Лягушка-принцесса
Шрифт:
— Ваши родственники очень расстроятся из-за того, что вы отказались от их помощи, — задумчиво проговорил юноша, продолжая усердно грести.
— Если я буду ещё жива к тому времени, когда человек господина Акция вернётся с Западного побережья и докажет, что письмо канакернских консулов подделка, родные меня простят, — шмыгнув носом, беглая преступница вытерла заплаканное лицо краем накидки. — А сейчас я молю богов о том, чтобы мой дядюшка с сенатором Юлисом поверили Декару и переправили его в Либрию или ещё куда-нибудь.
— Вам так
— Да, господин Вилит, — прерывисто вздохнула девушка. — После нашей свадьбы я хочу, чтобы он получил свободу, отправился на родину и никогда больше не встречался со мной.
Собеседник хмыкнул то ли с одобрением, то ли с сомнением.
Пока Ника рассказывала о неожиданном визите Декара, их лодка обогнула островок и устремилась к противоположному берегу Флумины.
Оставив на минуту вёсла, Вилит осторожно поднял со дня лодочки продолжавший гореть светильник, потом два раза поднял и опустил его, прикрывая робкий язычок пламени полой короткого плаща.
Через пару томительных минут во мраке вспыхнул костёр.
— Хвала богам! — облегчённо вздохнул юноша, гася крошечное пламя.
— Это Радианий? — негромко спросила его спутница, весьма наслышанная о дурной славе этого района столицы Империи.
— Да, — подтвердил молодой человек. Теперь он то и дело оглядывался, направляя нос лодочки на призывно горевший огонёк. — Но вас здесь точно не найдут.
— Я целиком полагаюсь на вас, господин Вилит, — обречённо пожала плечами девушка, вытирая лицо краем накидки.
— К сожалению, мне необходимо как можно быстрее вернуться в Цветочный дворец, — вздохнул парень. — Если меня хватятся, будет большой скандал. Как бы матушке не пришло в голову направить людей на мои поиски. Поэтому я только провожу вас до… места. Не пугайтесь, если на первый взгляд оно покажется вам несколько… необычным.
Принц усмехнулся.
— Его хозяину я полностью доверяю.
— Значит, нам больше не удастся поговорить? — слегка растерялась беглая преступница.
— А вы ещё что-то хотите мне сказать? — насторожился собеседник.
— Да, господин Вилит, — кивнула Ника. — Я прочитала ваше письмо.
Девушка замялась, лихорадочно вспоминая приготовленные слова, которые из-за всех сегодняшних треволнений напрочь вылетели из головы. Одно она чувствовала, что просто обязана объясниться.
— И что? — в голосе сына императора прозвучала тревога. Молодой человек даже поднял над головой вёсла, видимо, за тем, чтобы их плеск не мешал ему слушать свою спутницу.
— Я очень тронута вашей заботой, — выдохнув сквозь стиснутые зубы, заговорила та. — Вы мне нравитесь, я скучаю без вас и, клянусь Анаид, не желаю себе другого мужа. Но… я не знаю, насколько мои чувства отвечают вашим ожиданиям.
В который раз за сегодняшний вечер Ника вновь ощутила, как спазм перехватывает горло, а по щекам текут слёзы. Однако её почему-то неудержимо тянуло
— Я не знаю, станут ли когда-нибудь мои чувства к вам такими, каких вы заслуживаете.
Измочаленные за день нервы не выдержали, и, несмотря на прикушенную до крови губу, из груди девушки вырвалось сдавленное рыдание, которое удалось заглушить плотно прикрыв ладонями рот.
— Успокойтесь, госпожа Юлиса, — проговорил принц, аккуратно опуская вёсла в воду. — Порой любовь между людьми появляется не сразу. То, что вы доверились мне и решили остаться в Радле, несмотря на опасность, уже говорит о многом. Надеюсь, после свадьбы пресветлая Диола поможет мне разжечь в вашем сердце тот пожар, что уже полыхает в моём.
Он мощным гребком направил лодочку к берегу.
— Лучше скажите: вы от меня больше ничего важного не скрываете?
Успокоенная его последними словами попаданка вздрогнула. На миг появилось неукротимое, сумасшедшее желание рассказать о себе всё, чтобы хотя бы немного выговориться, облегчить давящий душу груз тайны.
Но, как Вилит Тарквин Нир отнесётся к тому, что его избранница явилась не просто с другого континента, а из иного мира? Посчитает сумасшедшей? Вряд ли. Люди здесь ещё не настолько испорчены материализмом и к чудесам относятся серьёзно. Вроде как такова воля всемогущих богов. Поэтому, возможно, принц ей и поверит. Вот только тем самым она чистосердечно признается в самозванстве, ибо Виктория Седова ни каким боком не относится к младшим лотийским Юлисам. А вот реакцию отпрыска Константа Великого на такое её откровение предсказать гораздо сложнее.
Видимо, молодой человек почувствовал её смятение, и подгребая к берегу, сказал:
— Пожалуй, я поторопился с этим вопросом. Прошу прощения, если он показался вам настолько неуместным. Не хотите — не отвечайте. Мне не нужны ваши тайны, я забочусь лишь о вашей безопасности.
— Почему же? — усмехнулась Ника, плотнее закутываясь в покрывало. Даже без своего происхождения у неё имелось достаточно секретов, чтобы надолго занять мысли собеседника. — Помните нашу встречу на имперской дороге? В священной роще нимфы Фелои на меня напал племянник Постума Авария Денсима и нанятые им люди. Их-то я и убила, а вот сам Ин Валий Дрок сбежал.
— Почему вы ничего не сказали мне об этом? — глухо прорычал принц. — За похищение людей полагается смерть на колу! Вы его тоже пожалели?!
— Вот уж нет! — возмущённо фыркнула беглая преступница, мельком отметив про себя, что, видимо, собеседник, подобно подавляющему большинству мужчин, никаких отношений, кроме сексуальных, между представителями противоположных полов не признаёт. — Просто тогда мне пришлось бы сознаться в том, что я с помощью племянника пыталась избежать брака с его дядей.