Лидер

Палла Иоланта

— Ага, теперь я знаю, как ты распиарила свой салон. Ай! — Ирина хлопает Дину по плечу, и та его потирает, указывая на тетку пальцем. — Рукоприкладство — это статья.

— Слишком умная мне родственница досталась, а я уж было хотела ей салон завещать.

— Все. Молчу, — я не перестаю улыбаться, пока они обмениваются колкими репликами, а после киваю, позволяя мастеру работать над моим образом.

38

POV Ярослава

Пожалуй,

все косметические процедуры обладают волшебный свойством удалять печаль пусть и на короткий срок. Пока Ирина колдует над моими волосами, я думаю о Лёне. Не о Паше, который, как с цепи сорвался, а о сводном брате, вызывающем у меня противоречивые чувства. Я обижена на него и с нетерпением жду встречи, чтобы он заметил во мне изменения и оценил их. Глупо, как ни крути. Сначала Лёня целует меня, а потом пропадает. Не звонит. Не пишет. Хоть и он сказал, что мы увидимся сегодня, я себя накручиваю, как нитку на катушку. Если он мне помогает, то хоть что-то чувствует, так ведь? Потому что я к нему точно ЧТО-ТО чувствую, и это ЧТО-ТО заполоняет всю грудную клетку, последовательно оккупируя каждую клеточку моего неугомонного организма.

— Невероятно, — удивленно округляет глаза Дина и перестает придуриваться с очередным париком, замирая около шкафа с разными бутылками и баночками.

— Что? — я уже начинаю бояться, пока Ирина орудует расческой и феном, не разворачивая меня к зеркалу.

— Не говори, — командует тётя Дины, и та с довольной улыбочкой разводит руки в стороны, закрыв рот «на замок», — та-а-ак, еще пару нюансов, и сможешь оценить мои труды, — на лице женщины появляется улыбка, а вот я не могу похвастать тем же.

Сердце колотится с утроенной силой, стоит увидеть светлые пряди, которые распрямляет Ира. Боже…

— Та-дам! — Дина аж губу прикусывает, когда Ирина разворачивает меня к зеркалу, в котором я вижу свое отражение и не могу поверить глазам. — Я же говорю, превосходно!

Кажется, мне язык вырвали, и я не могу выдавить из себя какой-либо звук. На меня смотрит совсем другая девушка. До безумия красивая блондинка с огромными от шока глазами.

— Она слишком долго молчит, да? — спрашивает Ирина у племянницы, а та победоносно улыбается.

— Ей очень нравится. Я вижу, правда, Ярослава?

Киваю и дотрагиваюсь до осветленных прядей. Сердце сжимается и выбрасывает кровь с такой скоростью, что у меня голова кружится. Улыбаюсь, вертя головой из стороны в сторону, наконец-то отмирая и радуясь крышесносным изменениям во внешности. Я никогда кардинально не меняла в себе ни одну деталь, а тут прямо прорыв на ровном месте.

— Сколько… — начинаю, но Ирина меня обрывает с серьезным видом, отметая любую попытку заплатить за столь кропотливый труд.

— Мне ничего не нужно, — указывает на Дину, — угостишь кофе мою вредную мелочь.

— Я не против, — улыбается Динка, а я поднимаюсь и не могу перестать смотреть

на себя.

Глаза горят, щеки румяные. Мне, правда, очень нравится. Ирина отходит от нас, потому что звонит телефон, а Дина подает мне свой айфон.

— Запили селфи, — впихивает мне в руку телефон и складывает руки на груди, — давай. И с чистого листа. Опять начнешь сначала. Звоню в последний раз, а голос мой сотри. И с чистого листа, и снова все сначала. Закончилась про нас история любви. История любви-и-и.

Напевает, пока я ищу выгодный ракурс, не переставая улыбаться.

— Подожди, — перед моим носом возникает блеск для губ, — вот так, — Дина закрывает половину моего лица волосами.

Я наношу красивый розовый слой блеска на губы и чувствую, как их слегка жжет. Они моментально немного увеличиваются, и я, наклонив слегка голову набок, фотографирую свое отражение в зеркале. Дина издает за спиной восторженные звуки, а я отдаю ей телефон, сделав несколько кадров.

— Сейчас я чутка поколдую, и опубликуешь историю, — она садится в кресло, в котором я провела долгое время, и вертится, пока я с гулко стучащим мотором проверяю свой гаджет.

Настроение омрачается тем, что от Лёни нет сообщений и вообще проявления каких-либо признаков жизни.

— Готово. Лови фотку в обработке!

Мне в мессенджер прилетает крутой кадр, и я, конечно же, публикую историю. Без каких-то пафосных подписей. Просто снимок под музыку. Убираю телефон в карман и предлагаю Дине купить сладостей и вернуться к Ирине, чтобы хоть как-то её отблагодарить. Вот только когда мы выходим из здания и подходим к машине, я ошарашенно смотрю на спущенное переднее колесо.

— Что за…! — Дина указывает на заднее. С ним та же беда. Мы обходим авто вокруг и убеждаем в том, что все четыре колеса спущены.

— Ничего не понимаю…

— Это же порез? — Динка возмущенно проводит пальцами по линии на шине. — Точно порез. Черт, мне так жаль… — виновато смотрит на меня. — У нас тут камер нет. Сама понимаешь. Только у парадного. Выход общий, и они все договориться не могут, кому и сколько скидывать.

Я киваю и едва справляюсь с накатывающей истерикой. Вот кому мне сейчас звонить?!

Отчиму?!

Я ему не сдалась ни в одном месте!

Маме тоже не буду. Я разочарована в ней ровно так же, как и она во мне. Остается лишь один человек, к которому я могу обратиться и хочу! Если до этого момента мне нужен был весомый повод, то сейчас он возник, благодаря какому-то козлу. Когда беру телефон, пальцы застывают над буквами. Что ему написать? Помоги несчастной сводной сестренке? Бредово же…

Вместо портянки из текста фотографирую повреждения и отправляю Лёне. Динка ходит вокруг машины и причитает о рогатом скоте, которого наплодили, а я гипнотизирую экран, пока на нем не высвечивается вызов от Леонида.