Маг крови
Шрифт:
— Ещё один, — совсем тихо и зло сказала Маша и сжала кулачки, потом добавила громче. — Дайте ему уже отдохнуть, наконец-то!
Ромка смутился, опустил взгляд в пол и сунул руки в карман.
— Да я тут же всё залечу, обещаю. Лучше новенького будет.
— А сможешь, ведь с самого сливать станешь?
— Смогу, я ещё вчера немного с себя нацедил, — кивнул собеседник. — Двести миллилитров, от тебя нужно будет, ну, сорок-пятьдесят. И вот эти пластины этой смесью пропитать.
Тут он вытащил из правого кармана десяток прямоугольных блестящих
— Ром, я, по-твоему, артефактор? Как я тебе на заказ могу делать амулеты для лечения?
— Нашему пламенеющему мальчику сделал стрелы, которыми теней можно убить, — напомнил он мне.
— Так это другое.
— Вот и проверим.
На пару минут разговор прервался, я елозил ложкой в тарелке с овощами, гость ждал моего ответа.
— Хорошо, попробую, но не раньше, чем через пару дней. И вообще, я отдыхать буду, — сказал я. — А ещё у меня от мутантов кровь лежит со вчерашнего дня в холодильнике, мне её сначала переработать нужно.
— Ну, два дня можно и подождать, — вздохнул целитель и встал из-за стола. — Я тогда через два дня зайду?
— Заходи. Постой, что там с теми ребятами, которые я привёз?
Парень вильнул взглядом, потом покосился на девчонок, у которых на этот раз на лицах был написан интерес, опять вздохнул и произнёс:
— Только никому, хорошо? Меня попросили не распространяться.
— Могила, — заверил я его.
— В общем, я думаю, что это местные жители.
— Местные? — ахнула Машка. — В нашем городе? Откуда?
— Ну, мы мегаполис даже немножко не осмотрели, мало ли, куда и рядом с чем его переместило. Или с другой стороны город местный стоит, вот к нам и наведались за хабаром его жители, — пожал плечами Рома.
— А почему именно местные? Не коллеги Сан Палыча? — поинтересовался я.
— Да у них много шрамов всяких-разных. И все старые. В основном резаные, рубленые и ожоги, несколько от сильных укусов, прямо куски мяса вырваны.
— Ну, может, где-нибудь на работе так пострадали, — неуверенно предположила Маша, — я слышала, что на станках и пальцы отрезает, и руки, и диски ломаются и потом осколки летят всюду.
— Я когда за месяц до переноса почувствовал, что могу лечить просто наложением рук, то изучил кое-какие материалы, посмотрел анатомические атласы по устройству организма, болезни, раны и шрамы. Так что, могу немного понять, когда человек попал под циркулярку или бензопилу, а когда ему по рёбрам ударили ножом или тесаком. Твоим крестничкам, Вить, лет десять последние регулярно прилетало от ножей и тесаков, а ещё куча ожогов.
— М-да, — я почесал лоб, — вот так картинка вырисовывается.
— Только вы никому, пожалуйста, не говорите это, — ещё раз наполнил о хранении в секрете только что услышанное нами Рома.
— Будем молчать.
После ухода целителя, вскоре умчались девушки. Анна дежурила в больнице, а Маша должна была в паре с кем-то из женщин смотреть за подступами к посёлку
Одному в доме было скучно, но и идти куда-то стало лень после плотного завтрака. На обязательные работы меня и моих коллег по магическому цеху не напрягали, в основном, так повелось, что я либо занимался с големами, либо уезжал на промысел в город. Остальные дела меня не касались.
После обеда навестил девчонок, принеся каждой по термосу с кофе и чаем (кто, что любил). Когда был у Анны, краем глаза глянул на спасённых из паутины, которых положили в отдельную палату, которые так и не пришли в себя. Послушал Ромку о том, что самочувствие у несчастных резко улучшилось за ночь и до прихода тех в сознание осталось день-два.
После обеда до темноты возился с "буханкой", отмывая от грязи внутри и снаружи, заменил масло и попшикал краской из баллончика на свежие царапины, которые остались после столкновения с зомби.
— Да уж, так скоро моя машина станет камуфляжной, — хмыкнул я, оценив, как бросаются в глаза свежие пятна краски, которую я подбирал в тон основному цвету кузова.
Вечером ужинал только с Машей. Анька осталась в больнице, хотя обычно поесть приходила домой.
Вот так как-то тягомотно и бесполезно прошёл целый день с постоянным ощущением какого-то ожидания и мыслью, что я пропустил нечто такое-эдакое или забыл.
Было одиннадцать вечера, я лежал, закинув руки за голову, и смотрел с кровати в окно на яркие звёзды и кусочек лунного кольца. Спать совсем не хотелось. Через стенку иногда доносились едва слышимые скрипы кровати.
"Машке тоже не спится", — подумал я и следом за этой мыслью табуном понеслись другие, от которых меня в жар бросило. Ситуация такая, о которой только мечтал: я и красивая девушка одни в доме. Внутренние черти подталкивали встать и зайти в комнату к девушке. Для начала просто узнать, не заболела ли, что её беспокоит, не случилось ли чего, что она никак не может заснуть. А потом…
Додумать процесс соблазнения не дал тихий голос со стороны двери:
— Вить, ты не спишь?
Там стояла Маша, о которой я думал секунду назад, представляя её в любимой пижаме — шортиках и кофточке из тончайшей, почти что просвечивающейся, ткани розового цвета с кучей чёрных и белых иероглифов. Вот только сейчас она была в кружевном боди с бантиком на груди и в кружевных чулочках в сеточку.
Я сглотнул и кивнул, потом обозвал себя дураком и произнёс вслух:
— Нет, не сплю.
— Можно к тебе, а то мне что-то неуютно одной? Не могу уснуть.
— Да-да, конечно.
На меня просто ступор накатил при виде приближающейся ко мне девушки в исключительно сексуальном наряде.
Только когда она присела на край кровати, коснувшись меня, я спохватился и сдвинулся к стене.
Девушка легка ко мне спиной и пока устроилась поудобней, не раз касалась попкой и спиной моей груди и живота. От жаркого девичьего тела, от которого божественно пахло духами и страстью, я возбудился не на шутку.