Любовь не купишь
Шрифт:
В конце книги были вложены несколько отдельных страниц с рисунками, и Кристиана мгновенно поняла, что это рисовал он.
На двух небольших листочках были изображены лица двух женщин.
Одно из них особенно привлекло внимание Кристианы. Прекрасное и грустное, оно казалось ей неуловимо знакомым. Несомненно, это портрет его матери. Как-то жутковато было всматриваться в лицо умершей женщины, но Кристиана не могла оторвать взгляда.
– Ты расскажешь мне о ней?
– Когда-нибудь.
На втором рисунке
– Кто она? – Кристиана понимала, что, возможно, ее любопытство переходит границы дозволенного. Но женщина с портрета смотрела на нее столь уверенно, что трудно было удержаться.
– Я ее встретил в Александрии.
В обоих рисунках чувствовалось неравнодушие художника к натуре.
– Ты любил ее? – спросила Кристиана, сама слегка потрясенная своим напором. Но впрочем, это не слишком смутило ее: Дэвид уже не казался ей таким чужим.
– Нет. Я из-за нее едва не погиб. Но ее красота произвела на меня впечатление, как и твоя.
Что-то в его тихом голосе заставило Кристиану замереть. Она оторвалась от изображения женщины и перехватила его взгляд. Он смотрел на нее и ждал. Это у него хорошо получалось. Что-то в его взгляде и упрямо сжатых губах подсказало ей, что он не собирается ждать долго.
Дэвид перестал перебирать струны, и в наступившей тишине Кристиана услышала стук собственного сердца. Совсем одни. Ни единого звука во всем доме.
Она снова перевернула страницу, но так и не поняла, что там изображено.
– Знаешь, я только один раз видел тебя с распущенными волосами, – заметил Дэвид. Она почувствовала, как его рука потянулась к ней, еще до того, как пальцы коснулись ее волос. – Они всегда заколоты, даже когда ты купаешься.
Ее тело затрепетало. Купание. Его руки и его прикосновения.
– Распусти волосы. Сделай это для меня, Кристиана. Это было нечто среднее между приказом и просьбой.
Она заколебалась. Но ведь ей скоро выходить замуж за этого человека. Она не должна его бояться, уговаривала себя Кристиана, в то время как мятущийся разум призывал немедленно бежать.
Она посмотрела на него, умоляя вспомнить об их разговоре в саду, понять и подождать.
– Морван уже, наверное, приехал за мной. Нам надо возвращаться.
– Я дал ему знать, что мы здесь.
– Ну, тогда он скорее всего ждет во дворе. Он самане войдет в дом.
Дэвид указал на окно.
– Оно выходит во двор. Посмотри, ждет ли он тебя.
Кристиана подошла к окну и, встав на цыпочки, осмотрела пустынное пространство. Тихий голос Дэвида обволакивал ее.
– Он не придет. Он признал, что ты принадлежишь мне. Как и ты сама признала это.
Кристиана взглянула в чистое предвечернее небо. Какая-то часть ее отчаянно хотела вырваться отсюда. Но его прикосновения, слова, таинственная тишина в доме пробудили
– Ты иногда пугаешь меня, – сказала она. – Я знаю, что не должна бояться, но не всегда могу с этим справиться.
Дэвид несколько минут молчал.
– Да, – наконец вымолвил он. – Для девственницы это естественно.
Она почувствовала, как он шагнул к ней, ощутила его присутствие у себя за спиной. Она и ждала, и страшилась, и все внутри ее напряглось, как струна, от этого ожидания.
Его рука легла ей на талию, и она судорожно вздохнула. Губы приблизились к ее обнаженному плечу, и он осторожно поцеловал оставленные коготками котенка царапины. Кристиана закрыла глаза, наслаждаясь его восхитительной близостью.
– Распусти волосы, Кристиана.
Она подняла руки и стала неловко вытаскивать шпильки. С каждой расплетенной, высвобожденной прядью она казалась себе все слабее и беззащитнее.
Тяжелые локоны волна за волной падали ей на спину, касаясь его рук. Она тряхнула головой, высвобождая последние пряди, и положила шпильки на подоконник.
Дэвид зарылся лицом в шелк ее волос, и его теплое дыхание овеяло ее шею.
Он повернул ее к себе и взял в ладони ее лицо, словно это было нечто хрупкое и бесценное. А затем запечатлел на ее губах осторожный, нежный поцелуй.
Она вздрогнула. Попыталась ответить. Поцелуй стал жарче, и Дэвид крепче сжал объятия. Ее руки поднялись и на мгновение замерли, прежде чем она решилась тоже обнять его.
После этого она ощутила в нем перемену. Его поцелуй стал настойчивее, он намеренно разжигал в ней желание. Его рука легла на ее грудь. Она ахнула и закрыла глаза.
Дэвид прижался губами к вырезу ее платья, а его пальцы ласкали ее грудь.
Страх подсказывал ей остановить его, но желание не позволяло сделать это. Ручейки желания слились в бурный, стремительный поток, и борьба с этим потоком казалась невозможной и бессмысленной.
Он творил с ней чудеса. «Я тону в наслаждении», – подумала Кристиана.
Он поднял голову и посмотрел на нее, наблюдая за ее реакцией. Его бездонные глаза говорили, что сегодня от него помощи ждать не стоит.
Он стал медленно двигаться в сторону спальни, увлекая ее за собой.
Куда они идут? Чего он хочет?
– Я не… – прошептала она, уже делая шаг в ту сторону.
– Ты ведь поэтому пришла, да? Чтобы убедиться, что быть со мной вовсе не так уж ужасно?
Она замерла на пороге.
– Ты говорил… ты говорил, что сегодня не станешь…
– Я сказал «возможно», но я ошибся. Он снова взял ее лицо в ладони.
– Его тень стоит между нами, и я должен прогнать этот призрак. Сегодня мы перевернем новую страницу. Тебе так будет легче.
Она прочла решение в его глазах.