкие людишки, нам когда-то поклонялись как богам, — кот тяжело вздохнул, — и на каком этапе все пошло не так? Избаловали мы вас, человеков. А нужно было в черном теле держать».
«А с людьми? — спросил я. — Я смогу читать мысли?»
«Попробуй, — предложил кот. — Только осторожно. Представляешь, что будет, если старуха твой голос в голове услышит? С ума сойдет окончательно!»
Я посмотрел на дверь, за которой слышались голоса Кати и Рудольфовны. Сосредоточился,
Ничего. Только шум, гул, неразбериха.
«Не получается», — сказал я.
«И видимо не получится, — довольно кивнул Арчи. — Люди сложнее. У них защиты полно, да и частота не та. А я — кот. У нас всё проще. Видимо, теперь мы с тобой связаны, Лекс. Телепатически».
«Это навсегда?»
«А я похож на того, кто знает ответы? — фыркнул кот. — Понятия не имею. Может, навсегда. Может, пока чёрная магия в тебе не уляжется. Но факт — теперь ты будешь слышать всё, что я думаю. Так что старайся думать о приятном. Я не хочу знать, что у тебя в голове творится, когда ты на Катю смотришь».
— Арчи!
«Ладно-ладно, молчу. — Кот зевнул. — Ты это, между прочим, в слух сейчас сказал!»
«С одной стороны это хорошо, — подумал я. — Так будет проще общаться с тобой, не привлекая внимания санитаров. Скажи, сколько я был в отключке?»
«Часа три, — ответил Арчи. — Рудольфовна сказала, что ты выкарабкался. Я ей верю. Она в этих делах понимает. Ломало тебя конечно знатно».
— Алексей!
Катя вошла в комнату — растрёпанная, бледная, с красными от слёз глазами. Бросилась ко мне, схватила за руку, вгляделась в лицо.
— Я услышала твой голос. Ты… ты как? Все в порядке?
— Вроде да, — попытался улыбнуться я. — А ты как?
— Я? Я тоже в порядке. Меня Рудольфовна травами отпоила. Я даже не ранена. Просто… просто испугалась очень.
— А где Рудольфовна? — спросил я. — И Петрович?
— На кухне, — Катя кивнула в сторону двери. — Чай пьют.
— Помоги встать. Я бы тоже от чайку не отказался бы.
Я кое-как поднялся, накинул куртку и, держась за стены, пошёл вместе с Катей в кухню. Арчи спрыгнул с печки и потрусил следом.
На кухне было душно и накурено. Рудольфовна сидела у стола, подперев щёку рукой, Петрович — напротив, с неизменной папиросой в зубах. Пили чай, ели выпечку.
— Садись, парень, — кивнул мне Петрович, указывая на свободную лавку.
Мне налили крепкого чаю, сунули в руку булочку. Я вдруг почувствовал, что чертовски проголодался. Булочка была съедена в два укуса. За ней — пирожок с капустой и две ватрушки.
— Видал как наяривает! — усмехнулся Петрович. — Молодой организм! Калорию требует!
— Пусть есть, — буркнула Рудольфовна. — Еле вытащили с того света.
Петрович затянулся, выпустил дым к потолку. Задумался, словно собирался с мыслями. И вдруг начал говорить словно бы самому себе:
— Я ведь тоже когда-то такой был. Молодой. Крепкий. Переехал сюда сорок лет назад. В Заболотье то. Думал, здесь тихо, спокойно, работа есть — в то время здесь торф добывали. А особняк тот уже тогда стоял. Страшный. Местные про него шушукались, но в глаза ничего не говорили. Только на ночь глядя крестились и обходили стороной.
История западной философии
Пути философии
Научно-образовательная:
история
философия
культурология
рейтинг книги
