Лягушка-принцесса
Шрифт:
Но вот посетители всё же начали расходиться. Убралась и та группа молодых людей, которых так опасалась племянница регистора Трениума. И судя по долетавшим до неё разговорам, не зря. С трудом сохраняя равновесие, юнцы намеревались отправиться в ближайший публичный дом и продолжить вечер в приятном женском обществе.
"Ну, и чего вы там делать будете? — презрительно скривилась девушка. — Сами-то едва стоите, не то что…"
Едва дождавшись, когда компания прожигателей жизни покинет зал, Ника вдоль стеночки, стараясь не привлекать внимания, двинулась к заветной двери.
— Я
— Да у вас тут столько народа, господин Грей, — залепетала гостья, застенчиво теребя кожаные шарики на конце пояса. — Что я просто испугалась мимо них идти…
— Ступай, — воздев очи горе, махнул рукой собеседник, предупредив. — Смотри, разбужу с рассветом.
— Хорошо, господин Грей, — поклонилась Ника. — Мне только утра дождаться, а там я уйду…
Но мужчина её уже не слышал.
Поскольку в помещении, где добросердечный владелец постоялого двора позволил скоротать ночь попавшей в беду горожанке, окна отсутствовали, той пришлось какое-то время постоять у входа, откинув занавес в сторону.
Несмотря на то, что почти все светильники в обеденном зале уже погасли, оставшихся вполне хватило, чтобы девушка смогла разглядеть протянувшиеся вдоль боковых стен самые настоящие нары с тощими засаленными тюфяками и столь же непрезентабельного вида подушками, но без малейшего следа одеял.
Опустив штору, Ника кое-как добралась до лежанки. С трудом преодолевая жуткое желание упасть на набитый слежавшейся соломой матрас и заснуть, она вытащила "тревожную сумку", а пустую корзину поставила у входа в слабой надежде на то, что, споткнувшись о подвернувшийся под ноги предмет, незваный гость наделает шума и её разбудит.
Брезгливо отодвинув дурно пахнущую подушку, она положила под голову свои вещи, и прикрывшись накидкой, погрузилась в сон, прижимая к груди кинжал в ножнах.
Если бы не суровая школа Наставника, не опыт и закалка, полученные во время долгого и опасного путешествия, девушка вряд ли проснулась от негромкого шороха и уж тем более не смогла бы так быстро опомниться и сообразить, что происходит.
В дверях стоял Мей Грей Пун с маленьким масляным фонариком, освещавшим его недовольную физиономию и двух хмурых рабов, один из которых держал в руках верёвку.
Встретившись взглядом с постоялицей, коварный хозяин постоялого двора пинком отправил ни в чём не повинную корзину под нары и скомандовал:
— Вяжите её!
Вскакивая, беглая преступница отбросила накидку в сторону нападавших, одновременно нанеся удар молниеносно извлечённым кинжалом.
Никак не ожидавший столь решительного отпора невольник отпрянул от зловеще блеснувшего в полумраке лезвия.
Владелец заведения вздрогнул, удивлённо вытаращив глаза, видимо, гадая, куда делась та робкая, забитая провинциалка, которой он позволил переночевать в комнате возчиков? Тонкий язычок пламени на конце бронзового носика заметался от движения воздуха.
Воспользовавшись секундным замешательством, девушка села, спустив ноги с лежанки, цапнула левой рукой "тревожную сумку", и заорав, как дикая кошка, бросилась на Грея, выставив
Державший верёвку раб попытался её схватить, но Ника сумела увернуться, полоснув того по ладони с растопыренными пальцами отточенным до бритвенной остроты лезвием, ясно ощутив скрежет стали по кости.
Её вид, наверное, показался хозяину "Доброго отдыха" настолько жутким, а решимость драться до смерти столь очевидной, что, растерявшись от неожиданности, он резко шарахнулся в сторону, погасив светильник, от чего комната погрузилась в кромешную тьму.
Девушка тут же замолчала, зато закричал Грей:
— Держите её, бездельники!
Кто-то вцепился в сумку. Затрещали нитки. Беглую преступницу отбросило назад. Развернувшись, та ударила кинжалом. Когда, преодолев лёгкое сопротивление, кинжал вошёл во что-то мягкое, она, не задумываясь, ткнула ещё раз. Мужчина тяжело охнул, и Ника почувствовала, что её больше никто не держит. Наклонив голову и выставив вперёд согнутую в локте руку с болтавшейся сумкой, она бросилась вперёд, туда, где смутно угадывался чуть менее тёмный прямоугольник.
То ли местные небожители вновь поспособствовали, то ли чутьё и зрение не подвели, только сорвав кое-как закреплённую занавеску, беглянка бомбой ворвалась в пустой обеденный зал, наполненный светом ущербной луны, пробивавшейся сквозь зарешеченные окна. Увлекаемая силой инерции и путаясь в шторе, она едва не упала, удержавшись на ногах только потому, что налетела на массивный стол.
Резкая боль рванула живот, перехватила дыхание и вышибла слёзы. Ноги вдруг ослабли, а голова закружилась. Весь мир вокруг сжался, превратившись в узкий коридор, в конце которого маячила дверь с массивным металлическим запором.
— Стой, мерзавка! — в проёме возникла фигура владельца заведения.
Его переполненный страхом и ненавистью голос оказался отличным обезболивающим и стимулятором.
Сама не понимая, откуда берутся силы, она вихрем пронеслась по залу, умудрившись сбросить под ноги изрыгавшему проклятия и угрозы преследователю пару поднятых на столы табуреток. Он почти поймал её у самого выхода, но отскочил, натолкнувшись на резкий взмах клинка, и дал девушке время нашарить рукоятку засова.
Выскочив во двор, Ника попыталась прикрыть дверь, а когда поняла, что не сможет сдержать навалившихся с той стороны мужчин, подалась назад, на удачу ткнув клинком в образовавшуюся щель.
И опять здешние боги встали на сторону жертвы коварного хозяина постоялого двора. Лезвие противно царапнуло по рёбрам, Грей тоненько взвизгнул и затопал ногами.
— Хозяин! — испуганно охнул невольник, и лишённая опоры дверь с грохотом захлопнулась.
Девушка опрометью бросилась к воротам.
В обеденном зале послышались тревожные голоса. В окнах замелькали отблески огня светильников.
Видимо, проснулись разбуженные шумом постояльцы.
Массивный деревянный брус поддался неожиданно легко. Чуть скрипнули массивные бронзовые петли. Навалившись на створку, Ника проскользнула на улицу, и приподняв подол, что есть сил бросилась прочь от заведения с названием "Добрый отдых у Грея".