Маска
Шрифт:
Ничего не могла поделать со своим штормившим настроением.
— Кхм… У меня нет ошибок… — хе-хе, Тёмик решил меня развеселить. Я резво обернулась к доске.
— Не надо так низко падать в моих глазах. Математика, восьмой класс.
Нет ничего более бесячего, чем бесконечное перечисление школьной программы. Обожаю!
— Виолетта Сергеевна, у нас математика была последний раз четыре года назад… — пожалуйся мне ещё! Сапожник без сапог! Маг без матана! В техническом-то университете.
— Ты меня заинтриговал. А как ты решил
— Так я не решал… Я запомнил просто пример, который вы дали.
Апина с подружкой заулюлюкали от смеха. Да я и сама бы расхохоталась, если не отсутствие стабильного настроения. Поэтому я просто проморгалась и, цокнув, закатила глаза.
Нда… И этих людей я сегодня называла своими друзьями.
— Не найдёшь ошибку — дам доп вопрос на экзамене, — мне излишняя откровенность, что тряхнуть тряпочкой у морды быка.
— У меня нет ошибок, — девушек прорвало на смех в голос. Ты что же, Тёмик, раздраконить решил Вилку Сергеевну окончательно? Только от бессилия перед личными проблемами я почему-то не злилась, а с плохо скрываемым удовольствием отвечала на провокации. Ну что ты там задумал, проныра… — Всё написано, как в лекции. Хотите, поспорим?
Я всё-таки не выдержала и ехидно оскалилась.
— Горишь желанием снова стоять в очередях в буфете? — однажды, он мне уже проиграл и целый семестр исполнял роль доставщика пирожков на кафедру. — Я-то не против, только «за».
— В этот раз я вам буду загадывать желание, Виолетта Сергеевна! Поспорьте со мной! — Белобрысый Тёмик гордо задрал подбородок. Лучше бы так уверено отвечал у доски, как торговался.
А он, однако, обнаглел. Перед тем, как парень вышел отвечать, я проверила бумажки, всё было написано верно. Да и как можно не знать элементарные правила раскрытия скобок. В конце этого семестра Степанову можно будет проставить в трудовую книжку годовой стаж доставщика!
— Спорим! Я дама прожорливая. Могу и на маленьких перерывах проголодаться.
Тёмик метнулся к моему столу и принялся шуршать листками распечатанной лекции. Ну-ну…
— Щас я… Щас… Подождите… Четвёртая страница! Во-о-от, смотрите…
Мне вдруг приспичило вальяжно развалиться на стуле, чтобы студент поутруждался демонстрировать мне мои же лекции. Ничем хорошим это для него не закончится.
— Видите? У вас так и написано, как я выучил… Один в один!
Степанов вынудил мои глаза поднапрячься. Я сощурилась и принялась вникать в уравнение, что он взволновано мне обрисовывал пальцем, перепачканном в мелу. Один и тэ в квадрате в знаменателе. Омега потерялась. Хм, действительно, опечатка. Иришка, наверное, уже десятый сон видела на этом моменте.
— Отлично! Наш мастер Цзы перекопировал все иероглифы с лекции на доску и нашёл опечатку, — ну, ещё немного похихикайте и хватит. — К следующему занятию расскажете мне, где она, раз он не знает.
— И всё? — всполошившийся Тёмик беспомощно затыкал пальцем в то
— Могу ещё дифференциалы на дом задать, — я с полной серьезностью посмотрела на него, высокого, так получилось, что исподлобья.
— Виолетта Сергеевна, вы проиграли наш спор! Я же сказал, что написал всё, как в вашей лекции…
В «вашей» — так резануло. И вовсе она не моя… Она приемная.
— Степанов, но ошибка-то есть, значит, это ты проиграл, — ну нет, дружок! Не выйдет обыграть меня в понятия. Я не могу поддаться человеку, который прилюдно совершил математический каминг-аут.
— А-я-яй, Виолетта Сергеевна… Здесь столько свидетелей, — да что за прикол у вас с деканом преувеличивать количество людей в этой группе… — А как же честь и благородство? А как же слово настоящего преподавателя?
С моего лица резво стерлась улыбочка. Я приняла деловой вид женщины на базаре, потому что готова была отчаянно торговаться прямо на глазах притаившихся «свидетелей».
— Не обижай меня, Степанов, — хорошо. Я самонадеянно положилась на Иришку, потеряв всякую бдительность. И она поднасрала мне прямо в частотную характеристику апериодического звена! Стараясь сокрушаться менее заметно, я неразборчиво пробубнила. — Загадывай своё желание… Но помни — автоматы вам не светят!
Студентики расстроено замерли. Что поделать — работа у меня такая, людей делать грустными. Люблю свою работу… Оценили бы хоть, что Вилка держит своё слово!
— Это точно по правилам? — сейчас договорится у меня Тёмик и будет самым званным гостем на пересдачах.
— Конечно, по правилам! Я — ваш экзаменатор! — самый подходящий момент озвучить свою точку зрения, считаю. Целый час ее оттачивала на кафедре! — Этим утром я переговорила с Александром Вадимовичем. Автоматов не будет, — моё личное коварно-волевое решение. Сюрприз! — Но есть и хорошие новости для вас. Я никого не держу. Можете уходить на репетиции, когда вам угодно… — ох, если бы все было так просто, ребятки. — Да и в принципе, можете не приходить на занятия, кто же вас здесь держит?
Бедняжки, замерли. Думаю, ничего страшного не случится, если на одну из репетиций пара человек припоздает по причине, между прочим, учёбы! Степанов начал терзать губешки.
— Я же вам не нянька, чтобы контролировать! За ручку приводить в аудиторию, на бал, — хреновая из меня крёстная фея. — Единственное, что я могу — это проводить занятия по расписанию, до восьми часов вечера. Как положено! И, возможно, записывать себе на подкорочку, насколько уважительно вы относитесь к моей дисциплине. Вот… А так да, проси желание, Акела. Смотри, не промахнись…
Рискни, Тёмик. Самой интересно, на что ты способен!
Довольная своим безапелляционным решением по выходу из ситуации, я даже не сразу осознала, что проиграла спор. В любом случае, такого больше не повторится… А уж одно жалкое желание я исполню для находчивого мага.