Лицом к лицу

Киншоу Эва

Наконец девушка услышала характерный шум приближающегося джипа, и вскоре Эдвард поднялся на освещенную веранду. При виде его Ванесса сначала изумленно вытаращила глаза, а потом громко расхохоталась — он был с головы до ног покрыт слоем засохшей глины.

— Смейся, смейся, — с укоризной проговорил он. — Вот поползала бы сама полдня в грязи у прорвавшейся трубы, я бы на тебя посмотрел.

— Извини, я тебе очень сочувствую, — сказала девушка. — Вот только боюсь, что ванна засорится…

Эдвард швырнул

на стул свою шляпу и встал посреди веранды, широко расставив ноги.

— А я и не собираюсь лезть в ванну. Ты что, за дурака меня принимаешь?

— Я не стану отвечать на этот вопрос, — усмехнулась Ванесса. — Но как же ты собираешься мыться? Или решил ходить грязным до первого дождя?

— Я буду мыться на улице, из-под крана. — Он кивнул в сторону огромной цистерны с водой. — Не могла бы ты принести полотенце и мыло?

— Слушаюсь, сэр! — шутливо ответила девушка и скрылась в доме.

Когда она вернулась, Эдвард уже снял рубашку. Неяркий свет струился из-под потолка веранды и мягко разливался по его загорелой коже, высвечивая золотистую курчавую поросль на груди. Он взялся за пуговицу джинсов, но при виде Ванессы помедлил. Она тоже застыла в дверях. Эта немая сцена продолжалась с полминуты, пока наконец девушка не нашла в себе силы оторвать взгляд от мускулистого, отлично сложенного мужского тела.

— Вот мыло и полотенце, — пробормотала она. — И еще я захватила вот это. — Она смущенно протянула Эдварду бутылку пива. — Я подумала, что ты, наверное, хочешь пить.

Когда он взял бутылку, их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Ванесса поспешно отдернула руку.

— Да, ты не ошиблась. — Он сделал насколько больших глотков. — Вода в цистерне очень холодная, но теперь я, пожалуй, даже спою.

Он залпом допил пиво, поставил бутылку на пол и, сбежав по ступенькам крыльца, исчез в темноте.

Ванесса осталась там, где стояла. Противоречивые чувства переполняли ее. Она и радовалась тому, что лед в их отношениях сломан, и в то же время сердилась на себя за ту чисто физическую реакцию, которую вызвало в ней зрелище полуобнаженного мужского тела.

Вдруг сквозь плеск воды послышалось пение. Глубокий баритон Эдварда то звучал громче, то затихал.

Это было так забавно, что Ванесса долго смеялась, прижимаясь щекой к дверному косяку, так что на глазах у нее даже выступили слезы. Потом она прошла на кухню и принялась накрывать на стол.

6

За ужином Ванесса сидела притихшая. Увидев Эдварда на веранде без рубашки, она была так потрясена, что сейчас даже под тонким спортивным костюмом, который он надел после мытья, продолжала видеть его мощный торс. Аккуратно приглаженные мокрые волосы Эдварда слабо поблескивали, и от всей его фигуры веяло неотразимой мужской силой.

Понимает

ли он сам, какой эффект производит на женщин? — думала девушка. И в чем все-таки кроется причина его обаяния? Она уже не в первый раз задавала себе этот вопрос, однако так и не смогла найти ответа. Да, красивое, сильное мужское тело, конечно, привлекает женщин, но ведь этого недостаточно, чтобы влюбиться. Может быть, их покоряет его чувство юмора? Несомненно, оно у Эдварда есть, но временами сочетается с такой неприкрытой иронией, которая не может не задевать. А чего стоит хотя бы эта надменная уверенность в себе? Он, похоже, убежден в своей неотразимости. Впрочем, так оно и есть, ведь я сама не стала исключением из правила.

Ванесса вздохнула и начала разливать в тарелки тыквенный суп.

— Я просто умираю с голоду, — объявил Эдвард, принюхиваясь к соблазнительным ароматам, доносящимся из кухни. — И если на второе у нас ростбиф, считай, что ты уже покорила мое сердце.

Девушка села за стол и взяла ложку.

— Похоже, сегодня у тебя хорошее настроение, — заметила она, но тут же подумала, что не стоит напоминать ему об их вчерашнем споре, и добавила: — Особенно если учесть, что ты полдня возился в грязи.

Эдвард бросил на нее загадочный взгляд и сказал:

— Для хорошего настроения могут быть разные причины. Я, например, сегодня оказался в забавной ситуации.

— В какой же? — стало любопытно Ванессе, но вместо ответа он с аппетитом принялся за суп. — Значит, не хочешь говорить?

Он снова посмотрел на нее, и на этот раз в его взгляде была легкая насмешка.

— Возможно, тебе это не понравится.

Ванесса отодвинула свою тарелку.

— Опять заключил пари сам с собой? — с подозрением спросила она.

— О нет. Я хорошо усвоил урок.

Девушка сдернула с колен салфетку и с размаху швырнула ее на стол.

— Врешь!

Эдвард взглянул на нее с удивлением.

— Уверяю тебя…

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Ведь это ты тогда остановился… — Она замолчала, ужаснувшись своим словам.

Карие глаза Эдварда потеплели и осветились мягким светом.

— У меня своя тактика, — возразил он.

— Ах да, я забыла, — протянула Ванесса. — И в чем же она заключается?

Не отвечая, он доел суп и встал.

— Ты не возражаешь, если я принесу второе?

— Пожалуйста, — согласилась она, убирая суповые тарелки.

Эдвард поставил на стол сковороду, приоткрыл крышку и с наслаждением вдохнул аромат жареного мяса.

— Так вот, ситуация, в которую я попал, забавна тем, что каждая из сестер Перри потребовала, чтобы я вел себя должным образом по отношению к другой, — сказал он.

— Что? Значит, Сюзан тебе все рассказала?! Когда она успела это сделать?