Маска
Шрифт:
Ого… Им-то нафига этот говнопарад?
— Как вы собираетесь "целую" группу, — ага, пять человек. Целая группа! — заставить посещать все репетиции? Они все работающие люди!
Поражаясь градусу идиотизма нашего с деканом разговора, я откашлялась и непонимающе опустила уголки губ.
— Так у нас с ними уговор, — он игриво мне подмигнул. — Студенты посещают все репетиции и бал, а вы им — автоматы.
Глава 5 «Поспорьте со мной»
С горя я закрылась на кафедре и принялась ненавистно впихивать за щёки
— Дурацкий Александр Вадимович! — унизил меня перед моей же группой. Бессильно облокотившись на спинку стула, я поняла, что у меня нет подходящего слова, чтобы обозвать декана. Поэтому… — Вот же… За моей спиной! Сволочь!
Только Вилка Сергеевна не безвольная собачка на коротком поводке! Не-е-ет! Вилка Сергеевна — неудержимый доберман-убийца! Вы на меня кинологов не оберетесь!
В отражении маленького настолько зеркальца я увидела себя с набитыми щеками и испачканным в вишневом варенье ртом. Ну что это за лохмы? Волнистые немытые волосы уныло лежали на плечах, любопытный нос грустно смотрел в сторону пола. Я оскалилась красными зубами, как гончая, но поперхнулась.
Внешний вид не внушал ужаса — только жалость. Я быстрее облизала передние зубы, благодаря которым всю школу слыла крольчихой. Пальцами убрала с уголков своего большого рта остатки варенья.
Не ценила я старый график, возмущалась. Не удивлюсь, если вчера, когда декан поставил нас в известность, что вписал меня в организаторы, он всего лишь зондировал почву. И в итоге включил меня только сегодня… Эх, нужно было бодаться до последнего!
Мама всегда говорила, что мне стоит поменьше скандалить. И порой я со своим опасным, взрывным характером оказывалась втянута в такую невыносимо нудную чепуху, что тут же начинала жалеть, что почему-то не высказалась. Да мне опасно было терпеть! Я же могла захлебнуться собственным ядом!
Нужно выпустить пар на магах!.. Я нашла себя с этой мыслю, с пустым пакетом из-под выпечки, который мои руки безжалостно теребили, и поняла, что за фантазиями укокошить Александра Вадимовича слишком незаметно пролетел почти час. Вскочив на ноги, я пригладила набитый живот под длинными оборками светлого пиджака, глубоко вздохнула и кинулась исполнять свои обязанности.
Мы ещё посмотрим, какой автомат вы получите! Молитесь, чтобы не семь-шестьдесят второго калибра. И ведь знали же, хитрюги, с самого утра, знали и не сказали мне!
Я промаршировала по коридору на второй этаж и ворвалась в аудиторию, смахнув с лица взъерошенные волосы.
— О, Виолетта Сергеевна…
На чем мы там остановились…
— Степанов, ответ!
Медленно осмотрев каждого стушевавшегося студента, что предательски промолчал в начале пары про обещанный деканом автомат, я заключила, что моя мстя ещё проявится самым неожиданным и лютым способом.
— Быстрее! — я гаркнула на копошащегося парня, сгребающего в кучку свои исписанные задрожавшие листочки. Вроде пятый год пошёл, а уверенности не прибавилось? Сейчас повеселимся…
Молчал бы побольше — может, поменьше получал в тык. Под сочувственную Тёмику тишину я
Типовые динамические звенья элементов систем… Разложение функции в ряду Маклорена. Производная n-порядка в точке линеаризации… Хм. Ну надо же! А Иришка чего-то могёт! Нормальные расчеты что ли…
С пару минут я изучала работу подруги, а когда подняла взгляд на не находящего себе места высоченного Тёмика, приползшего к доске и ковыряющего ладони, даже позволила себе улыбнуться. Прекрасное зрелище — студенты, как жуки в навозе, добывают знания.
Дорогие друзья, с вами «В мире животных».
— Ну! Тёмик! Заводи шарманку!
Он глубоко вздохнул, а я чуть злорадно не расхохоталась. Многообещающе…
— Кхм… Динамические свойства элементов системы можно описать передаточными функциями типовых звеньев. Изучение динамических систем обычно начинают с…
Степанов заметил мой показной недовольный взгляд и постарался не тормозить, но я всё же его прервала. Компания девочек, отсиживающаяся в глубине аудитории, захихикала.
— Ты ещё с Крещения Всея Руси начни, — наверное, он замёрз, раз его язык перестал волочиться. Я глянула на часы, резко отсчитывающие минуты до начала перерыва. Пришлось «намекнуть» в лоб.
— Пример расчета, пожалуйста.
Тёмику не нужно было что-то мне говорить. На его скривившимся лице и без помощи лишних слов зияло: «вы о таком не предупреждали». Ну, конечно! Я же не дура, портить себе бесплатный концерт. Степанов смутился, начал растирать одной выдающей волнение рукой свои краснеющие щеки и ерошить волосы. Я практически отвлеклась от череды утренних недоразумений. Студенческая растерянность — всё равно, что детская непосредственность — такое умилительное явление!
Ну вот, он слишком скоро собрался, лишая меня удовольствия лицезреть мыслительные потуги.
— Хорошо… Составим характеристическое уравнение системы… По выражению, — парень взялся за мел, а я наигранно удивилась, опустив уголки губ и бросив на студенток, слишком буйно радующихся спасению в лице Степанова, озадаченный взгляд.
За моей спиной послышались торопливые постукивания по доске и скрежет мела.
Скоро второкурсники… Господи-Боже, пресветейший Эдисон Томас, сделай так, чтобы эти десять минут не заканчивались подольше.
Я надменно обернулась к быстро разрастающимся расчетам и принялась проверять.
Ка на скобку один минус гамма на тэ на омега… Почленно разделил числитель. В знаменателе сумма: один и тэ в квадрате… Попался!
— Что за безобразие у тебя там в первой строчке… Ошибся, но дальше верно. Исправь, пока эти дурашки не списали, — я недовольно вздохнула, когда на парты звонко попадали ручки, и отвернулась к окну. Все-таки никакого удовлетворения с магами… Всего лишь опечатка.
На улице было уже светло, но слегка пасмурно, и валила метель. Снег ошмётками сталкивался со стеклом и стекал в таяющую кучу на подоконнике. Поэтично — точно также, как безобразные перемены в моем расписании!