Марш Обреченных. Финал

Климовской Вадим

Бойцы остановились в пяти метрах от него, кто-то из воинов Орзанна пинком вытолкал побелевшего, избитого в изодранной форме Ложича на середину "сцены".

Аршит двумя шагами навис над главным неприятелем, скорее нет, одним из главных душегубов племени странников.

От его взгляда Ложич затрепетал, сжался на потрескавшемся песке. Ийлют поднял взор, обвел им примолкших воинов твердо и неприступно. От него ожидали многого, но в первую очередь — правосудия. Не ошибись, Аршит!

Зрачки Аршита в те роковые минуты подернулись жаром, увидели все: и заляпанные кровью и застывшей смолой стены, и почерневшие от гари и копоти перекрытия подъемников и баррикадных лестниц. И не захороненные, распростертые, подвернутые на стенах трупы дайкин и соплеменников. И опрокинутые, накренившие

на бок чаны с полуостывшим и коптящим маслом и смолой. Древки стрел и болтов. Разбросанное по песку оружие, оборванная сбруя и пожарища, не дотушенные и чадящие. Караулка, со сбитой крышей. Но самое главное, лица! Гримасы и еще раз гримасы! Застывшие портреты захватчиков и победителей. Захватчики-побежденные и захватчики-победители. Нас не судят — мы забираем свое. Мы не несем флаги племен до поражения, до глубин континента с жаждой наживы и захвата земель. Нет! Мы пришли лишь вернуть свое. Жить на родной земле. И больше никогда, ни под каким предлогом, ее не терять!

Итак, здесь все всем ясно?

Для полной всеобщей неожиданности, он развернулся к трепещущим оборонцам и на человеческом языке приказал:

— Убирайтесь прочь! Вам дан шанс уйти живыми, и не говорите потом, что у харзов черствые сердца и нет совести. Вон! Выметайтесь из нашей земли! — дикая ярость клокотала в нем мощным потоком.

Ручейком, затем целой рекой потекла людская масса к губернаторской резиденции, через парк и клумбы, мимо распахнутых дверей и безлюдных окон. Река текла к Лафиму, боясь даже подумать о приливной волне.

Аршит скривился: чем они лучше нас? Сейчас абсолютно ни чем.

Возня у ног, он неторопливо меняет свой интерес — на карачках Ложич пытается догнать исчезающее русло сородичей. А куда это мы?

Аршит резво опускает подошву сапога на согбенную спину губернатору.

— Далеко ли собрались, Ложич? — на человеческом спросил он.

— Та-ак ведь…

— Вас мы не в силах отпустить не попрощавшись. Без почестей и наград. Столько усилий… сопротивлений. Посмотрите, Ложич, что вы натворили! Встаньте, распахните пошире свои глазенки! Оглянитесь вокруг! Мы предлагали вам добровольно сдать город? Предлагали. Чего вы пожелали взамен? Боя? Бойню? И вы думаете после всего содеянного уйти без поощрения своих жалких колебаний?

— Мне… меня прину-у… при…

— Трескотня пожарищ.

— Да бросьте, вы думали выстоять, правда? Не врите нам.

Невразумительное покачивание головы и плеч.

— Рфуч! Балайз! — Аршит принял решение. — Во-он тот чан со смолой еще не остыл? Искупайте господина Ложича перед дорогой, он торопится покинуть наш город! Действуйте!

— Не-ет! Не-е… Не-е-е-ет!! — дико заорал губернатор Нильфа, кидаясь в лапах харзов, тащивших его к котлу.

Ийлют мерзко сплюнул в песок. Гаденыш!

С взрывным всплеском, Ложича бросили в кипящий чан. Вельможа с головой погрузился в вязкую массу, конвульсивное шевеление — и все!

— Грима и Тольфа не нашли?

— Повеселись, — с торжественностью выпалил Орзанн.

— На одной петле?

— Нет, на одной люстре.

Тоже неплохо.

Аршит радостно потряс над головой ятаганом и закричал.

— С этого мига земля Нильфа принадлежит странникам, во имя Шиарра! Во славу Шиарра!

И многотысячная накатывающая армия пустыни сотрясла стены города восторженными ревами:

— Шиарр! Шиарр! Шиарр!

А Орзанн и за ним все командиры подхватили:

— Да здравствует Шиарр! Да здравствует вождь Ийлют!

— Вождь Ийлют! Ийлют!!

— Вождь Ийлют!!!

