Лягушка-принцесса
Шрифт:
Тогда Силле придётся вновь побеспокоить своего родного брата. В отличие от первого принца, сенатор Маммий Септий Онум не посмеет проигнорировать недвусмысленное пожелание будущей государыни.
От обиды на мужа, которую как всегда приходилось тщательно скрывать, супруга наследного принца плохо спала и проснулась в сильнейшем раздражении. Она накричала на главную няньку, явившуюся с утренним докладом о самочувствии детей, отвесила звонкую оплеуху рабыни, удостоившейся благосклонного внимания её благоверного, но досада не проходила.
Сидя
Возможно, у верной наперсницы есть хоть какие-то новости, способные поднять настроение её благодетельнице? А если нет, тогда появится достойный повод высказать тупой курице всё, что она о ней думает.
Однако красивое лицо придворной дамы пылало таким восторгом, что Силла Тарквина Поста слегка смягчилась, спросив самым благожелательным тоном:
— Хотите мне что-то рассказать, госпожа Гермия?
— О да, ваше высочество! — склонилась та в глубоком поклоне. — Я, правда, не знаю, насколько это важно, но клянусь Семрегом, ничего подобного вы ещё не слышали!
— Вот как? — вскинула брови собеседница и тут же отослала из комнаты всех служанок, кроме Метиды, продолжавшей как ни в чём не бывало укладывать волосы будущей императрицы.
Воровато глянув на закрытые двери, верная наперсница подошла к первой принцессе, и склонившись в поклоне, торопливо заговорила:
— Как сказал знакомый господина Латуса из Этригии, самозванку и в самом деле арестовали за святотатство. Она нарушила…
— Мне это известно! — резко оборвала её слушательница. — Она говорила тоже самое!
— Ах, ваше высочество, я же ещё не закончила! — чуть не плача, вскричала придворная, и втянув голову в плечи под тяжёлым взглядом супруги наследника престола, затараторила. — Самозванка болтала, будто на неё артисты напали, с которыми она от Канакерна ехала. Так магистраты Этригии конных стражников по всем дорогам разослали. Только они никаких артистов вблизи города не нашли!
— Вот как! — у довольной улыбкой покачала головой первая принцесса. — Выходит, самозванка соврала даже в этом?
— Так и есть, ваше высочество, — поджав губы торжественно подтвердила собеседница, тут же продолжив делиться новостями. — Но она не только обманщица, а ещё и проститутка!
— О боги! — с нескрываемым удивлением и тайной радостью вскричала Силла Тарквина Поста. — Не может быть?
— Помните, ваше высочество, самозванка рассказывала, как на суде в Этригии её защищал какой-то коскид господина Касса Юлиса?
— Конечно! — подтвердила будущая императрица, слушая рассказчицу с нарастающим интересом. — Кажется, тот юрист служил писцом на его руднике?
— У вас прекрасная память, ваше высочество, — похвалила придворная дама свою благодетельницу, продолжив с прежним накалом. — Так вот, за услуги адвоката
Заметив гримасу недоверия на лице супруги наследник престола, приближённая добавила со значением:
— Разве иначе стал бы он её защищать, ваше высочество?
— Долг коскида помогать родственнице своего покровителя, — презрительно скривив губы, назидательно проворчала первая принцесса, знаком приказывая служанке подать шкатулку с драгоценностями.
— Ах, ваше высочество, вы в силу прирождённой доброты всегда так хорошо думаете о людях, — поджала губы собеседница. — Когда шёл суд, коскид не мог знать, что сенатор согласится признать самозванку своей родственницей, однако всё равно взялся её защищать. Ну не бесплатно же! Выходит, девица с ним чем-то расплатилась. Только денег-то у неё не было! А чем ещё можно задобрить мужчину?
— Самозванка говорила, что отец обеспечил её средствами на дорогу, — возразила Силла Тарквина Поста, перебирая драгоценности.
— Так её же в городскую тюрьму посадили, ваше высочество! — едва не плача от непонятливости своей благодетельницы, вскричала придворная дама. — Даже если были какие-то деньги, стражники ни за что бы ей их не оставили. Разве что пару-тройку оболов. Нет, нет, ваше высочество, ни чем самозванка не могла заплатить адвокату, кроме своего тела!
Будущая императрица молча протянула Метиде приглянувшуюся шпильку с золотыми листочками.
Видя, что её сообщение не сильно впечатлило слушательницу, верная наперсница продолжила:
— Когда самозванка отбывала наказание в храме богини Луны, тот адвокат часто к ней приходил. Они даже гуляли, как влюблённые.
— Эту историю, госпожа Гермия, вы лучше расскажите в бане или у кого-нибудь в гостях, — с презрительной снисходительностью посоветовала будущая императрица, глядя в зеркало на то, как рабыня аккуратно вставляет в причёску украшение. — Она ни чем не лучше любых других слухов из тех, что уже гуляет по городу. Вот если бы удалось доказать любовную связь этригийского купца с самозванкой, то глупость Докэсты стала бы ещё более очевидной, а Вилит потерял бы охоту искать себе невесту самостоятельно. Но то, что выяснил ваш постельный друг, госпожа Гермия, всего лишь сплетни, которые не убедят даже моего мужа и не стоят пятидесяти империалов!
— Это ещё не всё, что он узнал, ваше высочество! — видимо, отчаянно пытаясь реабилитировать своего любовника, вскричала собеседница. — Самозванка встречалась с Гнутом Постумием, отпущенником господина Авария, на гимнастической площадке в банях Глоритарква!
— С одним из его любовников? — вяло поинтересовалась первая принцесса, поднимаясь с кресла.
— Да, ваше высочество, — подтвердила рассказчица. — Аварий в нём души не чает, завалил подарками, отца на волю отпустил, управителем своего дома сделал…