Масоны
Шрифт:
– Ужинать будем?
Хозяин молчал. Потирая плечи, Игорь походил по комнате , косясь на старого башкира.
– А может выпьем? У меня есть.
Старик поднялся и хитро поглядывая, пересел с кровати за стол.
Володька проснулся в своей квартире от резкого выстрела за окном. Подойдя к стеклу, увидел мелькнувшую в конце улицы милицейскую машину. Грохнул первый гром и по стеклу застучал дождь. Вовка вздрогнул и вдруг стал быстро одеваться. Накинул пиджак, схватил ключи и бросился к двери.
Обуваясь,
Вдруг щелкнул замок и входная дверь приоткрылась. Володьке захотелось спрятаться в шкаф, но он не мог пошевелится.
– Сам снимешь цепочку, или разорвать?
– Голос из-за двери звучал угрожающе.
Вовка кинулся к телефону. Тут же в прихожей раздался удар и прежде чем в трубке возникло "милиция", в комнату ворвался долговязый. Схватив аппарат, он швырнул его об стену.
Следом об стену лицом полетел и Вовка.
Когда Игорь проснулся была середина дня. Старого Талгата в избе не было и вокруг стояла такая тишина, что хотелось кричать. Он соскочил с палатей и выглянул в окно.
Единственными звуками в саду было чириканье синиц. Взяв ведра, Игорь пошел искать колодец. Когда он накручивал на валик цепочку, поднимая ведро с водой, за спиной раздался хлопок. Вздрогнув, он обернулся, ведро полетело в низ, а ветер с силой распахнул дверь пустого дома на против.
Побродив по саду, разглядывая несколько метров единственной в деревне вскопанной земли, наконец заметил на краю улицы старого Талгата. В одной руке он нес за шею убитую птицу, а в другой был темный металлический лук.
– Гостинец несу.
– улыбнулся старик.
– Откуда это у вас?
– Игорь наклонился и бережно взял из рук Талгата серповидный легкий предмет с натянутой леской.
– Лук - то? А вот, где вы город нашли, я еще долго потом копался. Лук нашел, кружку нашел, стрелы тоже потом нашел.
Пока, что-то напевая себе на башкирском языке, на крыльце Талгат ощипывал птицу, Игорь рассматривал отчеканенные на древке изображения животных. Мелко были выбиты и руны, они показались очень знакомыми.
– Вы знаете, что ему цены нет?
– Спросил Игорь у вошедшего в избу Талгата.
– Знаю. Если б я его тогда не нашел, давно бы умер.
– А почему вы не уехали из деревни, как все?
– Зачем?
– Мрачно спросил старик, тяжело присаживаясь на кровать, - Жена моя здесь лежит, сын тоже. Куда я поеду?
Игорь бережно отложил лук и пошел за сковородкой.
– А где твоя жена, как твой сын?
– Не знаю. Мы давно не живем вместе. А сын... умер.
– Умер? И ты оставил его мать?
– Да нет.
– Игорь поморщился.
– Как включается плитка - Я сам!
Хозяин воткнул вилку с оголенным проводом в розетку и поставил сковородку на проржавевший блин старой
– Я развелся с ней раньше. А у Гошки был порок сердца.
Она говорила мне: ему нужны были дорогие лекарства, Крым.
А мне нужен был институт, экспедиции. Она все: деньги, деньги! И я ушел. А Гошка умер.
В сковородке зашипела утка.
Спустя три дня московский пассажирский поезд привез в "Янаул" долговязого. Он бодро зашагал к автобусам. На предъявление удостоверения и фотокарточки Игоря, все кондуктора пожимали плечами. Долговязый походил и между частниками, но разыскиваемого никто вспомнить не смог. В местном отделении милиции к нему отнеслись холодно, вяло обещали посодействовать, но человека в черной ковбойской шляпе никто не видел. Все было бы бесполезно, если б долговязого не посетила бы мысль заглянуть в местный краеведческий музей. Пожилая русская женщина одновременно являющаяся кассиром, директором и экскурсоводом, с охотой согласилась с ним побеседовать в абсолютно не посещаемом музее.
– Меня интересует один вопрос. Где здесь когда-либо были археологические раскопки?
Женщина задумчиво посмотрела на экспонаты, поправила и без того прилизанные волосы и с сомнением покачала головой.
– Как таковых, археологических раскопок здесь никто не производил уже давно. Лет десять назад приезжали студенты из Москвы, что-то искали...
– Где? Где они были?
– Не помню. На территории одной старой деревни. Там когда-то находилась стоянка кочевников. Кстати они подарили нам что-то... В хранилище надо посмотреть. Там и название деревни записано.
Однако в эту деревню ни один автобус не ходил. Не один частник туда дороги не знал. Так что вечером долговязому пришлось подыскивать себе ночлег. Гостиницы там не было.
Дежурный с вокзала посоветовал ему один татарский дом.
Содрав с заезжего московского гостя изрядную сумму, ему постелили на скрипучей тахте в маленькой комнатке, похожей на чуланчик.
– Макаронами с мясом ужинать будите?
– Буду. А может, вы знаете где Рахимовка?
– Брат знает. Но бензин дорогой.
Утром Игоря разбудил странныйзвук. Солнце вовсю светило сквозь грязное окно и старого Талгата в избе конечно уже не было. Прислушавшись, Игорь догадался, что это приближается машина. Быстро натянув брюки и рубашку, он носом прилип к стеклу. Уже ставший непривычным шум нарастал. Игорь вдруг кинулся к своей сумке под кроватью, и вынул из нее скрученный газетный рулон. Взглянув в окно увидел знакомый уазик. Хлопнула дверца. Сквозь цветущие ветки яблонь показалась фигура долговязого. Игорь одним прыжком оказался в кухне и выбежал на задний двор.