Шрифт:
Светлана КОРОЛЕВА
МАСОНЫ
Часть 1
Часов шесть вечера. Начало марта. Еще светло. Из открытых дверей цехов мясокомбината к проходной потихоньку потянулись рабочие. Андрюха размашисто шагал со своим новым напарником. На проходной, он как абсолютно свой, пожал руку охраннику, представив ему новенького, перекинулся парой фраз с вахтерами и направился к стоявшей вдалеке коммерческой палатке.
– Ну что, по пиву? За последнюю пятницу месяца!
Они взяли четыре "девятых балтики".
–
– Да мне по барабану!
– Что, вообще не пойдешь?
– Да нет. Жена, конечно, все равно утащит. Просто я плевать хотел... Андрюха уверенным движением открыл бутылки, зацепив их крышками, друг об друга.
– А тебе все это надо?
– Да нет. Просто в газетах пишут...
– Да ты еще и газеты читаешь?
Парни развеселились, возбужденными голосами привлекая внимание редких прохожих на этой , задвинутой части города.
Через час, не спеша, они пошли по направлению к метро. Там расстались. Новенький нырнул в душную толчею подземки, а Андрюха влез в битком набитый троллейбус. По мере его приближения к окраине пассажиров становилось все меньше.
Андрюха обратил внимание на троих пьяных парней, повисших на поручне над сорокалетним мужчиной в кожаном плаще и в большой кожаной шляпе, типа ковбойской.
– Слышь, шляпа! Ты шляпу сними!
Мужчина сидел у окна, с досадой поглядывая на гогочущих над ним ребят. Затем он что-то тихо сказал. Один из парней схватил его за грудки, "шляпа" попытался отбросить его от себя, и они сцепились.
– Давай выйдем мужик, а? Давай!
На следующей же остановке матерясь на весь салон, они вышли. Андрюха встал, потянулся и не спеша тоже покинул троллейбус.
– Э, мужики! Слышь, это же непорядок! Что вы трое на одного?
Фонари над остановкой не горели, и в сгустившихся сумерках он не мог разглядеть их лиц.
– Тебе что надо? Вали отсюда!
Андрюха вздохнул и с удовольствием врезал по лицу ближнего к нему парня. Тот упал. На Андрюху кинулся второй, а "шляпа" разбирался с третьим. Через несколько минут, пропустив один удар в скулу, Андрюха с "шляпой" уложили на асфальт всех троих. Он потирал сбитые костяшки кулака, глядя как "шляпа" набрав в носовой платок грязного талого снега, приложил его к разбитому носу.
– Игорь.
– Он протянул ему испачканную в крови ладонь.
– Андрей.
– Пошли. Ты чего влез? Вообще, спасибо. Помог.
– Да я не знаю. Может зайдем?
– Андрюха кивнул в сторону светящегося стеклянного магазинчика.
– Угощаю.
– Игорь достал купюру, заказал бутылку водки, два пластиковых стаканчика и шоколадку. Андрюха наконец разглядел своего неожиданного знакомого. Это был невысокий худощавый мужчина с мелкими чертами лица. Они поговорили не о чем, узнав только, что оба живут в одном районе, здесь, недалеко друг от друга, и вскоре
Андрюха скорчив недовольную гримасу, открыл дверь своим ключом. В коридор выскочила его жена.
– Ну и где ты был?
– Бигуди при каждом выкрике подпрыгивали на ее голове.
– Пил?! Как я устала от этих пьянок!
– Не ори! Дочь разбудишь!
– Вспомнил о дочери! Сначала шляется неизвестно где!
– Хватит! Дай лучше поесть! Я с работы пришел!
Сверкнув развевающимся халатом, она хлопнула дверью комнаты. Заплакал ребенок.
Утром, проснувшись, жена чмокнула Андрюху в щетину и вдруг резко отвернула его голову в сторону.
– Откуда синяк? Подрался вчера с пьяну?
– Да не пьяный я был! Ты же видела! Просто на мужика одного трое напали. Ну, я вмешался.
– Голову тебе когда-нибудь оторвут! Вечно ты лезешь!
Вмешался... Как напьется, давай мышцами играть!
– Хорош, а? Надоело! Знала за кого выходила!
– Андрюха вскочил с постели и в трусах прошлепал на кухню.
Жена появилась следом, поставила на огонь чайник. Анрюха, прислонившись губами к крану, засасывал в себя холодную воду. Отфыркиваясь, пригоршню воды бросил в жену.
– Ах ты, зараза!
– Она погналась за ним, смеясь, а Андрюха, подскальзывая на мокром линолеуме, метался по кухне.
– Знаешь, мужик этот вчера, ну за которого я вступился, странный такой. Не как все какой-то.
– Дурилка ты.
– Жена ласково потрепала его торчащие в разные стороны вихры. Андрюха обнял ее.
– Не, серьезно. У него, между прочим, на мизинце ноготь как у тебя длиннющий.
– И что, только на одном пальце?
– Ага. А остальные - короткие.
– На какой руке?
Андрюха слегка отстранил жену, примеряя на себе , как при разговоре махал руками его новый знакомый и определил:
– На левой! Точно! А то бы он на правой в кровь ладонь бы себе проколол. А так, на левой, только вмятина, как пальцы сгибает.
– Ну, надо же.
– Жена вновь обняла его за шею. В другой комнате завозился ребенок и позвал маму. Она поспешила туда.
– А чего?
– Андрюха пошел за ней.
– Проснулась моя маленькая! Давай одеваться. По-моему нам в училище рассказывали... Подай колготки. Что у Пушкина...
– Папа!
– Я здесь, мой котенок.
– Он чмокнул девочку в щеку и взял на руки.
– И чего у него?
– У Пушкина тоже был один длинный ноготь на левом мизинце и это был... Кушать будешь? Папа, веди умываться, а я пойду завтрак готовить.
Он принес из ванной в кухню заспанную дочурку и посадил на стульчик.
– Ну и чего это было?
– Где?
– Жена обернулась к нему от плиты, помешивая в кастрюле.
– Ну, у Пушкина, ноготь.
– А! Это был символ принадлежности к масонской ложе.