Любовь не купишь
Шрифт:
– Теперь вы мне скажете, почему вы женитесь на мне?
Он отвел взгляд от ее глаз, полных тревожного любопытства. Истерзанная, измученная, она думала, что ничего не потеряет от откровенных вопросов и прямых ответов. Как она отреагирует, если узнает правду?
И какова эта правда?
Он уже давно не думал о причудливой сделке, которая подарила ему Кристиану. История, придуманная им и Эдуардом, превратилась в реальность. Он действительно увидел ее, попросил ее руки и предложил за нее целое состояние. Деньги были за нее, а лицензия стала подарком, но не
Он желал ее. Не на одну ночь или несколько месяцев. Он мечтал о постоянстве брака. Он жаждал ее тело и ее душу. Ему нужны были ее преданность и ее открытость. Он спрашивал себя, зачем ему все это, и не находил ответа. Просто так случилось.
– Я женюсь на тебе потому, что хочу этого, – сказал он.
Глава 9
Ворота были распахнуты. Кристиана на мгновение остановилась, но потом смело шагнула во двор, полный смеющихся женщин, звонко хлопающих специальными валиками по белью. Две огромные лохани стояли рядом, одна из них на небольшом огне.
День стирки.
Худая старушка в платке вышла к ним навстречу. Дэвид обнял ее и поцеловал в щеку.
– Говорили, что ты отправился за грузом, и я не ожидала увидеть тебя, – улыбнулась женщина.
– Оставайся с нами пообедать, Мэг, – сказал Дэвид. – Джон придет. – Он повернулся и притянул к себе Кристиану. – Это Кристиана. Моя жена.
Мэг посмотрела на девушку слезящимися глазами, и ее беззубый рот расплылся в улыбке.
– Она красавица, Дэвид. – Старушка подмигнула Кристиане. – Берегись: с тех пор как он научился ходить, с ним одни хлопоты.
Дэвид потянул Кристиану за собой.
– Значит, ты и все женщины остаетесь обедать, Мэг. Я скажу Витторио.
Кристиана последовала за ним в холл.
– Мэг давно вас знает, – заметила она, разглядывая обстановку просторной комнаты. Красивые стулья, прелестные гобелены. Прекрасные медные кольца для факелов на стене.
– Моя мать работала у нее, когда я был ребенком.
В дальнем конце коридора открылась дверь, и до них донеслись звон посуды и сердитый мужской голос. Появилась толстушка средних лет, несущая стопку серебряных тарелок. Она бросила на Кристиану любопытный взгляд. Дэвид представил ее как Джеву, домоправительницу. Женщина улыбнулась, но в ее внимательных темных глазах читалась настороженность.
Затем Дэвид повел ее на кухню.
– А это Витторио. – Невысокий крепыш с глазами навыкате отдавал отрывистые приказания девушке и мужчине. Над огромным очагом висели медные горшки. Крепыш нагнулся над одним из них, потянул носом и приподнял густые черные брови в знак одобрения.
– Витторио! – окликнул его Дэвид. Толстяк выпрямился и обернулся.
– Ага! Женщина! Жена! – объяснил он своим помощникам. Они прекратили работу и заулыбались.
Повар с энтузиазмом захлопал в ладоши.
– Наконец-то! Синьорина Кристиана, да? Прекрасное имя. Красавица, Дэвид.
– Леди Кристиана пообедает с нами. И Мэг со своими женщинами тоже.
Витторио
– Да-да. – Он снова повернулся к очагу и махнул своим помощникам.
Дэвид повел ее в другое здание, располагавшееся напротив ворот. В свое первое посещение она была в просторной гостиной, но сейчас он провел ее в небольшую спальню.
– Я велю Джеве принести мазь, – пояснил он и ушел.
Она сняла накидку. В этой спальне было несколько женских вещей. Простая накидка висела на крючке, на столе лежал серебряный гребень. Кристиана присела на кровать в ожидании Джевы.
Но вместо нее вернулся Дэвид, принесший миску с водой, тряпку и небольшую склянку.
Осторожными движениями он спустил с ее плеча платье. Обнажились царапины. Он обошел ее и начал расшнуровывать завязки на спине. Кристиана с удивлением взглянула на него.
– Боюсь испачкать его мазью, – пояснил он, помогая Кристиане раздеться. Обыденность его интимных жестов взволновала ее.
– Это комната Джевы?
Дэвид окунул тряпочку в воду и стал смывать капельки крови с ее груди.
– Джева живет в городе со своей семьей и приходит сюда днем. Это была комната моей матери. Она десять лет работала домоправительницей у Дэвида Константина. Их познакомила Джева. Мама стирала здесь вместе с другими, и, когда его домоправительница умерла, он взял ее на это место.
– А потом сделал вас своим учеником?
– Да.
Он осторожно промыл царапины на ее плече. Она пыталась не обращать внимания на его близость и ту бережность, с которой он заботился о ней. Она снова взглянула на лежащие на столе предметы, напоминавшие о незримом присутствии умершей женщины.
Дэвид взял склянку с мазью.
– Не волнуйся. Ты не вторгаешься в святая святых. В этой комнате бывают посетители.
Он стал мазать царапины, и Кристиана замерла от прикосновения его пальцев и легкого пощипывания мази. Она подняла голову и увидела, что он смотрит на нее. Этот взгляд уже был ей знаком.
Нет, пожалуй, лучше объяснить, зачем она пришла, и побыстрее. Им нужно поговорить, но только не в этой комнате.
– Здесь есть сад? – спросила она, вставая. Он набросил накидку ей на плечи.
– Сюда, пожалуйста.
Сад располагался позади дома. Высокая стена окружала его. Сейчас, кроме каких-то кустов и плюща, в саду не было видно другой растительности, но чувствовалось, что летом здесь царит буйство красок и цветов. И на большой грядке возле кухни наверняка выращивали овощи.
– А вот тут есть еще садик поменьше. – Он подвел ее к двери в стене.
Крошечный маленький садик очаровал ее. Все вокруг заросло плющом. Два огромных дерева занимали почти все пространство. В жару здесь, несомненно, прохладно и тихо. Лестница из зала вела прямо на второй этаж дома.
Вряд ли можно найти более уединенное место, решила Кристиана.
– Присядем? Мне нужно кое-что сказать вам.
Они сели на скамью, стоявшую в глубокой нише, образованной плющом. Солнечный свет пробивался сквозь густую листву, испещрив зеленый полумрак желтыми пятнышками.