Лягушка-принцесса

Анфимова Анастасия Владимировна

Вилит другой. Вряд ли он намного старше бывшего раба, но в нём уже присутствует какая-то основательность. Принц тоже любит её. Но в отличие от пылающей страсти Декара, чувства сына императора больше похожи на домашний очаг, чем на всепожирающий лесной пожар.

Ника понимала, что если сейчас она не пойдёт с бывшим рабом, то навсегда откажется от того, о чём в тайне мечтает каждая девушка. Вряд ли в её жизни ещё когда-нибудь будет такая же сумасшедшая любовь.

Однако выйдя замуж за Вилита, да ещё по священному обряду, она не только сама станет членом императорской семьи, но и обеспечит будущее своим детям. Положение верховных жрецов

святилища Сенела в Радле мало чем уступает императорскому.

Правда, у неё появятся и беспощадные, могущественные враги. Но вряд ли жизнь в Либрии без денег, связей и родственников будет более безопасной.

"Что бы я сейчас не сделала, — обречённо подумала беглая преступница, — потом обязательно об этом пожалею".

— Где он, госпожа Аттика? — прервала девушка затянувшееся молчание.

— В столовой, — хозяйка квартиры кивнула на занавешенный шторой проём.

— Пойдёмте посмотрим, — предложила гостья, — кого за мной прислали.

Солнце давно закатилось, и темноту в большой комнате рассеивал лишь свет маленького фонаря в руках служанки, каменным изваянием застывшей возле стоявшей у обеденного стола широкой лежанки, где сидел широкоплечий мужчина в тёмных одеждах.

— Вы госпожа Юлиса? — обратился он к Нике, поднимаясь на ноги.

— Да, — кивнула та, вглядываясь в квадратное с грубыми чертами лицо, бросавшееся в глаза широкими сросшимися бровями. — А как мне вас называть?

— Зовите Тесаком, — секунду подумав, представился неизвестный. — Просто Тесаком. Меня наняли проводить вас к тому человеку, у которого борода отклеилась. Он вас ждёт.

— Хорошо, — кивнула девушка, обратив внимание на короткий меч и хищно изогнутый кинжал на широком с медными бляхами поясе, перехватывающем узкую талию собеседника. — Подождите немного.

— Поторопитесь, госпожа, — попросил её посланец принца, предупредив. — Нам далеко идти.

— Я быстро, — пообещала беглая преступница и предложила. — Может, нам лучше выйти через дверь на кухне, господин Тесак?

— Просто Тесак, — усмехнулся мужчина. — Да мне всё равно, лишь бы быстрее.

— Я вас не задержу, — заверила Ника, и сделав знак Льбине следовать за собой, вернулась в хозяйскую спальню, а оттуда в коридорчик, где навстречу ей из темноты бросился встревоженный Декар.

— Что случилось? С кем вы там разговаривали, госпожа Юлиса?

Взяв из рук невольницы масляный светильник, девушка кивком отправила её на кухню, а сама, войдя в свою каморку, задвинула штору.

— Пришёл человек от его высочества принца Вилита, — зашептала она, стараясь не смотреть в огромные и неестественно глубокие в сгустившейся вокруг тьме глаза молодого человека. — Он отведёт меня к нему. Передайте господину Латусу, что я остаюсь в столице, и пусть…

— Как?! — вздрогнув всем телом, вскричал побледневший юноша. — Нам надо в порт! Там ждёт корабль в Либрию, где вы будете в полной безопасности! Здесь вас обязательно отыщут и убьют! Вам необходимо как можно скорее уйти отсюда!

— Я очень тронута, господин Декар, что вы так переживаете обо мне, — голос Ники задрожал от с трудом сдерживаемого рыдания. — Но… если я сейчас покину Радл, то вряд ли когда-нибудь смогу вернуться.

