Масоны
Шрифт:
– Это долговязый, про которого я тебе говорил. Это он с ментами был.
Андрюха обнял жену, они не спеша, выходили со двора.
– Посмотри, что он делает.
– Сумку в багажник положил. Стоит у машины.
Вокруг, навстречу возвращались с работы люди. Улица была оживленной и светлой.
– Мне кажется, он пошел в нашу сторону. А может, и нет. Я не вижу. Вот ты влез на свою голову! Убить тебя готова!
– Тише. Вы идите домой, а я его отвлеку.
– Нет уж. Мы пойдем к Галке, посидим у нее. А ты посмотришь.
Телефон помнишь?
Жена с ребенком свернула в сторону скопления серых одинаковых пятиэтажек, а Андрюха пошел в противоположном направлении. Он подошел к зеркальному минимаркету, ожидая увидеть в отражении долговязого. Затем покружил вокруг, зашел и вышел из магазина, развязал и завязал себе шнурки на ботинках, стрельнул у прохожего сигарету, у следующего огоньку и вошел в телефонную будку. Ударом кулака по корпусу в нужный момент, добился "Але" на том конце провода.
– Ну, чего?
– Не знаю. Мне кажется, он шел за нами.
– Да? А я его не видел.
– Делай, чего хочешь, но чтоб мы были дома, и он нас оставил в покое, слышишь?
– Слышу. Ты глянь в окно, его не видно?
– Ладно. Сейчас посмотрю.
Андрюха шел назад, не спеша, скользя глазами по прохожим.
Во дворе он не увидел ничего подозрительного. Зашел в подъезд, поднялся до пятого этажа, и спустился к двери.
– Пошли. Нет его нигде.
Ребенок уже капризничал, они спешили домой.
– Ты посмотрел, машина его стоит там у дома?
– Нет. Так я сейчас схожу!
– Нет уж! Мне страшно. Идем домой.
Володька не явился в больницу к Игорю на следующий день, как обещал. Игорь сначала обиделся, потом встревожился и подошел к медсестре.
– Можно мне от вас позвонить?
– Личные звонки с поста запрещены.
– Это очень важно. Пожалуйста.
Телефон у Володьки не ответил. Через два часа Игорь замаячил перед глазами медсестры вновь.
– Ну, звоните, что мне с вами делать.
Телефон молчал. Голова разболелась, он попросил таблетку и лег. Уже стемнело, когда он вышел из палаты опять.
– Ишь, мается. И не жены у него, никого, одинокий, вон в истории написано, а все звонит кому-то... Вам телефон чтоль опять? Ну, звоните, уж господи.
Володька снял трубку с первого гудка.
– Ты? Я в милиции был. Меня ограбили. Деньги вроде все на месте, но все, что с раскопок привез, что собрал, - все унесли!
– Да ты что? А милиция?
– Как обычно.
– Так. Слушай. Ключи у тебя, сходи завтра ко мне. Посмотри, что у меня творится.
Середина апреля. Тепло. Игорь с Володькой сидели на лавочке во дворе Андрюхиного дома.
– И никаких следов. Я был вчера в милиции - тишина.
– И у меня глухо. И деньги что в семаргле были спрятаны тю-тю.
– А по поводу Юры узнавал?
– Да. Я звонил Кате. Их представляешь, да?
– То же ограбили. Все реликвии, с раскопок, все книги
– Я так и думал. И разгром, как у меня?
– Да не... Из-за угла дома показался Андрюха.
– Вон он! Наконец-то!
Андрюха не видел их, не спеша, шел с работы домой.
Мужчины появились неожиданно для него, погруженного в какие-то свои размышления.
– Во! Вы? Здорово! А я уж думал! Ну, слава богу.
– Ну, здорово, боец! Как жизнь?
– Мужики, ну вы кашу заварили! Ну, дела!
– Книги-то где?
– Книги целы. Жена их спрятала. Ведь тут долговязый этот рыскал. Пошли ко мне, она их сейчас принесет. Вы мне лучше расскажите, почему за этой вашей масонской литературой менты гоняются?
Володька с усмешкой ткнул кулаком Игоря в плечо.
Боинг 747 компании "Эар Фрэнс" делал вираж над городом, заходя на посадку. К иллюминатору прильнули две молодые женщины, вглядываясь в вечерние огни внизу.
– Вы бывали когда-нибудь в России?
– Спросила одна у другой с копной рыжих, прямых как солома, волос.
– Нет. Но увидеть хотела всегда.
– А я уж так давно не была. Все работа, работа.
Темная "шестерка" встала у обочины, рядом с аэропортом. К высокому водителю в кожаной куртке тут же подошел охранник автостоянки, с нагрудным значком. Водитель буднично ткнул ему в лицо красную корочку удостоверения, и быстро ушел в зал прилета пассажиров.
– Размахался тут ксивой, гэбье.
– Пнул колесо машины мрачный охранник.
Долговязый достал из-за куртки лист бумаги, с написанными на нем от руки латинскими буквами и встал у турникета прохода.
Пассажиры с рейса Марсель - Москва бойко разбегались в две очереди контроля паспортов. Высокая, рыжеволосая, улыбаясь во весь рот, помахала рукой: "Арва".
– Чао!
– Ответила ей ее попутчица - молодая смуглая женщина с черной короткой стрижкой и встала в быстро двигающуюся очередь " Для постоянно проживающих на територии РФ". Она получила свой небольшой багаж, оттолкнула от прохода длинного в куртке, напирающего на турникет и радостно бросилась к своим встречающим. Рыжеволосая катила за собой чемодан, вращая во все стороны головой и делая вид, что она вовсе не замечает лист бумаги со своим именем.
Улыбаясь, обнажая все зубы, протянула долговязому ладонь.
– Привет.
– Здравствуйте. Как добрались?
– Хорошо.
– Моя машина здесь, рядом. Я везу вас в гостиницу.
– О-кей.
Она задумчиво смотрела на убегающую перед ней ленту дороги.
– Я все хотел спросить, откуда вы так знаете русский?
– Не об этом говорить надо. Вы нашли папир?
– Я достал все фолианты, которые имели подельщики Славинского.
– Вы нашли папир?!
– Я отвезу вас завтра на квартиру и вы все осмотрите. Но именно его, по-моему, нет.