Марш Обреченных. Финал
Шрифт:
Слова генерала басовитым эхом разнеслись по площади, сорвав в полет с остроконечной башенки церквушки стаю варханов. Хлопанье крыльев и вредное уханье им на головы с верху. Это случаем не совет? Или приговор?
— А как вы, Луи, считаете, можно Лаутскому и Розанну доверять? — пошел на обманный ход Важич.
Проклятущий ветер! Затрепал тройкой скелетов и безногим полуостанком.
— Хорвут осмелился выступить против Земана и Халоута без ихней помощи и поддержки… — пауза, граф Луи Вирк закашлялся от ветра, а может, соображая, что лучше добавить, — с этого момента можно сделать верный вывод: он тоже не доверяет никому, в том числе хорошо
— Та же возня с землей! — Буркнул, щурясь от мороза, полковник сир Стоуч, ему совсем надоело гарцевание на ветру в седле, но его милость Важич Альвинский пока еще не давал приказов спешиться.
— Возможно…
— В целом вы правы, граф, но как объяснить вот это? — и герцог твердо указал на скакавшие под порывами человеческие останки.
Луи Вирк смолчал, помрачнел, поправил шапку и тихо, наконец, прокомментировал:
— Сейчас на дороге прорва разбойников. От них одна управа — карательные меры, иначе гадов ничем не образумишь. В прошлом году сколотилось аж три банды, пугали весь тракт от Фарума до Рябок, еле с ними разобрались. Пока…
Его оборвал подоспевший разнобойный конский топот, эскорт с рыцарского замка Лаутского приостановился, до сих пор не поверив, кто перед ним мрачнее тучи, герцог Альвинский был сам не похож на себя. Самый старший из свиты эскорта поравнялся с кортежем владыки севера, миновал оруженосцев и гвардейцев охраны, подъехал к его милости. Альвинский пристально оценивал сухощавого, сорокалетнего мужа, пока тот не спешился и не преклонил перед ним головы, затем покинула сёдла и вся свита эскорта, преклонив колени.
— Встаньте верноподданные! Ответьте, господа, кто нынче правит Свитром? Часом не рыцари сир Генрик Лаутский и сир Марчек Розанн? — вкрадчиво полюбопытствовал некоронованный монарх.
Под порывами севера кости висельников заколотились яростней, по лицам новоприбывших господ промелькнула мрачная хмурь.
— Ваша милость, как только вестовой доложил о вашем приезде, мы незамедлительно выехали вам навстречу…
— Так почему меня не встречают, сир Лаутский и Розанн? — резко перебил владыка Мейдрина.
— А-а-а… в разъездах они!..
— А если быть точнее?
— Ваша милость, волки третьи сутки трепают хозяйственные угодья, вот хозяева и засуетились, егерей созвали со всей округи. Хуторов. Да на травлю поднарядились. Зверь совсем обнаглел в сараи средь бела дня начал забираться… Коров, овец, кур щиплет…
— М-м… щиплет, — промежду прочим повторил генерал сир Стоуч, зыркая по холеным, наглым рожам. Бандюжники одни!
— Ясно. И когда прибудут? — оборвал треп государь.
— К вечеру.
— Так-так, — Важич смерил стюарда долгим взором, хапужник, на лице так и написано. Ладно, Аллон с ними! — Тебя как кличут, мил человек?
— Элмонт.
— Вот что, Элмонт, а расскажи-ка нам, Элмонт, что это тут у вас, за местная достопримечательность на суку болтается, а?
Стюард быстро побледнел и местами позеленел.
— К-какая? В-ваш мило-ость…
— В смысле какая?! Вон та!! — герцог перчаткой тыкнул на скелеты, от его крика вороны взметнулись в небо, а гвардейцы выдвинулись в первые ряды.
— Так… та-ак… эти-ж рец… реци… рецевисты… рецедев-сты…
— Чего?! — Брови Важича сомкнулись на переносице.
Генерал-фельдмаршал с графами в один голос хмыкнули.
— Ослушники и бунтари, что сколачивали путчи против
— Элмонт, скажи дружище, ты верующий?
— Ве… ве…
— Правильно. Видишь, сколько места на ветвях осталось? Видишь?? — заорал в гневе Альвинский, так что аж эхо раскатилось в застенках покинутой церквушки. В такие минуты его милость никто не осмеливался прерывать, гнев владыки в такие минуты мог обрушиться на любого. В груди Важича все клокотало и бушевало. Паршивцы — орудуют за его спиной!
Элмонт грохнулся в снег и завыл-запричитал.
— Будете болтаться вместе с вашими господинами! — Важич свесился с седла, чтобы Элмонт на полную прочувствовал вселенский гнев.
— Ваша милость!
Кто?! Кто смеет ему перечить?
— Ваша милость, дальнокрыл прилетел!
Герцог Альвинский моментом проглотил резкую реплику, с этим не поспоришь, у рядовых и посыльных своя служба.
Стюард, а вместе с ним вся его свита копошилась в снегу моля о милости, взывая к Аллону, церковь, которому, не в силах за столько лет отстроить. Важич постарался на время от них отрешиться, потерять интерес, обратив внимание на депешу. Гвардейцы и офицеры, мрачные и угрюмые, а что еще поделаешь, в стране полный бардак, в придачу нависла угроза войны.
— От кого почта?
— Из герцогской канцелярии, ваша милость. От нас, — вперед выехал, посторонив графов и баронов представитель в мантии. Магик. Адепт Ордена Северных Магов в его руках письмо. По-настоянию и порядку в крестовом походе герцога Альвинского участвовали не только представители Вельвеллы, но и мейдринской Академии, правда, сейчас послание пришло не от них, а от конкурентов.
Герцог молча протянул руку, кланяясь владыке, аколит вручил свиток и отъехал за спины вельмож. Мелькали недовольные гримасы "академиков" и аристократии. Не секрет, что орденцов, как и храмовников, открыто недолюбливали и "не переваривали" в своих рядах. А за что их, скажите-ка, любить?
Важич сорвал печать, наполнив воздух магической трелью, значит, информация в депеше крайне важна и секретна. Предназначенная сугубо по адресату. Вчитался.
И что тут важного?! Ситуацию с Дальним Севером, то есть со Свергиллем, Верховенство Ордена брало на себя, о судьбе летописца Алькира Черствого, Судейской Главе и герцогской канцелярии больше не стоило беспокоиться, архимаги и тут собирались похлопотать о его верноподданных, чтобы, как они пишут, сильный ум Мейдрина вернулся в столицу в целости и сохранности, с интересующей правительство информацией. Что касалось подозрений и конфликтов с хобгоблинским племенем, Орден постарается и этот вопрос разрешить. О чем с покорнейшей быстротой сообщает. Ну, просто чудесно! Гора с плеч. Стоп! А это еще что?! В самом низу письма две мелкие строчки, написанные впопыхах: отбываю в Молочные Пики в крепость Вельвеллы, есть подозрение, что граф Сермен Коршун вовлечен в союз с бывшим архимагом Лестианом Торманом, князем Лестором. Известие пока не проверено, но в крепости произошел конфликт, есть жертвы. Все остальное узнаете позже. Ниже подпись: заместитель начальника Контроля Сил Сиоз Коронт. И все — конец письма! Важича обдало сперва горячим жаром, а следом, холодным ветряным душем, Аллон пресвятой, что получалось? Снова измена? Теперь его предает Коршун? Верный до косточек Сермен запятнал верой столице и герцогству? Кошмар! Яркие круги перед глазами ото лжи и фальши. Когда закончатся столь гнусные предательства и склоки?