— А зачем вам возвращаться, госпожа Юлиса? — молодой человек мягко взял её за запястье, и у девушки перехватило дыхание. — Что вас здесь ждёт? Этот переполненный пороками город вас недостоин. Не знаю, какие чувства испытывает к вам его высочество, но моя любовь

гораздо сильнее, клянусь благодатной Диолой! Я готов сделать всё что угодно за одну вашу улыбку, за один благосклонный взгляд. Заклинаю вас: давайте бросим Радл и скроемся вместе под сенью любви! В Либрии нас не достанут ни сенаторские преторы, ни первая принцесса, ни ваши родственники, ни принц Вилит. Клянусь всеми богами, там мы будем счастливы втроём.

— Втроём? — пролепетала собеседница, чувствуя лёгкое головокружение.

— Да! — Декар приблизился так, что его жаркое дыхание обожгло кожу девушки. — Вы, я и наша любовь!

"Вот батман!" — безмолвно охнула попаданка, чувствуя, как начинает мелко и противно дрожать, а по низу живота заструились тёплые манящие волны.

Даже в объятиях Румса Фарка она не испытывала ничего подобного, хотя искренне его любила. Свободная рука сама собой легла на плечо молодого человека, ощутив под тканью плаща твёрдые, налитые силой мускулы, а душе заиграла музыка, где звуки постепенно сливались в слова: "Брось всё, поцелуй его, и бегите вместе! Ты никогда себе не простишь, если откажешься от него. Он, а не Вилит, к которому ты не испытываешь и половины тех чувств, что внушает тебе Декар, — твоя судьба! Только с ним ты будешь по-настоящему счастлива. Такая любовь встречается только раз в жизни, да и то не у каждой женщины. Только из-за этого стоило оказаться в этом мире. Тебе сказочно повезло, дура".

— Вы не похожи на одержимых жаждой власти аристократок, — шептал бывший раб, легонько касаясь её уха мягкими губами.

Это оказалось настолько приятно и волнующе, что глаза сами собой закрылись, дыхание замерло. Рука, всё ещё державшая светильник, задрожала, от чего робкий огонёк на конце длинного носика сначала едва не погас, а потом недовольно затрещал, разбрасывая искорки от сгоревшего фитиля.

— Вы прекраснее и чище их всех, — голос юноши завораживал подобно журчанию магического родника фей. — Зачем вам этот клубок непрерывно жалящих друг друга змей, в который давно превратилась императорская семья? Я жил в Палатине, я знаю. К чему тратить остаток своих дней на непрерывную борьбу, если можно наслаждаться покоем гор и любовью друг друга?

"Какие горы? — с трудом прорвалась сквозь гремевшую в сознании мелодию чувств скрипучая мыслишка, похожая на скользкого, холодного червяка. — Он вообще о чём? Там до сих пор нет единого государства. Царства, вольные города и племена то мирятся, то воюют друг с другом, поставляя в Империю рабов, а он…"

Однако убаюканное сладкой музыкой сознание не спешило сбрасывать чары наваждения.

— Госпожа Юлиса! — окликнул её из тьмы голос хозяйки квартиры. — Где вы?

Инстинктивно отпрянув от Декара, Ника внезапно ощутила, как тут же ослабла возникшая между ними чувственная связь.

Звуки волшебного хорала, только что заполнявшие весь её внутренний мир целиком, стали значительно тише, а противный голос, наоборот, окреп, продолжая беспощадно разрушать охватившее душу очарование.

"Сбежать с ним в Либрию? Прятаться от всех в охваченной войной стране? Да, ты сильная, а он?"

Машинально подняв светильник, девушка долгую секунду всматривалась в прекрасное лицо собеседника, где лучились любовью и обожанием большие, карие глаза.

"Да он же совсем мальчишка! — с очевидной ясностью поняла беглая преступница. — Насколько хватит его чувств? Месяц? Год? А потом мне останутся одни воспоминания, да и то ненадолго".