Масоны
Шрифт:
– Не правда. Он много веков лежал во французской провинции в архиве аббатстве "Санлис". Его основала Анна Ярославна, жена короля Генриха 1 и дочь Ярослава Мудрого. А вот во время французской революции его и похитили ваши предшественники. А он нужен русским! Особенно сейчас!
Долговязый залился хриплым смехом.
– Придурок! Дурдом - твой дом, ей-богу.
На него никто не обратил внимания.
– Его нельзя иметь вам. Вы должны понять. И нельзя изучать папир. Эта тайна не для вас!
– она сделала обобщающий жест
– Ошибаетесь. Уже настало время. И доказательство тому то, что я сумел транскрибировать текст, еще там, в Марсельском отеле.
– Вы прочли?!
– Глаза рыжеволосой мадемуазель расширились, она вскочила с кресла.
– Что вы наделали!
Мужчина в кресле спокойно смотрел на нее.
– Где он сейчас?
– В руках у людей, которым он предназначен.
– Где?!
Он развел руками и улыбнулся.
– Зовите!
– Она бросилась к двери, заметалась.
– Быстро!
– Э, санитары. Уведите его к чертям... Тут же неслышно появился седовласый доктор.
– Что-то случилось?
– Нет!
– Крикнула рыжеволосая, возбужденно вращая глазами и тяжело дыша. Доктор! Этот человек болен! Объясните ему вы!
– Она схватила долговязого за руку.
– Сейчас. Доктор, - он взял его под локоть и повел к окну, - он не должен быть больше нормальным. Он просто лежал, а теперь его надо лечить.
– Да я все понял. У вас есть наши реквизиты?
– Он похлопал себя по карманам, достал ручку и листок.
– Вот сумма.
– И еще. Есть лекарство чтоб он все выложил, как на духу?
В это время у долговязого запищал мобильный телефон, он приложил трубку к уху и вышел в коридор.
– Доктор!
– Мадемуазель подошла к нему. Он должен сказать мне все! Сделайте так! Есть лекарство?
– Есть, милая. Дорого, но есть.
Долговязый вернулся в комнату.
– Сегодня ночью одному из его подельщиков звонили. Некая Соня сказала, что привезла штуку, спрятанную у нее Юрой.
Они назначили встречу.
– Где? Мы едем!
– Это было утром, когда мы выезжали из города.
– О-кей! Мне надо, что знает он!
Санитары положили Юрия Аркадьевича ничком на койку.
Медсестра вывернула руку локтем вниз и вонзила шприц в вену. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.
В сером полумраке бревенчатых стен, на полу образуя круг, горели свечи. В центре стояла бронзовая фигурка с лучистой головой и поднятыми к верху руками. За кругом стоял древний старец в белом одеянии. Перед свечами на коленях молились молодые волхвы.
" - Помните!" - зазвучал глухой голос, -"По не прави тропе иде, да по не прави дело судима, да как призваху Всевышний. Умольбы Варуну избави смерти живота, но ступаху на правь, дела долгия лета имети. Славя правь одна. Молебень Варуны Бармой писаный, храни, да пользуй. Ибо тьму кругов жизни Словеновы сыны не прави буде."
Часть 3
– Ну?
– Андрюха отхлебнул пиво, поглядывая на приятелей.
– Не
– Володька стряхивал грязные крошки со стола на пол в пивной.
Андрюха выдохнул элегантное сигаретное кольцо под лопасти вентилятора на потолке.
– А ты что думаешь?
– обратился он к Игорю, мечтательно глядевшему в окно, и помахивающему ковбойской шляпой.
Игорь не слышал, улыбаясь льющемуся через стекло весеннему солнцу.
– Слышь!
– Ткнул локтем его Андрюха.
– Зачем этому гусю свиток? Как ты думаешь?
– Гусю? А! Свиток! Ну...
– Игорь поспешно схватился за кружку с пивом и стал отхлебывать пену.
– Кто-то умеет это расшифровывать, а может только Юрка один и мог его читать.
Вот его и похитили.
– Ты что?
– Хмыкнул Володька, - Серьезно считаешь, что там рецепт вечной жизни?
– Это не то что я так считаю. Это Юра по телефону тогда сказал.
– А я вот считаю, что вещь конечно древняя. Век пятый видимо. И поэтому стоит она не меньше чем тридцать штук зеленых . И мог бы я звякнуть кое-кому по этому поводу.
Продавать ее надо, Игорь. Пока мент этот у нас ее не хапнул.
– Ты чего? Ты думай что говоришь? Продавать! Она твоя что ли? Это Юра ее привез. Он деньги за нее там платил! А здесь просил через Соню спрятать. Я не дам. Юру надо дождаться.
– А мне кажется вашего Юрки давно нет.
– Глядя в пустую кружку глухо сказал Андрюха.
– Я тоже так думаю.
– Володька отвернулся в окно.
– Я продавать не дам!
– А по мне так пусть..
– начал Было Андрюха, но замер на полуслове, глядя на вращающиеся стеклянные двери пивной.
Приятели тут же обернулись за его взглядом. Улыбаясь, не спеша к ним шел долговязый. Он был в красивом дорогом пиджаке и в заляпанных черных джинсах.
– Здорово, археологи!
– Он засунул руки в карманы, переводя взгляд от одного к другому.
Все молчали.
– Я к вам по делу.
– Он подошел по ближе, хмуро взглянув на Андрюху, разминающего плечи.
– Значит так. Вы. Мне.
Продаете этот папирус и я каждому отваливаю по три штуке гринов на лицо. Думайте. Предлагаю это сделать завтра, или послезавтра на крайняк. Буду ждать здесь. В пять. Завтра и в воскресенье. Если нет, или не дай бог вздумаете обойти меня - всех уложу в одну братскую могилу. А тебя , жирный предупреждаю - туда же ляжет и твоя семья, если еще раз рыпнешься. Я серьезно.
Андрюха сузил глаза, прошивая взглядом длинную фигуру.
– Все ясно? Сделка честная.
Долговязый резко развернулся и вышел из пивной. Андрюха проводил его глазами сквозь стекло, пока он не исчез в толпе.
– Ну что? Я же говорил! Надо было раньше!
– Володька отчаянно грыз заусенец.
– Хрен ему, а не манускрипт!
– Игорь надел шляпу, но тут же снял ее оттирая пот со лба.
– Чего делать-то будем?
– Володька наконец вынул изо рта палец, - У Андрюхи ребенок.