Левиафан
Шрифт:
— Вы поместили в нее симбианта? — спросил он.
Тревор сглотнул, повесил голову, а потом потряс ею, отказываясь поднять глаза.
— Сукин ты сын, — процедил Сэмюэльс, делая угрожающий шаг к доктору. — Так вот почему капитан была так агрессивна и меняла собственные приказы!
— Я подозреваю, что на нее нисходят моменты просветления. — Фарбо налил себе последнюю порцию, доковылял до Тревора и сел. — Добрый доктор проникся подозрениями, и ему хватило ума сделать пометку в истории болезни. — Анри похлопал доктора по колену, потом посмотрел на Эрталль, казавшуюся
— Когда пребывает в наркотической интоксикации, — подхватила Вирджиния, садясь наконец рядом с Александрией и обнимая ее одной рукой.
— Да, мисс Поллок. Должно быть, она обладает сверхъестественной силой духа, чтобы бороться с мыслями, кружащимися у нее в голове. Полагаю, она привела вас сюда не для того, чтобы расспрашивать о хранилище или узнать, что вам о ней известно. Она привела вас сюда, повинуясь своему подсознательному приказу, чтобы помочь вернуть «Левиафан» и остановить происходящее. О, она по-прежнему ярый фанатик своего дела, но теперь вопрос о сумасшествии получил разъяснение, — закончил Фарбо.
— Господи, да вы понимаете, что говорите? — вскинулся Найлз.
Коллинз ответил за остальных, ведь все они пришли к одному и тому же заключению.
— Похоже, добрые маленькие симбианты вовсе не такие уж белые и пушистые, как считало семейство Эрталлей.
Не успели они осознать, что происходит, как свет в смотровом зале мигнул, и они услышали, как с грохотом захлопнулся наружный люк. Через герметичное уплотнение люка начали проскакивать искорки. Сэмюэльс развернулся и попробовал повернуть штурвал, но тот не шелохнулся.
— Он задраен снаружи!
Джек и Эверетт прыгнули вперед и принялись помогать Сэмюэльс. Штурвал не повиновался.
— Они запечатывают нас снаружи сваркой, — отметил Эверетт.
И тут без какого-либо сигнала или предупреждения «Левиафан» снова набрал полный ход, сбив всех с ног. За смотровыми окнами проносились каньоны желоба, по которым чудовищное судно проносилось легко, как спортивный автомобиль по автостраде. Найлз следил за мельканием цифр индикаторов голограммы, как только ставни закрылись, и видел, что они снова идут со скоростью сто семьдесят узлов строго на юг.
— По-моему, битва за «Левиафан» только что началась всерьез, — проговорил Фарбо, поднявшись на ноги и кривясь от боли.
— Ага, и как всегда, мы в неподходящем месте и натурально в меньшинстве, — поддержал Менденхолл, помогая сенатору добраться до кресла.
Джек в сердцах хлопнул по люку ладонью, в ярости развернулся и поглядел на Сару. Она ответила ему взглядом, и это отрезвило Джека. Кивнув Саре, он повернулся к остальным.
— Да, Уилл, нас превзошли числом, вооружением и хитростью. — Он подошел к Тревору, сграбастал его за шиворот и вздернул из кресла на ноги. — Зато и у нас есть парочка преимуществ. У нас есть человек, который знает их планы и кто замешан в них.
— А второе? — полюбопытствовал Эверетт, подходя к нему сбоку.
— Я.
Они поглядели на Александрию Эрталль, крепко державшуюся за
— Да, капитан, может ли быть лучший союзник, чем конструктор «Левиафана»? — согласился Джек.
Но Фарбо тут же вернул всех на землю:
— Да, но какого капитана мы получим?
— Коммандер Сэмюэльс, вот координаты — вы представляете, куда они нас ведут? — поинтересовался Найлз, указывая на показания индикаторов в основании обзорных окон.
Шагнув вперед, Сэмюэльс вгляделся в стремительно меняющиеся цифры. И озадаченно оглянулся на Коллинза.
— Да, мы возвращаемся домой.
— А где этот дом, черт возьми? — вклинился Райан.
— Ледяной дворец — шельфовый ледник Росса.
— А там что? — спросил Эверетт.
— Мы должны захватить «Левиафан» обратно любой ценой, — проговорила Александрия, прежде чем рухнуть на палубу в беспамятстве. Вирджиния, Менденхолл, Сара и Алиса бросились к ней на помощь.
— Эта наша оперативная база, — вполголоса проронил Сэмюэльс, не находя в себе силы озвучить свои мысли. — Мы в процессе ее сворачивания и перехода на новую базу: шельфовый ледник стал слишком непрочным. Там нет ничего, кроме состояния Эрталль и… — Сэмюэльс понурил голову.
Коллинз, отпустив доктора Тревора, снова обернулся к нему. Вынул пистолет из руки Сэмюэльса, прижал к правой ладони доктора и нажал.
— Очевидно, всем этим заправляет сержант Тайлер. Ну, и зачем же он идет в Ледяной дворец?
Впервые Тревор улыбнулся, будто набрался храбрости, как только Эрталль потеряла сознание.
— Что там, полковник? Пятьсот ядерных боеприпасов — ракет хватит, чтобы уничтожить все глубоководные порты на лице земли. — Его ухмылка стала шире. — Симбианты отбирают свои океаны обратно, и Эрталль и «Левиафан» помогли им в этом.
— Неужели каждая задница на планете располагает доступом к этому треклятому оружию? — шепнул Менденхолл Райану.
— Только те, на которых мы натыкаемся.
18
Корабль ВМФ США «Миссури»
(SSN-780)
«Миссури» шла на шести узлах на юг к Антарктике — по той лишь причине, что это было последнее известное направление «Левиафана», когда тот покинул район Сабу.
Первый помощник Иззерингхаузен вручил Джефферсону полный список повреждений, которым придется обождать до возвращения лодки в Пирл для ремонта.
— Недурно, учитывая, что на нас обрушилось больше обломков, чем в мусоровоз, — проворчал капитан, откладывая рапорт на навигационную карту, которую изучал.
— Мостик, здесь акустик. Мы только что приняли очень слабую подводную турбулентность. Нам кажется, компьютер говорит, что это «Левиафан».
— Азимут засекли? — спросил Джефферсон, изо всех сил вцепившись в микрофон.
— Так точно, капитан, — в двадцати трех милях на юг моря Росса, прямо к шельфовому леднику в направлении на остров Уайт. Глубина более трех с половиной миль.