Марш Обреченных. Финал
Шрифт:
Орест Бартольд — мертв!
— Немедленно сообщить об инциденте Бессмертным! — подытожил Сордин, смазывая с лица гарь. — Галаш, мы обязаны лично спустится в Чертог, и переговорить с…
— Аллон пресвятой, глядите-ка, это же!.. — ударник резко опустился на корточки и, сжав рукоять ножа, поднял его с пола.
Галаш взвесил клинок и внимательно оглядел рукоять, ноздри его затрепетали, а глазенки загорелись.
— Аллон спаси и сохрани, на нем эмблема Серой Башни! Да это же оружие Сермена Коршуна! Как оно оказалось в руках колдуньи?
— Может, она выхватила его
— Слушайте, уважаемые!.. — Физиономия Сордина бледнела и заострялась. — А куда это делся Медальон Верховенства с груди Бартольда?..
Его ладони дрожали…
Сердце галопом колотилось, стуча в грудной клетки, словно сотня барабанов. Он преступник! Такой же подонок, как Лестор… Ирэна… и та же, Гвинет. Он обречен на погибель. На карающую, далеко непростую, а мучительную смерть. Они его замордуют. Они его растлят на жертвенном кресте, стоит правде дойти до их понимания, а это совершено стремительное действие… Требующее короткого мгновения.
Звон в ушах — его швыряет на каменные стены, он едва подводится и безумно бежит к лестничным маршам. Два пролета вниз и казематы Ордена. Там! Там! Дожидается невинная жертва и будущая помощница. Спасительница, способная устоять перед навалой и гневом магиков. Она придумает, как уйти от возмездия, убежать из этих лживых и лицемерных стен. Сермен Коршун бежал к камере, в которой была заточена Ирэна. Карательница Ирэна!
На лестнице его заставили юркнуть обратно, приникнуть к темноте коридора и дожидаться, пока четверка подмастерья пробежит мимо. Они еще не знают, что случилось, но уже мчатся на зов, адресованный каждому адепту и аколиту. Затем раскинут плетения и очень быстро, наткнуться на его мечущее по задворкам сознание.
Он нырнул на ступени, сжимаясь под грузом сомнений и упреков, промчался два этажа вниз, впрыгнул в нужный коридор и затих, всматриваясь в магический полумрак. Перед глазами постоянно стояло коченеющее, удивлено-смертельное лицо Бартольда, затухающие, пронзительные лавандовые глаза. Аллон милосердный, сколько же они были вместе? Сколько, казалось бы, провоевали против одних и тех же врагов? И чем все это закончилось? Катаклизмом в центре Ордена? Вот чем!..
В этих коридорах никогда не бывает стражи, а зачем, если камеры охраняемы магией, если…
Мощный встряск зашатал стены Вельвеллы начиная с нижних этажей и заканчивая смотровыми башнями. О Аллон, что это? Неужели гибель Верховного мага могла действительно навлечь катастрофу?
Внезапно граф Коршун задохнулся от догадки, конечно, естественно! Тогда верльвы вырвались из-под контроля Ордена только потому, что Верховный маг Бартольд лежал без чувств и без сознания. И это привело к паники и без контролю над чудовищными существами. Хорошо, а что произойдет теперь, когда?..
Очередной мощный содрог сбивает его с ног. Да теперь точно магикам не до него!
Пальцы нашаривают цепь и медальон — Медальон Верховенства! Действовать! Незамедлительно действовать!
Он по интуиции кидается по темному и извилистому коридору, вздрагивает от каждого шороха и топота сапог. Магики носятся
И вот она, заветная дверь!
Сжимая металл и пропитывая реликвию тонкой струйкой слабой внутренней силы, Сермен сбивает с замка магические оковы и охранные плетения, вламывается в камеру и претворяет за собой дверь. Темнотища обрушилась на него давящим покрывалом, сжимая горло и рот, сбивая на холодный пол.
Он поздно осознает, что всему причина шустрая и молниеносная Ирэна, сковывающая его по рукам и ногам, подминает на полу и угрожающе нависает над ним. Бешено горят во мраке ее глазища.
Сермен пытается вырываться и шипит:
— Бежим! Бежим! Они… они бегут… за мной!
Она молча отпускает его и помогает встать, наверное, мигом обличая в нем вынужденного союзника.
— Вот одежда… оденься.
В темнотищу он бросает мантию, слышит, как рвутся на ней лохмотья, а карательница спокойно и хладнокровно накидывает на себя вражеское одеяние. Машинально отворачивается, хотя понимает, что в кромешной тьме ничего не увидит постыдного, соблазнительного в грязном теле.
— Нам пора выбираться отсюда, но я не знаю как?..
— Порталы, — просто объясняет она ему.
Ну, конечно же, пространственные ямы, как можно было забыть о них?
С максимальной осторожностью они выбрались в коридор, туда, куда они сначала рванули, донеслись яростные шаги и громкие голоса, — метнулись в обратную сторону. Пронесло.
На лестницах хаотическая сумятица и возня — зашевелились! Ирэна хватает его за шкирки и тянет к стене, заталкивая за портьеру, прикрываясь широким на всю стену гербом. От нее разит потом и сотней удушающих нюх запахов. Сермен успевает хватать ртом воздух.
— Заткнись! — строго, но тихо.
Архимаги и охрана рядом, он даже слышит конкретные голоса.
— Дестабилизация магического поля… утрата защитных арканов…Энергетические возмущения в Чертоге Бессмертных… Щитовой спад в артефактных… Верльвы! Сучьи твари, они снова вырвались на свободу!
Ого! Кто это так распинался? Ага, Сордин. Ну и флаг ему в руки!
Отряды магиков неслись вниз, видимо там точно было жарко и скверно. И все это наделал я?
Сермен судорожно содрогнулся, так что почувствовала Ирэна.
— Вперед! Вперед, не отставай!
Бег вверх, в обратную от преследователей сторону, к порталам, надежде.
— Стой! Сюда!
— По-моему порталы выше?
— Дурак! Те охраняются! Сюда! — крепкая ручонка девчонки впихивает его в боковой коридор, абсолютно спрятанный мраком. — Сюда. Давай его мне…
Коршун застыл, разинув ртище: чего давать?
— Медальон! Медальон, давай!
Он безоговорочно вложил в ее ладонь артефакт, она умело его активировала, разрезая обстановку в затхлом коридорчике магическим светом. Каменные стены и пустые факельницы, одинокие, покрытые вековой пылью штандарты. Где это они? Справа, кажись, портьера? А чуть с боку: стержни. Стержни?! Портал!! Спасение!!!