Любовь не купишь
Шрифт:
Дэвид наверняка знал о возвращении Стивена. Как он мог оставлять ее одну, рядом с мужчиной, желающим соблазнить ее, в которого она к тому же была влюблена? Неужели он настолько самоуверен? Не сомневается, что одна ночь может перевесить чашу весов в его пользу? Неужели его не беспокоит ее реакция на присутствие Стивена?
Кристиана беспрестанно размышляла над этим сутками напролет. Но в ночной тиши недовольство постепенно отступало под натиском совсем других мыслей. Перед глазами вставал образ Дэвида, его синие глаза, широкие плечи. Все ее тело наливалось желанием,
Она просыпалась каждое утро, чувствуя себя так, словно ею овладел призрак, с которым невозможно испытать наслаждение.
Дэвид так и не пришел, зато приходили другие. По одной или парами придворные дамы навещали ее.
Похоже, Джоан болтала напропалую, и не только о Стивене. Каждая дама считала своим долгом просветить сироту, которая, говорят, была невероятно невежественна в вопросах плотских утех.
Даже слуги решили помочь ей. Когда она купалась в день свадьбы, молоденькая служанка, помогавшая ей, без всякого стеснения поведала, как заставить мужчину сходить с ума от желания. Кристиана покраснела от корней волос до кончиков пальцев. Она сомневалась, что благородные дамы позволяют себе подобное, но все же завязала узелок на память.
Все подруги собрались наряжать ее к свадьбе, и каждая развлекала как могла. Они дарили ей цветы и весело щебетали, пока слуги одевали ее. Потом пришла Филиппа. Королева внимательно осмотрела Кристиану, поправила красную накидку на ее плечах и вместе со своими дочерьми, Идонией, Джоан и еще несколькими придворными дамами повела Кристиану вниз.
Там их ждал Морван. На нем был парадный костюм; вокруг талии красовался рыцарский пояс, но на этот раз без меча.
– Пойдем, – сказал он, беря ее за руку. – Король уже ждет.
Двери распахнулись, Кристиана шагнула на порог и застыла.
– Святые угодники! – ахнула она.
– Ничего себе зрелище, правда? – сухо заметил Морван. Двор был заполнен людьми, лошадьми и экипажами. Она увидела леди Элизабет, садящуюся в одну из роскошных, празднично убранных карет. Рыцари и лорды уже восседали на конях. Король Эдуард, в расшитом золотом красном одеянии, прогуливал своего жеребца у двери. Длинная шеренга королевских стражей замерла в ожидании.
Такое количество гостей тронуло Кристиану. Они пришли, чтобы почтить ее семью и, возможно, поддержать ее. Их приезд был также и данью уважения к ее брату, и она была благодарна за это.
Король махнул рукой, и к порогу подкатили три золоченые кареты.
– О небо! – снова ахнула Кристиана при виде этого великолепия.
– Одна карета для невесты. Сама королева поедет с тобой, – пояснил Морван.
– Эта процессия растянется на полгорода. Весь Лондон будет наблюдать мою свадьбу.
– Король чтит тебя, Кристиана.
Она отвела взгляд от улыбающегося Эдуарда и прошептала брату:
– Я не глупа, Морван. Король выказывает свое отношение не ко мне, а к Лондону. Это свадьба не Кристианы Фицуорин и Дэвида де Абиндона. Он выдает дочь аристократа за сына города. Он дарит меня Лондону. Я – символ его щедрости по отношению к городу.
Морван
– Ничего уже не изменить. Главное, помни, что ты – дочь нашей матери, и поступай соответственно. Я буду ехать рядом с тобой.
Когда он усаживал ее в карету, она нагнулась и прошептала:
– Зато я вовсе не девственница, приносимая в жертву, как они считают.
Кавалькада двинулась со двора во главе с королем и его сыновьями. К тому времени, когда они достигли Стрэнда, по обе стороны дороги образовались плотные толпы народа. За городскими воротами толпа еще увеличилась, и конным стражникам пришлось прокладывать каретам путь. Медленно, под пристальными взглядами они продвигались к собору Святого Павла.
Морван помог ей выйти из кареты.
– Ну что, брат, неужели у тебя нет слов для напутствия? – спросила она, когда они приблизились к входу в собор. – Никаких советов? Никаких поучений о том, что нужно быть покорной и верной женой? Ведь у меня нет отца, чтобы наставить меня на путь истинный, так что эта миссия выпадает тебе.
Морван остановился и заглянул сквозь распахнутые двери в собор, заполненный шумными придворными и любопытными горожанами.
– Да, у меня припасены для тебя кое-какие слова, но это не поучения, малышка. – Он склонился к ее уху. – Ты очень красивая девушка. Женщина имеет власть над мужчиной, сестричка. Научись пользоваться ею – и ты станешь хозяйкой положения.
Она засмеялась, и брат повел ее между скамьями.
Дэвид ждал их у алтаря, и сердце Кристианы вздрогнуло. Он был великолепен, безупречен, ни в чем не уступал любому присутствующему здесь лорду. Наряд его сочетал голубое с золотом; богатое шитье украшало грудь. Кристиана гадала, кто уговорил его согласиться на это. Тяжелая золотая цепь протянулась от плеча до плеча.
Морван подвел сестру к Дэвиду, который все это время не отрывал от нее взгляда.
– Ты самая прекрасная девушка из всех, которых я когда-либо встречал, – повторил он слова, произнесенные им в маленьком саду, увитом плющом.
У нее накопилось за это время немало обид и сомнений, но нежный взгляд синих глаз, звук уже ставшего родным голоса успокоили ее. Еще будет время все выяснить. А сейчас – свадьба и весь Лондон смотрит на нее.
Спустя час она вышла из собора с золотым обручальным кольцом на пальце. Рука Дэвида де Абиндона по-хозяйски обнимала ее за талию. У ступеней их ожидала карета, но Сиэг подвел к ним коня.
– Ты поедешь со мной, дорогая. В такой толпе карете никогда не добраться до Гилдхолла.
– Ты бы мог предупредить меня, Дэвид, – упрекнула она, когда толпа хлынула из собора во двор и на улицы. – Это было похоже на прелюдию к жертвоприношению.
– Я и сам не предполагал, хотя, наверное, следовало ожидать чего-то подобного. Эдуард обожает пышность.
Это ее не убедило. Она считала, что Дэвид всегда все знает. Кристиана бросила на него недоверчивый взгляд. Столь откровенное безразличие к масштабам празднества задело ее, но ведь он не девушка, которую выставили на всеобщее обозрение.