Марина
Шрифт:
— Мария?
Мой голос вернулся ко мне неземным эхом, от которого кровь стыла в жилах. Я решил больше ничего не говорить. Я видел десятки красных точек, которые, словно насекомые, двигались вокруг пруда. Крысы. Спички, которые я зажигал одну за другой, держали их на расстоянии.
Я не был уверен, стоит ли мне продолжать углубляться в туннель. Вдруг вдалеке раздался голос. Я в последний раз взглянул на открытый люк: Флориана не было и в помине. Снова этот голос. Я глубоко вздохнул и стал прокладывать в полумраке маршрут.
Туннель, по которому я шел, напоминал кишечник животного. Внизу
В нескольких метрах над собой я увидел красный грубо нарисованный крест. На стенах были другие похожие кресты. Мне показалось, что внизу под ногами что-то блеснуло, и наклонился, чтобы рассмотреть предмет. Я сразу узнал снимок — то была одна из фотографий, которые мы нашли в альбоме оранжереи. Тут же валялись и другие фотографии, и все они упали из одного места. Некоторые были порваны. В двадцати шагах я увидел то, что осталось от альбома.
Я взял его и пролистал пустые страницы.
Казалось, кто-то искал что-то в этом альбоме, а когда не нашел, в ярости разорвал его на кусочки.
Я находился в помещении, где было что-то вроде перекрестка труб. Подняв голову, я едва успел заметить, как надо мной закрылась крышка другого люка.
Мне показалось, что я увидел решетку. Я приподнял спичку, но поток смрадного воздуха из коллектора погасил пламя. В этот момент раздался странный звук, как будто что-то вязкое медленно ползло по стене. По позвоночнику пробежал холодок. Я в темноте нащупал еще одну спичку и попытался зажечь ее, но ничего не вышло. На этот раз сомнений не было: что-то в туннеле перемещалось, что-то живое. И это были не крысы. Я задыхался. Зловоние этого места перекрывало дыхательные пути. Наконец, спичка в моих пальцах зажглась. Сначала пламя меня ослепило, а потом я увидел, как что-то мчится прямо на меня. Через весь туннель. Неясные фигуры рассредоточились по всей канализации как разбежавшиеся пауки. Из моих дрожащих рук выпала спичка. Я хотел броситься бежать, но все мышцы будто онемели.
Вдруг луч света разрезал тени, и я мельком увидел протянутую мне руку.
— Оскар!
В моем направлении бежал инспектор Флориан. В одной руке у него был фонарь, а в другой — револьвер. Он подбежал и посветил фонарем в каждый темный угол. Мы оба слышали, как страшные силуэты с леденящими душу звуками бегут от лучей света. Флориан держал пистолет наготове.
— Что это было?
Я хотел ответить, но голос мне изменил.
— И какого дьявола ты делаешь тут, внизу?
— Мария… — едва слышно вымолвил я.
— Что?
— Пока я вас ждал, сюда спрыгнула Мария Шелли и…
— Дочь Шелли? — растерянно спросил Флориан. — Здесь?
— Да.
— А Кларет?
— Не знаю. Я шел за ним до сюда…
Флориан внимательно посмотрел на стены вокруг. В конце коридора была закрытая ржавая дверь. Инспектор нахмурил брови и медленно
— Так это здесь нашли тело Сентиса?
Флориан молча кивнул, указывая на противоположный конец туннеля.
— Эта сеть коллекторов тянется до старого рынка в Борне. Сентиса нашли здесь, но тело явно перетаскивали.
— А не здесь находится старая фабрика «Вело Гранелл»?
Флориан снова кивнул.
— А вы не думаете, что кто-то может использовать эти подземные туннели, чтобы перемещаться под городом, между фабрикой и…?
— На, держи фонарь, — перебил меня инспектор. — И вот это.
«Вот этим» оказался револьвер. Я рассматривал его, пока Флориан ломал дверь. Оружие весило больше, чем я думал. Я положил палец на курок и направил на револьвер фонарь. Инспектор бросил на меня убийственный взгляд.
— Осторожней, это тебе не игрушка. Будешь валять дурака — разнесет на куски.
Дверь поддалась. Вонь, потоком хлынувшая изнутри, была неописуемо ужасна. Мы сделали несколько шагов назад, пытаясь одолеть тошноту. Я достал платок и закрыл им рот и нос и отдал Флориану пистолет, а фонарь оставил у себя.
Инспектор пнул ногой дверь и прошел вперед. Воздух внутри был таким тяжелым и вязким, что было удивительно, как там могло быть что-то видно. Флориан взвел курок и двинулся дальше.
— Оставайся здесь, — приказал он.
Я пропустил его приказ мимо ушей и пошел к двери.
— Боже мой!.. — вдруг воскликнул Флориан.
Я почувствовал удушье: сознание не могло справиться с картиной, открывшейся нашим глазам. В темноте на ржавых крюках висели десятки обезображенных тел. На двух столах под ними в беспорядке валялись самые разные детали: металлические ноги, шестеренки, стальные и деревянные механизмы. В стеклянном шкафу стояла целая коллекция флаконов и набор медицинских шприцов, а вся стенка была увешана грязными почерневшими хирургическими инструментами.
— Это еще что? — настороженно пробормотал Флориан.
Тело из дерева и кожи, металла и плоти лежало на столах, словно незаконченная дьявольская игрушка. Это был ребенок с круглыми глазами рептилии и раздвоенным языком, который высовывался между черными губами. На лбу было отчетливо видно клеймо в виде черной бабочки.
— Это его мастерская… Так вот где он их делает… — вырвалось у меня.
В этот момент глаза кошмарной куклы задвигались, а голова повернулась. Внутри что-то защелкало, словно часы при настройке.
Существо в упор смотрело на меня. Оно облизнуло губы раздвоенным языком и улыбнулось нам.
— Уходим отсюда! — сказал Флориан. — Сейчас же!
Мы вернулись в коридор и закрыли за собой дверь. Флориан запыхался, а я не мог вымолвить ни слова. Он взял из моей дрожащей руки фонарь и осмотрел туннель. Тут я увидел, как в луче света сверху упала капля.
И еще одна. И еще. Блестящие капли красного цвета. Кровь. Мы молча переглянулись. Что-то капало с потолка.
Инспектор жестом показал мне, чтобы я отступил на несколько шагов назад, и направил луч света вверх. Я увидел, как его лицо залила мертвенная бледность, а твердая рука задрожала.