Малькольм
Шрифт:
— Профессор Кокс! Ужасный старый… — начала Лорин, но не договорив того, что собиралась сказать, села на высокий стул с прямой спинкой и стала скручивать себе сигарету. Это занятие заняло много времени, потому что руки ее сильно дрожали.
— Профессор Кокс, — снова заговорила Лорин, когда сигарета была скручена, — профессор Кокс погубил Кермита своими идеями. Мы были так счастливы, пока не встретились с ним.
Кермит сардонически рассмеялся в ответ.
— Смейся, сколько тебе вздумается, — Лорин повернулась спиной к мужу и села лицом к Малькольму.
Мы
— Лорин, дорогая, — обратился Кермит к жене, — если ты собираешься читать нам проповеди, мне придется попросить, чтоб ты ушла из гостиной и села с кошками в задней комнате.
— Ты лучше скажи Малькольму, сколько у тебя кошек, — ответила Лорин, — чтобы он представлял себе, куда ты мне приказываешь уйти.
Однако Кермит не произнес ни слова, а только состроил ироническую рожицу Малькольму, который разразился сдавленным гоготом.
— У нас пятнадцать кошек! — провозгласила Лорин трагическим голосом, но скоро сбилась на свой телеграфный порывистый стиль. — Малькольм, вы слышите меня?.. Профессор Кокс — не тот человек, с кем стоит водить знакомство в вашем возрасте. Я же стараюсь вам помочь!
— На каком основании я должен избегать знакомства с мистером Коксом? — поинтересовался Малькольм.
— Блестящее возражение на глупый приказ, — воскликнул Кермит.
— Кермит, ради всего святого, — взмолилась Лорин. — Мне стыдно в этом признаться, но мой муж, — пояснила она, — едва ли лучше профессора Кокса. Я вижу, что вы, Малькольм, еще не испорчены… Во всяком случае, не окончательно, — она изучила мальчика несколько пристальней.
— Благодарю вас, Лорин, — ответил ей Малькольм, и Кермит опять взорвался смехом. Малькольм воспринял смех как комплимент и коротко кивнул лилипуту, а затем перевел все внимание на Лорин.
— Профессор Кокс заставляет людей быть хуже, чем они есть.
— Чепуха, — перебил Кермит. — Он велит людям делать то, что они должны делать и так, без его подсказки; при этом люди вольны быть такими, как им нужно.
— Все свои метафизические мысли Кермит оптом скупает у профессора Кокса, — терпеливо сказала Лорин, глядя на голый деревянный пол.
— В настоящий момент профессор Кокс довольно низкого мнения о Лорин, — проинформировал Кермит Малькольма.
— Низкого? — подхватила Лорин. — Не только обо мне, Кермит, — продолжила она. — Он низкого мнения обо всех. Малькольм, — сказала Лорин, придвинув стул к мальчику, и нежно коснулась его пустой бутоньерки, — знаете, что профессор Кокс предложил мне на прошлой неделе? Это научит вас, какой опасности и риску вы подвергаетесь с ним…
Малькольм покачал головой.
— Но вы слишком молоды, чтобы слышать об этом! — рассудила Лорин. — Так ужасно молоды и неопытны. — Она закрыла глаза рукой. Ее, вероятно, увлекла мысль о неведении Малькольма.
— Не бывает людей слишком молодых! — прокричал Кермит с отвращением. — И где, кстати, мой чай? Я просил у тебя чаю почти час назад, а ты сегодня вечером только и знаешь, что расхаживать взад-вперед и жаловаться на свой женский удел. Если б ты соблюдала свои
— Милый мой, неужели я не принесла тебе чаю? — воскликнула Лорин. — Что бы ни случилось потом, я не допущу укоров, будто я пренебрегаю своим долгом…
Лорин немедленно бросилась к столику, где стоял уже приготовленный чай, и поднесла Кермиту чашку.
— Вы выпьете с Кермитом чашку чая? — спросила Лорин у Малькольма, и когда тот кивнул, принесла ему чашку, такую же, как у мужа, только с трещиной. Малькольм некоторое время рассматривал трещину, прежде чем поднести напиток к губам.
Несколько секунд Малькольм цедил чай с критическим выражением на лице, а затем громогласно спросил:
— Лорин, что вам приказал мистер Кокс?
— Мой драгоценный, — отреагировала Лорин и, подойдя к Малькольму, поцеловала его в щеку.
— Какая нелепая демонстрация наигранного чувства, — крикнул Кермит жене. — Я скажу вам, что ей приказал мистер Кокс, — он тотчас повернулся к Малькольму.
— Позволь мне сказать ему, Кермит, — взмолилась Лорин. — Я хочу, чтобы мальчик все услышал без прикрас.
— Ты дашь мне развлекать моего гостя, как я хочу, или мне снова попросить тебя удалиться в заднюю комнату? — прогрохотал Кермит ей в ответ.
Лорин склонила голову.
— Мы бедны, — начал Кермит дрожащим голосом. Лорин поднесла руки к голове, словно в сцене из зала суда. — Я очень мало зарабатываю своим искусством, — тут он неопределенно указал на многочисленные мольберты, пустые рамы и скульптуры, заполнявшие большую комнату. — Лорин, хоть она и прекрасный стенограф, редко способна удержаться на рабочем месте: ей охота вмешиваться в дела контор, которые ее нанимают. Молчать! — пророкотал Кермит, увидев, что Лорин сделала знак, будто собирается говорить.
— Зная о пристрастиях моей жены, — проговорил Кермит мстительно, — профессор Кокс просто и разумно предложил, чтобы Лорин провела время с некоторыми джентльменами, которые заплатили бы ей за уступчивость их желаниям. Тем более, что Лорин была вполне известна своими услугами, прежде чем внезапно предложила мне вступить с ней в брак.
Лилипут вынул ковбойский платок, вытер рот и принялся рассматривать одно из недорогих колец на указательном пальце.
— Делая предложение, Лорин обещала мне, — продолжил лилипут, — что стоит мне согласиться стать ее мужем и совершить визит в мэрию, как с днями борьбы и лишений будет покончено; я смогу посвятить себя исключительно искусству и достичь, наконец, полного развития и расцвета моих талантов. На деле вышла полная противоположность. После нашего длинного медового выходного в Питсбурге не было ни одного дня, ни одной ночи, когда бы мы не заботились о пище или о прочих необходимых вещах — я не говорю о роскоши — а те небольшие деньги, которые я получил в наследство, она, бестолочь, разбазарила по своей непрактичности! Мне пришлось отдать свои лучшие масляные краски за бесценок!