* * *

Флавесс с той секунды ни разу не отошла от окна. Все ее внимание приковано к темно-багровому полотну. За весь разговор в кабинете Дерлина она два раза выдавила из себя малозначительные фразы, хотя хон Тольенн ждал от нее большего, к примеру, профессионального мнения относительно природы аномалии или предположения дальнейших развитий событий в долине? Ничего подобного на совещании не произошло. Закутанная в плащ фигура эльфонессы ни разу не сдвинулась с места, не подошла к столу и не познакомилась с полевыми офицерами. Могла бы конечно представится Рихартьенну со'Видчику. Ноль

эмоций. На лице начальника форта остался легкий осадок обиды, он не привык к такого рода обращениям, но Дерлин ничего не смог поделать, в заданной обстоятельствами миссии он вынужден выбирать позицию дисциплинированного поручителя и от королевского двора Альрина, вести изгоев Черного оврага на полигон сражений. Цель миссии хон Тольенн успел за время совещания озвучить дважды: искоренить внезорганскую субстанцию, а именно туман, с территории земель долины Грэг, благополучно провести исследования, полностью утвердиться в том, что аномалия нейтрализована, подготовить, после чего подробнейшие отчеты выполненных работ и вернуться с изгоями во дворец. Казалось бы, ничего страшного и трудного, но граф хон Тольенн уже чувствовал нависшую над фортом и окружающими землями прямую и явную угрозу. Она впиталась в сам воздух. Она задувала каждый раз в открывающую дверь сквозняком. Она неслась с эпицентра багрового пятна сухим, настырным ветром и заставляла эльфов прятаться в казарме и за стенами форта. Ничего хорошего такие предчувствия не предвещали — ничего, а конкретнее сказать и невозможно, и оно не думало по доброй воле покидать Зорган, цеплялось за пологий ландшафт долины когтистыми, цепкими лапами. Дерлин глубоко, в подсознании, переживал, чтобы ситуация на рубеже не ухудшилась и не пришлось вызывать из Черного Дворца подкреплений. Ко времени завязки совещания со'Видчик, так ничего толком и не смог объяснить, по какой причине и в силу чего поднялся нестерпимый ветер, и когда прекратится экспансия тумана? Анализы не разборчивы и маловерные. Нечему и верить.

В конце концов, Дерлин отпустил офицеров и остался решать проблемы форта в окружении начальника укрепления и безмолвной Флавесс. Больше в кабинете ему никто не понадобился. Со времени его отлучки и возвращения в пустошь Ракона полевой штаб ни на йоту не сдвинулся с места, в решении глобальных задач. Естественно от таких скудных данных, его величество король Берхат Альрин вряд ли придет в восхищение. Могут и полететь чьи-то головы? Дерлин на секунду задумался, кого первым покарает Альрин в халатной безответственности? Может подставить под удар со'Видчика? От помощника Ульенна все равно мало толку? Или попытаться повернуть работу в другое русло? Подключить… бывших смертников?

— Ветер поднялся и усилился с эпицентра аномалии. Мы брали пробы, но, к сожалению, пока ничего вразумительного. Субстанция не подается анализу, а субъективные исследования ни к чему не приводят… — со'Видчик понизил тон, сбился на слове, когда заметил, что внимание хон Тольенна сосредоточено на изваянии у окна. Флавесс за все время дискуссий в кабинете ни разу даже не пошевелилась. О чем она вообще думает?

— Продолжайте, начальник, — спокойно потребовал граф и начальник Рунического отдела.

— Гм. Должен сообщить, господин граф, что мы огорчены еще одним немаловажным фактом…

— Боюсь спросить каким?

— Стали заметны в клубах тумана… э-э-э… как бы это так выразиться… нечеткие перемещения совершено неизвестных существ. Я бы даже предположил — созданий абсолютно чуждым природе Зоргана. То заключение, выдвинутое эльфарами Эбриссом и Гильеном, должен сказать, подтвердилось: темно-багровый туман и все что с ним связано — принадлежит Призрачному миру. И мы побаиваемся того, что эта напасть может в любой момент обрушиться на нас или того хуже… начать поглощать окружающий мир с прожорливостью граков. До сих дней активности особой не наблюдалось, но за последние дни… не надо смотреть на те отчеты и анализы — это рхаа. Воздух Призрачного мира! А существа, что порой мелькают в его клубах — порождения мертвого континуума.

— Смелое заявление, со'Видчик. — Дерлин сосредоточен и спокойно видит тревогу помощника. — Надеюсь, вы не предлагаете мне бросить пост и искать помощи у короля?

Рихартьенн побледнел.

— Ладно, успокойся! Итак, я понял, что ты ничего не придумал существенного, за мое отсутствие, верно?

Эльфар криво дернул уголками губ.

— А что тут, милсдарь граф, можно придумать? Атаковать рхаа саблями или магией мне кажется сверхразумного…

— То есть глупо?

Рихартьенн тут же поправился.